В погоне за Луной. Том 2 - Син Лин

Благодаря Чун Чжао сегодня она была не просто подмастерьем с Туманного острова – им с Фань Юэ тоже было отведено почетное место.

Уже все знали о случившемся у стен безымянной гробницы. Бессмертные и демоны смотрели на Чун Чжао и перешептывались – их лица были полны презрения и зависти. Угрюмее всех были сидящие рядом с Наньванем ученики Поднебесья.

Бай Шо посмотрела на расставленные на столе блюда и вино. Подняв бокал, она настороженно принюхалась, затем взяла кусок пирога.

Убедившись, что в напитках и еде нет яда, девушка уставилась на Чун Чжао, но тот делал вид, будто не замечает ее, и продолжал наслаждаться едой и напитками.

«Дурак! Хватит уже злиться на меня!» – сердито подумала Бай Шо.

Насупившись, она достала из сумки бумажного человечка и подула на него.

Человечек медленно потянулся, зевнул и встал.

Бай Шо наклонилась к нему и прошептала:

– Иди к А-Чжао и скажи ему, что…

Человечек тут же оживился, тихонько соскользнул с подушек и крадучись пошел вдоль стены к Чун Чжао.

Глядя на человечка, Бай Шо задумалась о разведенном возле дворца костре, затем – о собравшихся вокруг него ичэнцах. Владыка говорил, что рассеял сердцевину дерева Утун между горожанами, но в их сердцах не было даже намека на силу священного древа. Тогда зачем их созвали на пир с бессмертными и демонами?

Завтра ворота откроются, и участники, наконец, смогут покинуть город. Впрочем… Уже не важно, что задумал владыка, – если он на стороне бессмертных и демонов, значит, все будет хорошо.

Главное, чтобы Бэйчэнь и Му Цзю поверили ей. Они слушали ее на безымянной горе – выслушают и теперь.

В тот же миг с ее ладони незаметно спрыгнули еще два бумажных человечка: один пополз к Бэйчэню, второй – к Му Цзю. Как хорошо, что старец-черепаха многому ее научил – теперь, в критический момент, она была во всеоружии.

Фань Юэ посмотрел на Бай Шо и протянул ей стакан воды.

– Учитель, не торопитесь, не то быстро утомитесь.

– Хороший ученик, – поблагодарила она и залпом его выпила.

Когда человечки добрались до адресатов, глаза Бай Шо вспыхнули. Она уже было вздохнула с облегчением, как вдруг поперхнулась и в ужасе застыла. Ее бумажные человечки обмякли и упали на пол!

«Что происходит?!»

Бай Шо мелко задрожала. Вдруг раздался громкий голос владыки Ичэна.

– Все вы прибыли издалека. Мне жаль, что я не встретил вас лично. Я накажу себя чаркой вина, и вы, прошу, наслаждайтесь яствами и напитками!

Владыка Ичэна опустился на трон, взял наполненный до краев кубок и залпом его осушил.

В зале повисла тишина – владыка Ичэна был так вежлив, что молодые ученики не могли позволить себе ни грамма высокомерия к ненавистным ичэнцам. Все подняли чарки вслед за владыкой и осушили их.

Случайно или нет, но, опуская кубок, владыка бросил в сторону Бай Шо многозначительный взгляд.

По спине девушки пробежал холодок. Она поспешно опустила голову и задрожала. Сильные руки крепко обняли ее, и она решительно подняла глаза на своего юного ученика.

Сидящий неподалеку Чун Чжао заметил это и нахмурился, а выпитое вино показалось невероятно горьким.

Шоуань из школы Бесконечности склонился к владыке и спросил:

– Ваше величество, я слышал от Наньваня-шисюна, что третий фрагмент сердцевины древа Утун получит тот, кого выберет ваш народ. Это правда?

– Кто ты? – покосился на него владыка.

Шоуань кашлянул, заметив, что все взгляды обратились на него. Поправив головной убор, он ответил:

– Я Шоуань из школы Бесконечности.

– Получается, ты ученик-последователь истинного владыки. – Выражение лица правителя Ичэна смягчилось. – Да, сердцевиной будет обладать тот, кого выберет мой народ. Есть ли у бессмертного владыки Шоуаня еще вопросы?

– Простите мою дерзость, – поспешно ответил Шоуань. – Просто военное пиршество всегда было соревнованием между бессмертными и демонами. На этот раз в нем приняли участие ичэнцы. Я был сбит с толку, потому и осмелился спросить… – Под пристальным взглядом владыки голос Шоуаня становился все тише и тише. От его решимости не осталось и следа: он побледнел, на лбу выступила испарина.

Воздух словно сгустился. В зале повисла зловещая тишина.

Все ученики презрительно сплюнули в сердцах. Пусть ичэнцы вели себя спокойно, но их владыка был верховным бессмертным владыкой и совсем скоро мог стать полубогом. Шоуань оказался не из робкого десятка, раз осмелился на глазах у всех подвергнуть сомнению слова градоправителя!

Тишину нарушил тихий вздох владыки Ичэна.

– Уверен, все думали так же, как и бессмертный владыка из школы Бесконечности. Я в самом деле просил Цзиньяо провести пиршество в Ичэне. Увидев всех вас, я даже немного позавидовал. Вы восходящие звезды, вы подобны облакам на небе и волнам в море. Нам, простым ичэнцам, далеко до вас.

Все ошеломленно уставились на владыку.

– Завтра город снова будет открыт, и ичэнцы смогут при желании покинуть его.

Слова владыки прозвучали как гром средь ясного неба. Бессмертные и демоны обменялись растерянными взглядами.

Ичэнцы не могут совершенствоваться, в глазах бессмертных и демонов они нецивилизованные варвары. Если бы не этот город, они все давно бы вымерли. Почему владыка Ичэна хочет открыть для них путь во все Три Царства?

– Из-за своего происхождения ичэнцы не могут развивать духовную силу. Несколько поколений моих собратьев были заперты в стенах этого города, и наши дети намного уступают вам в учености и развитии. Владыка уже стар. Вскоре Ичэн будет передан в руки молодых. Именно поэтому я просил господина Цзиньяо провести пиршество в Ичэне. Я хотел, чтобы мой народ увидел вас. Безусловно, в Трех Царствах считают, что ичэнцы жестоки и непредсказуемы. Я хотел, чтобы каждый, глядя на нас, отбросил предубеждения о моем народе. В будущем, когда жители этого города будут путешествовать по Трем Царствам, призываю вас помнить обо всем, что происходило в Ичэне в эти дни. Прошу, позаботьтесь о них, не усложняйте им жизнь, ведь участь их и без того тяжела.

Владыка Ичэна замолчал и окинул бессмертных и демонов умоляющим взглядом.

Так вот почему он собрал их всех здесь, прежде чем решить, кому достанется третий фрагмент!

В Трех Царствах презирают Ичэн. За счет военного пиршества владыка хотел сломать тысячелетнюю блокаду и позволить жителям этого города выйти в большой мир. Бай Шо с изумлением смотрела на взволнованного владыку. Неужели она в нем ошиблась? Он говорил от чистого сердца, голос его звучал искренне. Как тот, кто так любит свой народ, мог позволить нечистой силе сеять в городе хаос? Вдруг он и правда ничего не