Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

семья мамы начнет заступаться, то может для всех нехорошо выйти, — спокойно объяснила старшеклассница. — Мы хоть и не титульные, но и не сироты. Если они по беспределу — нам есть чем ответить. Лучше с обеих сторон не борзеть.

— У меня временные проблемы с имплантом, — буднично и между делом выдала сенсацию Хамасаки-младшая. — Я сейчас не могу пролистать базу со скоростью нашего разговора, а...

— ЭТО ОСТАНЕТСЯ МЕЖДУ НАМИ. — Твердо вклинилась в беседу баскетболистка, говоря именно то, что надо было сказать сообразно моменту (и почему-то пристально глядя при этом на Тику-сан).

— Я так и предполагала, — вздохнула посерьезневшая Айя. — И?

— А семья твоей мамы — это серьезный ресурс? — Миру твердо смотрела на новую подругу. — Поскольку скоро перевыборы, а мы оказались в одной лодке, я бы хотела понимать твой ресурс. Можешь ответить?

— Без проблем, — Мартинес чуть удивилась, демонстративно активируя панель и отключая все фильтры. Теперь ее реакции были естественными и прозрачными. — Это вообще не секре...

— Дамы, я один чувствую себя здесь дебилом. — Седьков, взятый под руку матерью Миру, решительно перебил свою подругу. — При чем тут выборы?

— Он не в курсе, — Эрнандес красноречиво сжала губы в узкую полоску, обращаясь к старшей Хамасаки. — Виктор, Миру — второй сопредседатель.

В следующую секунду лицо одноклассника можно было посылать на любой конкурс курьезных фотографий.

— Пойдемте! — Айя вежливо кивнула Тике-сан, прощаясь, и пошла рядом с ее дочерью в сторону учебного корпуса. — Да, семья мамы — серьезный ресурс, хотя и не здесь. Планета поменьше, чем эта, но уже много циклов у Эскобаров она в полном управлении.

Седьков, пошагавший с японкой под углом к ним по соседней дорожке, громко икнул, развернулся в прыжке на месте и невежливо оставил женщину одну:

— Айя! Твоя мать что, Эскобар?!

— Ну да. А папа — Мартинес. — Она даже не стала острить, а вполне серьезно продолжила с деликатным намеком, — это есть в том числе на моей ученической страничке на сайте школы. Мы это можем обсудить в любой другой момент. Тебя ждут! — старшеклассница указала на взрослую японку, которая красноречиво развела руки в стороны и сжала губы в узкую полоску.

— Сельскохозяйственный бизнес семьи Эскобар? Я не ослышался?! — Рыжий таращился, как пресловутая мышка из анекдота. — Точно?!

— Утонченность твоих манер может соперничать только с твоим же обаянием, — иронию в интонациях Хамасаки-старшей можно было мазать на бутерброд.

— Херасе... Я и не думал, что это возможно... — Рыжий на ровном месте стремительно погрузился в себя. — Айя, ты еще и Эскобар, а не только Мартинес! Кому расскажи!

— Сейчас мне непонятно. — Она впервые за все время не смогла уловить, к чему он клонит. — Виктор, я к тебе очень хорошо отношусь, но сейчас даже я не понимаю твоего подтекста. У твоей семьи были какие-то связи с семьей моей мамы до переезда сюда?

— Потом обсудим! — Седьков вернулся в себя также неожиданно, как и до этого бросился выяснять нюансы ее происхождения. — Я даже начинаю понимать, что именно имел ввиду Юнь-отец, когда предлагал тебе не ссориться...

— Ты сейчас так говоришь, как будто знаешь больше, чем должен, — обескураженная его непонятной уверенностью в чем-то недосказанном, Айя твердо решила про себя довести эту беседу до конца. — Окей, обсудим потом. Мне уже сильнее тебя интересно. Начинаю загружаться на ровном месте.

***

— Почему отказал мужу? — Тика Хамасаки перехватила нас четверых в парке и изъяла меня для беседы.

Судя по тому, что она действует отдельно от своего супруга, у них в семье и правда что-то происходит.

— Мы с ним чужие люди, — отвечаю как на духу. — Плюс он предлагал так, будто делал одолжение. Мне в той ситуации было тупо по-пацански унизительно принимать над собой его зонтик от барских щедрот.

— Ты же далеко не дурак. Не понимаешь, что иногда ради содержания есть смысл не обращать внимания на форму? — она держит меня под руку и направляет по аллеям, где совсем нет народу.

— А он не монополист, Тика. Начать с того, что аналогичную поддержку я в любой момент могу попросить и у вас — если вдруг решусь на такой шаг. С вами у нас отношения гораздо более близкие, а мой совершеннолетний дееспособный представитель из вас даже лучше, чем из него.

— Это почему же? — Хамасаки-мать, как обычно, загадочно улыбается.

— А вы меня любите. Бескорыстно, ни за что, без какие-либо условий и искренне.

— Хм. Рвешь подметки на ходу.

— Пытаюсь адаптироваться.

— Виктор, я сейчас не могу рассказать всего в подробностях, но очень хочу тебя поблагодарить. Приехала специально для этого. Спасибо большое за то, что ты сделал. — Она останавливается и разворачивает меня к себе лицом. — Не могу не предложить: давай и правда оформим это опекунство? От меня лично его примешь? Не от мужа?

— Знаете, я думал об этом. Давайте договоримся, что я тут же вернусь к этому разговору? Сам, если один мой ближайший план не удастся?

— Давай. Обещаешь?

— Да.

Тика неожиданно притягивает меня к себе и какое-то время мы на виду у всей школы стоим, обнявшись.

— Ты же уже догадался, что у нас в семье не все просто?

— Да.

— В вопросах твоего опекунства я готова выступать не как Хамасаки, если тебе так удобнее. Имею в виду, не как жена своего мужа.

— Спасибо большое, услышал. Знаете, когда отец Юнь принялся угрожать при всех, хотел набрать вас прямо оттуда... Сейчас думаю, что вопрос не такой срочный. Но все равно — очень вам благодарен.

— Испугался?

— Не за себя — за девчонок. Но Миру успокоила.

— Она может ошибаться... Эй, не напрягайся! Я пойму в течение суток и скажу тебе сама.

После такого поворота в беседе умиротворение куда-то само собой испаряется.

Тика какое-то время колеблется, затем все-таки говорит:

— Слушай, неудобно спрашивать за спиной, но ты что, где-то раньше слышал эту фамилию?

— Какую?

— Матери Айи Мартинес.

— Э-э-э, вы простите меня, если я на этот вопрос отвечу вам после того, как наедине поговорю с ней?

— Как скажешь.

Мы обходим вокруг школы и собираемся расставаться, когда она удерживает меня за рукав:

— Будь аккуратен. Если что — звони в любое время. Какие бы у меня ни были отношения с мужем и дочерью, твои проблемы моими ресурсами решаются мгновенно.

— Это будет моей страховкой. Вы же в курсе, что я стараюсь прокачиваться во всех ситуациях?

— Да. Именно потому и не настаиваю.

***

После школы она уже не удивилась не совсем обычной просьбе Рыжего:

— Хорошо. Если ты так уверен, то погнали.

Прокрутив несколько раз в голове его реакцию на