Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– А я думаю, что, не будь ты такой упрямой, это бы помогло тебе, – не сдавался Хоу Пэн. Он ткнул ее в коленку, и она отодвинулась. – Шицзе, не расстраивайся так из-за проигранного боя. Хочешь, я сам впишу свое имя напротив твоего?

– Отстань от меня, проклятая обезьяна! – наконец взорвалась девушка, вскакивая на ноги. Она поднялась на несколько рядов, пролетев мимо Мин Даня, и уселась как можно дальше от своего шиди. Удовлетворенный эффектом, Хоу Пэн похлопал по сиденью рядом, приглашая друга.

– Отличный бой, – похвалил он.

– Кажется, ты пропустил половину, пока доставал шицзе, – спокойно отозвался тот, усаживаясь рядом.

– Она слишком не уверена в себе. Я хотел помочь, – пожал плечами Хоу Пэн.

– И заслужил еще одну «обезьяну» в свой адрес, – тихо хмыкнул Мин Дань.

– Ничего, она так называет меня по пять раз на дню, – хихикнул юноша и откинулся назад, держась ладонями за край скамьи. – Надеюсь, она выиграет этот бой, – неожиданно серьезно добавил он, заставив друга удивленно взглянуть на него.

– Почему?

– Потому что она моя шицзе. – Мягкая усмешка мелькнула на губах Хоу Пэна, перерастая в широкую улыбку.

– Если она выиграет, то обязательно сразится с тобой завтра, – произнес Мин Дань, глядя, как нервничающий А-Цю заходит на пустую арену вместе с высоким юношей в желтой маньи.

– Пусть, – качнул головой Хоу Пэн, бросая взгляд назад. Цай Хуэй внимательно наблюдала за схваткой на второй половине арены, где сражались ученики Бэйюэ и Линьцзи. – Я жду дня, когда она победит меня, не меньше, чем она сама, – с этими словами он весело расхохотался, как будто ничто не могло бы доставить ему большего удовольствия, чем проигрыш шицзе.

Обдумав его слова, Мин Дань наконец сказал:

– Ты хороший брат, А-Синь.

– Ты только сейчас это заметил?! – притворно возмущенным голосом воскликнул Хоу Пэн, заставив Мин Даня захихикать.

Между тем А-Цю было не до смеха. Шаолиньский монах оказался выше его на голову и держал в руках длинный бамбуковый шест. У него было спокойное лицо и красная точка между густых бровей. Он казался настолько безмятежным, будто ничто не могло его поколебать. Чэнь Цзяолун обнажил свой клинок.

– Амитабха, узнаем, что из нас сильнее, – поклонился ему молодой монах. А-Цю кивнул.

Чэнь Сяньюй, сидящая на почетном месте сектора Линьцзи, невольно выпалила, обращаясь к Чэнь Канлуну:

– Думаешь, он справится?

Глава клана Дракона закатил глаза. Хотя эта женщина и грозилась, что не собирается смотреть, как проигрывает ее никудышный сын, и тем не менее… Два Дракона вошли в сектор Линьцзи за несколько мгновений до начала состязания.

– Думаю, А-Цю еще сможет тебя удивить, – рассеянно отозвался он, вглядываясь в трибуну Юньхэ. – А куда делся Цзисюань? – пробормотал он себе под нос, не найдя фигуру в светло-зеленом.

Глава 53. Что бывает, когда хозяин ведет себя безалаберно

Первая стрела ранила какого-то прохожего в спину, он вскрикнул, нелепо взмахнул руками и, упав ничком, задергался на земле. Хлынула кровь, пропитывая его простой хлопковый халат, а затем мгновенно потемнела. Стрела словно впитала кровь и вспыхнула черным пламенем.

Однако у Маомао и Цин Юйдуня не было времени заметить это, потому что навстречу им летели еще стрелы – на крыше ближайшего здания находились два врага. Цин Юйдунь описал Бинжэнем красивую дугу в воздухе, посылая волну ледяной ци в том направлении. Стрелы заморозились и разлетелись на ледяные осколки. Но это не уняло панику толпы и не остановило темных заклинателей на крыше.

– Старейшина, они хотят поиграть издалека, – крикнул Маомао с залихватской ухмылкой, как будто лучшего развлечения и представить себе не мог. Он наполнил Хучжуа ци и обеими руками поднял меч повыше.

– Держись ближе, – спокойно наказал ему Цин Юйдунь, складывая ладони в печать. Его меч завис перед ним, а затем устремился к стрелявшим. Послышался звон, когда один из нападавших арбалетом парировал удар. Старейшина взлетел, заставляя свой клинок сражаться, а сам все ближе подбирался к лучникам. Второй стрелявший спешно натянул тетиву лука и выпустил еще несколько стрел подряд. Мощный щит вокруг Цин Юйдуня загудел, успешно отражая их. Маомао изрыгнул полный рот грязных проклятий и бросился за старейшиной Цунчжэ, который уже взлетел на крышу и перехватил рукоять Бинжэня, лично вступая в схватку. Кот занес Хучжуа, атакуя второго стрелявшего, который уже нацелился на Цзисюаня.

– Этот достопочтенный терпеть не может ударов со спины! – крикнул он, заставляя свой клинок вспыхнуть белым ледяным пламенем, похожим на корку льда на Бинжэне. Цин Юйдунь невольно скосил глаза, глядя, как Эрлан сражается. Он двигался… в точности как А-Цю, только его техника оказалась более грубой, агрессивной и рваной. Его шаги были непредсказуемыми, а меч бил исподтишка. Казалось, он самостоятельно адаптировал технику Нефритового меча под себя, превратив во что-то новое. Лучник, закутанный в черный плащ, вскрикнул и отступил. Он споткнулся о конек крыши и, упав на спину, покатился по черепице. Маомао устремился за ним.

Противник же Цин Юйдуня был более искусен в ближнем бою. Отбросив арбалет в сторону, он выхватил из-за пояса два коротких меча и скрестил их, парируя удар Бинжэня. Затем он с боевым кличем бросился на старейшину Цунчжэ. Цзисюань нахмурился: этот человек как будто не осознавал, что во многом уступает ему. Он был совершенно не соперником старейшине Цунчжэ, но все равно самоубийственно ринулся в бой. За три удара Бинжэнем Цин Юйдунь победил его, выбив клинки из рук. Старейшина приставил меч к шее лучника, но прежде чем успел спросить его, кто он такой, лучник захрипел, его пальцы резко дернулись, и из всех семи отверстий[158] хлынула кровь.

– Нет! – вскрикнул Цин Юйдунь, но было поздно: нападавший покончил с собой, раздавив пилюлю с ядом во рту. Его тело перевалилось за край карниза и мешком упало на землю, вызывая новые панические крики. Старейшина оглянулся на Эрлана, который на земле сразил второго лучника и выпрямился, на его губах мелькнула самодовольная улыбка, когда он заметил взгляд Цзисюаня.

Тот проглотил слова «Не убивай его», глядя на безжизненное тело. Старейшина Цунчжэ мягко вздохнул, опуская меч. Он спрыгнул с крыши, подошел к самоубийце и наклонился. Однако, обшарив его одежды, Цин Юйдунь не нашел ничего, кроме небольшой черно-красной печати секты Цихэй. Маомао, проделав то же самое со своим противником, извлек идентичную печать. Его брови в недоумении сошлись под маской.

– Что за нелепое нападение? Глиняные головы и глиняные мозги[159], а не убийцы, – сказал он довольно громко, обращаясь к старейшине Цунчжэ.

Тот тоже нахмурился. Он оглянулся, увидев,