Терра Нова. За чертой Урсиды - Лидия Григорьевна Мельнечук

– Ника! Держись бли…

Треск выстрела оглушил, отдался внутри безумным ревом. Ослепленный охранник, держась одной рукой за стену, жал на спуск, и пистолет выплевывал пули – безжалостную равнодушную смерть, такую же незрячую, как и этот бугай.

Я нырнула в гущу крови и тел. Укрыться, спрятаться… Выстрелы рикошетили от стен, грохот разрывал перепонки.

Оглушенный амбал вздрогнул, когда в его тело вошла пуля. Я вжалась носом в бетон. Мелькнули рядом тонкие пальцы, сверкнул на их кончиках металл – черно-красный от копоти и крови.

Очередной выстрел и крик слились воедино. Слепой завертелся волчком и сполз по стене.

– Ника, слева!

Я неловко вскочила, оскальзываясь в луже крови. Увернулась от кулака, нацеленного в лицо, и боднула бугая лбом в живот.

Краем глаза ухватила движение – Джи, как вихрь, разбрасывал наседающих на него охранников. Потемневшее лицо и бурый от крови торс мелькали безумным торнадо. Сверкнули черные глаза, и Джи вцепился зубами в шею бугая. Брызнула кровь с ошметками мяса, охранник мешком повалился на пол. Но на его место уже спешили два новых.

– Их больше!

Я видела, как Джи скрывается под лавиной тел, обрушивающихся на него. Как оседает под градом ударов. Как стволы выплевывают свинец и блестящая смерть расцветает на груди выродка алыми розами.

И как, пошатываясь, поднимает руку Тесла. Как сверкает серебристый металл сквозь бурые разводы на предплечьях. Как поворачивается охранник, вскидывая пистолет…

– Не убивать!

Окрик эхом отдался в ушах. Не убивать, не убивать… Нас, но не нам!

Заточка вонзилась в бок ближайшего амбала. Тот вздрогнул, сгибаясь. Я швырнула железку и выдрала автомат из его пальцев, с хрустом ломая суставы. Медленно, слишком медленно!.. Проклятая непослушная рука нащупала спуск, ствол развернулся к бугаю с пистолетом…

Рукоять пистолета ударила Теслу в висок. Он покачнулся. Еще мгновение стоял, словно не веря в случившееся. И упал на колени.

А позади него, где-то за мускулистыми спинами, медленно закрывались черные глаза выродка.

Удар сбил меня с ног. Я отлетела к стене и с размаху впечаталась в нее. В глазах потемнело, автомат глухо стукнулся о бетон.

– Стоп!

Короткий приказ эхом раскатился по камере. Сквозь мутную пелену проступил силуэт Теслы. Он все еще стоял на коленях, опираясь ладонью о пол. Я застыла, не выпуская его из поля зрения, не моргая – как будто стоило на миг закрыть глаза, и он бы исчез…

– Я что, неясно выразился?!

Голос… Его голос… С той самой стальной нотой, которая так пугала меня.

Но белые бескровные губы оставались плотно сжатыми.

– Болваны! Кретины, идиоты убогие! Вы чуть не грохнули их!

Стукнули каблуки. Потертый грубый ботинок остановился в дюйме от лужи крови.

Я подняла взгляд.

В камере стоял Алва.

Темно-синяя рубашка, заправленная в черные походные брюки, казалась клочком беззвездного неба – тем самым Большим Ничто. Издевательски белоснежные манжеты охватывали запястья, в прорезях поблескивали запонки – саркастической насмешкой над металлом, вплавленным в кожу запястий Теслы. Такой же белый воротник, распахнутый на груди, открывал чистую светлую кожу.

– Если они сдохнут, я с каждого из вас шкуру сдеру и подвешу снаружи!

Лицо двойника искажала бешеная злоба. Он говорил тихо, но от этого слова казались лишь страшнее: негромкий голос заставлял вслушиваться, впитывать угрозы, ощущать, как они проникают до самого сердца.

Тесла выпрямился. Оттолкнулся рукой от пола и расправил плечи, все еще стоя на коленях. Взгляд его глаз, обведенных красными кругами, устремился на двойника.

– Они пока живы, босс, – пробасил один из амбалов. – Хотя и пытались…

– Пока – и вы тоже «пока»! – отчеканил Алва. – Живы они – живы и вы, и наоборот! Может, хоть так дойдет.

– Но они сами…

– Ай-яй-яй, а что же это за кровавый бал без королевы?

Дробно простучали шажки.

– Ты бы мог меня пригласить. Или хотел, чтобы я опять пропустила все веселье?

Тело будто покрылось льдом. Он расползся по лицу, по плечам, груди и животу, охватил ноги – до самых кончиков пальцев, когда-то собранных по частям искусным кракером… Лед, который испускали глаза Тьяны.

– Золотко мое… – В голосе двойника прорезалось недовольство. – Какого черта ты тут делаешь?

– Скажем так: хочу внести свой вклад. Ты же не позволяешь мне играть с тобой…

– Приступай! – резко перебил ее Алва. – Но без фанатизма. Они нужны мне живыми.

– Зря не доверяешь. – Тьяна обиженно надула губы. – Ты же знаешь, я лучшая.

Она завела руки за спину, нежно огладила себя по бокам – будто оправляла короткое открытое платье. И вдруг…

В воздухе что-то сверкнуло, и Тесла молча согнулся пополам. Из-под его ребер торчало тонкое длинное лезвие, похожее на расплющенную иглу.

Движение вышло настолько быстрым, что я не успела его проследить – словно Тьяна тоже была выродком. Впрочем, она и была. Мерзким извращенным выродком, садистской тварью во много раз хуже Джи.

Я бросилась вперед. Забыв о заточке, о пистолете, обо всем – кинулась на стройную фигуру в платье, скаля зубы, как дикий зверь.

– Сука!..

Тьяна размахнулась – медленно, как-то даже лениво, будто нарочито демонстрируя движение. Удар наотмашь обжег лицо, отбрасывая меня прочь. Спина проскользила в холодной крови на полу, плечо врезалось в стену.

Я упала рядом с Джи – он все еще был без сознания. Но залитая кровью грудь выродка едва заметно дрогнула, совсем слегка, словно в агонии – или в попытке вздохнуть. Я попробовала выпрямиться, хотя бы сесть… Пальцы скользили в смеси моей и чужой крови, в глазах плясали мушки. Я бессильно сползла на бок. Плечо Джи было ледяным – совсем как у трупа.

– Тварь, только тронь!.. – Полустон-полувой вырвался сам, глупый и жалостливый, совершенно не страшный. Глаза обожгло, словно и в них попала сверкающая молния, и я почувствовала, как сползает по виску неожиданно теплая слеза.

– Да что ты сделаешь! – расплылась в улыбке Тьяна.

– Золотце, ты не спросила, с кого начинать, – заметил Алва, пряча руки в карманах. – Но… – Взгляд его золотистых глаз остановился на мне. – Кажется, ты сделала правильный выбор. Продолжай.

Следующие несколько секунд – или часов? – слились в одно нескончаемо долгое мгновение. Время раздвоилось, несясь с безумной скоростью и растягивая каждый момент. Каждый удар, который наносила Тьяна, каждый новый росчерк ножа, каждый следующий алый ручеек… Сквозь круговерть блестящих мушек я, не отрываясь, смотрела – будто смотреть было моим долгом, единственным, который я еще могла выполнить.

Или нет?

Я не могу просить тебя не выдавать координаты…

Зрение