Львира. Земли Солмира. Том I - Татьяна Левицкая

— Кирдык, — мрачно отрезал гном, вновь вскарабкавшись ей на плечо. — И не было б больше никакой Каисы и никакого Арфи. Меня так зовут, — уточнил он для ясности. — Пошли, дом волшебника рядом. Кстати, а зачем он тебе?

— Ясень мне передал, что лес страдает от магии, а все началось как раз здесь… — попробовала объяснить Каиса. — Нивертона я потеряла, приходится хоть что-то делать, все же лучше, чем сидеть на месте.

— Потеряла или это вас потеряли? — хихикнул гном, лукаво скосив взор на ее лицо.

— Что ты имеешь в виду? — встревожилась Каиса, слегка замедлив шаг.

— Что случится, того не миновать… — с загадочной улыбкой пропел тот, выдержав многозначительную паузу. — Значит, говоришь, фея тебя послала?

— Нет же… Это был… — хотела было возразить Каиса, но ее тут же перебили.

— Ясень, я помню, — улыбка гнома стала шире, обнажив последние три зуба.

— А что за фея, о которой ты говоришь? — сморщила нос львира, пытаясь нащупать зерно правды в достаточно сумбурном диалоге.

— О, — удивленно хмыкнул гном, — ты здесь уже столько дней, и ни разу не слышала о владычице Мертвого леса? Об Эдне Шестикрылой?

— Неа, — небрежно пожала плечами львира от чего гном чуть не совершил кувырок назад, вовремя схватившись за ее длинные кудрявые локоны. — Что это еще за Эдна и почему я должна ее знать?

— Она — фея, хранительница Мертвого леса, — терпеливо принялся объяснять тот. — Вредная, хитрая, не хорошая и не плохая. Говорят, вытурила волшебника, чтобы единолично править. И затем же впустила духов в наш мир — они ее союзники.

— Но… — Каиса остановилась и с ужасом уставилась перед собой. — Мне было показано, что это волшебник прорвал материю… А флора не может врать друиду… Это невозможно…

— Врать — не может, — весело пропищал гном, обрадованный мгновенным прозрением. — А показать лишь часть — пожалуйста! Прорвал-то волшебник, а надоумил его кто? Фея!

— А ты откуда знаешь? — скептически возразила львира.

— Мы народ малый, да удалый. Все слышим и везде лазим. Мы повсюду: в пнях, в болотных корягах, в корнях и дуплах. Мы живем где придется и всегда, всегда, — выделил гном слово, — знаем, что творится вокруг.

— И что ты еще знаешь про эту фею? — изогнула бровь Каиса.

— Поговаривают, она смерти ух как боится, затем и заключила союз с духами, — заговорчески зашептал гном ей в самое ухо. — Они ей жизнь продлевают, да силы леса пьют, а она им души высылает. Во всем этом огромном лесу нет ни одного предмета, который убить ее может. Уж Эдна об этом позаботилась…

— Даже в доме волшебника? — не поверила львира. — Там-то явно куча всяких магических свитков, зелий да растений…

— Ни одного! — вновь повторил гном, категорично замотав головой. — Мне даже интересно, зачем же тебе такое задание дали…

— Тебе не обязательно идти со мной… — Каиса взяла гнома в руки и плавно поставила обратно на землю. — Вдруг и правда меня опасность поджидает…

— Нет уж, — фыркнул гном. — Как же тогда я другим все расскажу? Мы, гномы, все знать должны. Мы везде и нигде. Сейчас ты сделаешь меня невидимым, а я уж сам разберусь как быть.

— Уверен, что правда хочешь этого? — с сомнением уточнила Каиса. — Ты будешь невидим только не двигаясь.

— Мне и этого хватит, — махнул маленькой ручкой тот. — Делай как обещала!

Каиса присела возле него на корточки и воскликнула:

— Аке́лио!

Гном мгновенно пропал из виду. Некоторое время царила звенящая тишина, а затем откуда-то раздался неуверенный голос:

— Ну что, меня совсем не видно?

— Ага, — кивнула Каиса. — Я без понятия, где ты.

— А так? — гном пробежался по опушке и перед Каисой на миг мелькнула его рыжая макушка, а затем вновь пропала.

— Немножко, — призналась львира и сразу же добавила, — но я говорила, что у заклинания такой эффект!

— Помню, — буркнул гном откуда-то справа. — И так сойдет. Удачи, забияка клыкастая! Береги хвост!

— Не пропади, находчивая мелюзга, — пошутила в ответ львира и, по-доброму улыбнувшись, двинулась прямиком к смерчу.

***

Ухо уловило какие-то глухие звуки. «Шлеп, шлеп, шлеп…» Нивертон поднял тяжелые веки. Сколько пробыл без сознания он не знал, понимал лишь что так же, как и раньше, лежит лицом в болотной грязи и по пояс в воде. Аккуратное «шлеп, шлеп» раздалось совсем рядом. Страж поморщился и с