"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

и зеленый чай, тончайший китайский фарфор и прочие ценные товары… Это приносило поселку немалый доход — вода в пустыне, как известно, дороже любых денег. А еще караванщики имели возможность немного отдохнуть после длинного, утомительного перехода, напоить своих вьючных животных, узнать последние новости, касающиеся дальнейшего пути…

Рядом с поселком располагался старинный и очень известный буддийский монастырь, в котором обычно было много паломников (приходили со всей Маньчжурии и Китая), а прямо за ним находились низкие длинные здания двух казарм, построенных японцами. Их гарнизон охранял близлежащие дороги и аэродром — широкую, плотно утрамбованную земляную площадку, на которую, в принципе, мог сесть любой самолет. Со всех точек зрения (и наступления, и отдыха, и воды) поселок имел очень важное значение (не говоря уже об аэродроме), и его необходимо было обязательно захватить.

Первыми к Хуучин-Уайзу подлетели казаки Евдокименко, попытались, как всегда, взять с ходу, но не получилось: во-первых, все ворота оказались закрыты (а они толстые и железные, простой гранатой не взорвешь), а во-вторых, по ним ударили из пулеметов и винтовок. Японцы засели на угловых вышках и за приземистыми, толстыми стенами и открыли отчаянную стрельбу. Патронов не жалели, били до тех пор, пока стволы не раскалялись докрасна.

Казаки потеряли несколько человек и пять лошадей и были вынуждены срочно отступить, японцы громкими криками праздновали свою победу. Батальон Романова получил приказ — как можно скорее выйти к поселку и поддержать забайкальцев. Ладно, прибавили, насколько можно ходу, поднажали и достигли Хуучин-Уайза уже к вечеру. Солнце начало клониться к закату, через пару часов уже совсем стемнеет, но Дима подумал и решил не откладывать штурм на завтра — лучше завершить все сейчас и ночевать уже в поселке. Там — долгожданный отдых, сколько хочешь воды (и попить, и помыться), возможность пополнить съестные припасы и починить технику. И еще там, по сведениям разведчиков, большой склад с горючим — надо же было японцам чем-то заправлять свои самолеты!

Горючее стало бы особенно ценным трофеем (не меньше, чем вода): танковый батальон Романова вырвался далеко вперед, и автоцистерны с бензином безнадежно отстали. Дополнительные баки и бочки, которые везли с собой на броне, были уже практически пусты, еще немного — и машины встанут, замрут без движения. И это тоже заставляло действовать быстро и решительно.

Дима разделил свой отряд на две группы и направил в обход поселка. Они должны были напасть на казармы, где засели японцы, взять аэродром и блокировать поселок с тыла, чтобы никто не смог вырваться. А сам с броневиками (три пулеметных «Ратника» и столько же пушенных) двинулся прямо к главным воротам. Они выглядели массивно и внушительно — уже несколько сот лет защищали поселок от набегов кочевников. Не менее уверенно чувствовали себя и японские солдаты, спрятавшиеся за толстыми каменными стенами: были абсолютно уверены, что 45-мм орудиям «Ратников-3» их не пробить.

А Дима и не собирался долбить по этим укреплениям из пушек броневиков, он подождал, когда подойдет дивизион трехдюймовок. Зря, что ли, везли их от самой границы, толкая вверх на сопках и на веревках спуская вниз, а потом с огромным трудом (и некоторыми крепкими словами) вытаскивали их из песчаных и грязевых ловушек? Лошади выбивались из сил, спотыкались, падали, и тогда в дело включались сами люди: впрягались в ремни и постромки и волокли на себе трехдюймовки до ровного места…

Подошел артдивизион, Дима поговорил с его начальником, капитаном Захаром Ковальчуком, определили ближайшие задачи. Орудий было, правда, не столько, сколько положено по штату, всего восемь (две неполные батареи, остальные пришлось все-таки оставить — лошади пали, не на ком стало везти), да и снарядов тоже маловато (по той же причине), но для небольшой демонстрации силы, как считал Романов, этого должно вполне хватить. Поставили трехдюймовки на открытую позицию (пусть видят и боятся), ударили фугасами по железным воротам. Эффект получился впечатляющим — несколько точных попаданий, взрывы, звон, словно долбанули по стальному листу гигантской каменной кувалдой, и толстые створки просто сорвало с петель.

Одновременно «Ратники» открыли плотный пулеметный и пушечный огонь по стенам и вышкам, заставили японских солдат укрыться. Путь в поселок был открыт, и в атаку снова устремились казаки — с гиканьем и визгом влетели внутрь, понеслись, размахивая шашками, по узким улочкам, сшибая всех и вся на своем пути. Как говорится, кто не спрятался, я не виноват. Местные жители, естественно, заранее скрылись в своих домах и носа наружу не высовывали, сопротивляться никто не собирался.

Подданные микадо, ошеломленные силой российских артиллерийских ударов, выбросили белый флаг и предпочли сдаться. Что было понятно — жить-то всем хочется. То же самое произошло и на аэродроме: японцы, засевшие в казармах, сначала постреляли немного, но когда поняли, что их со всех сторон окружили танки, отступать некуда, и скоро их просто похоронят под развалинами зданий (несколько точных выстрелов разбили стены и снесли крыши), дружно сложили оружие и вышли с поднятыми руками.

В результате удалось захватить более двухсот солдат, шестерых офицеров, восемь пулеметов, в том числе — два крупнокалиберных, винтовки и пистолеты. Победа была быстрой и полной. Пленных согнали в уцелевшую столовую (потом передадим тыловикам), выставили возле них часовых, а оружие и боеприпасы забрали себе — пригодится. Собственно, пленных можно было даже не охранять: ни один нормальный человек не пойдет пешком по раскаленной пустыне, когда до ближайшего населенного пункта — более сотни километров. Это верная и мучительная смерть от обезвоживания. Проще и быстрее, если так хочется умереть, пустить себе пулю в лоб, да и страдать будешь меньше…

Глава восемнадцатая

Глава 18

Глава восемнадцатая

Дима разместил свой штаб в здании местной администрации (по-нашему — сельской управе), казаки заняли всю базарную площадь (простор для себя и лошадей), остальные (танкисты, артиллеристы, разведчики, ремонтники, связисты, саперы, ездовые, водители и пр.) улеглись в ближайших дворах под брезентовыми навесами и в палатках. Места хватило всем. Стали обустраиваться: раненых и недужных положили в поселковую больничку, превратив ее во временный полевой госпиталь, обнаруженные запасы горючего тут же оприходовали — залили в баки машин. Бронетехника всегда должны быть в полной боевой готовности…

Перепуганные до смерти богатые жители поселка, страшась грабежей и насилия, всячески выражали свою покорность и лояльность к новой власти: сами принесли воды (наконец-то удалось вдоволь напиться, помыться и напоить лошадей), организовали чаепитие с угощениями (рисовые лепешки, баранина, конина, чай, кумыс, сладости и пр.) и даже подарили «оросын дайчин» (русским воинам) небольшой табун — восемь