Во главе закона - Лия Арден

Неолай – архонт Дома Кошмаров и Тобиас – архонт Дома Чревоугодия, хмурясь, проглядывали переданные документы. Для каждого по целой стопке, Кай полтора месяца скрупулёзно восстанавливал всю хронологию, показания свидетелей, образцы ДНК и прочее для пересмотра дела Мелиты, которая сейчас замерла перед архонтами между ним и Кассией.

Они стояли внизу, пока главы двух могущественных Домов сидели на возвышении в качестве судей. Но ни Кай, ни Кассия не выглядели униженными необходимостью смотреть снизу вверх. Наоборот, они до мороза по коже казались уверенными в себе.

Если бы не они, Мелита бы не стала утруждаться попытками восстановить своё имя. Элион подарил ей жизнь, и это было больше, чем нужно, но Кай не согласился. С исчезновения Элиона он опекал Мелиту с не меньшей внимательностью, чем Иво, Пандею или Весту с Кассией. Уже на следующий же день после трагедии её вещи начали перевозить из её квартиры в их пентхаус, выделив отдельную спальню с личной ванной комнатой. Сперва она хотела отказаться, но сомневалась, что Кай отказ примет, да и ей не очень-то хотелось возвращаться в собственную квартиру. Всё, что у неё было, принадлежало Веге, и Мелита отчаянно хотела стереть эту личину с себя, вновь став Литой, которую надеялся вернуть Элион.

Сначала она думала, что навязчивая забота Кая продиктована простым обещанием Элиону и невозможностью его нарушить, но уже спустя недели жизни с ними поняла, что просто Кай такой. Даже если бы Элион не заставил, Кай бы всё равно её опекал, заботясь обо всех, кто дорог его близким. И не только Кай. Кассия, Иво, Пандея и Веста. Все они ежедневно справлялись о её состоянии, будто она всегда была частью их компании.

Это разбивало сердце. Лезвие внутренних часов ожесточённо резало нутро, не давая забыть, что каждая секунда ей подарена чужой жизнью. И даже не одной. Сэм, Арис, Макей, Маттео. Все они стали жертвами.

Мелита лишь один раз встретилась с Лино и рассказала всю правду о произошедшем. У неё были записи и доказательства, а слов поддержки Кая хватило, чтобы Лино принял правду и ужаснулся ей. Оказалось, он действительно думал, что Мелита и есть та девочка, та Вега, которую Маттео растил с детства.

После длительного обсуждения Лино её отпустил, и теперь Мелита работала на Кая и Иво, выполняя любые поручения, отчаянно нуждаясь в возможности быть полезной. Дардан действительно сумел разработать лекарство для Тианны, и очень медленно, но она шла на поправку в реабилитационном центре. Мелита больше не страдала приступами грёзовой хвори, хотя нередко продолжала втайне от остальных приковывать себя наручниками к кровати. Нужда во сне до сих пор вызывала тревогу, но спать она всё же стала больше, прекратив травить себя блокаторами и стимуляторами.

Мелита поёжилась, ощутив на себе пристальный взгляд Неолая. Не оскорблённый и презрительный, как в их первую встречу, годы назад, а скорее оценивающий: похоже, полученные доказательства его сильно удивили. Там было рассказано всё про Ио и её преступления, за исключением сведений о последователях Мены и экспериментах с ихором. Слишком опасная информация, чтобы о ней распространяться. Тем более это может навредить Пандее и её семье. За прошедшие полтора месяца Мелита узнала все секреты Кая и его компании и до сих пор не могла уложить в голове, насколько они странные. Боги, полубоги, Иво с глазом Грай, Пандея с сумеречным ониром, Кассия, возрождённая частью Переправы, Элион, ставший следопытом смерти. И она, жертва эксперимента с ихором Калиго. На фоне пережитых ими приключений её история становилась почти нормальной.

Тобиас размашистым движением поставил свою подпись на документах и демонстративно стукнул печатью, хмуро глядя на Кассию, которая ответила архонту довольной, мстительной улыбкой.

– Поместье Кайлосов отойдёт Мелите Кайлос. Сейчас оно заброшено, поэтому пусть хоть сегодня забирает. Это всё? Ты прекратишь выкручивать мне яйца? – резко бросил он Кассии.

– Пока да.

– Не пока, а всё! – прикрикнул Тобиас, резко встав, чтобы покинуть зал заседаний. В отличие от того единственного раза, когда Мелиту сюда приволокли, сегодня зал был совершенно пуст. Сделку заключали с архонтами напрямую. Может, несколько месяцев назад её бы удивило, что Кай и Кассия на это способны, но теперь в вопросах отпала нужда. – Запомни, Кассиопея, я уже переплатил свой долг, и это последнее!

Кассия ответила снисходительным кивком, который лишь разозлил Тобиаса, и он спешно покинул зал заседания. Неолай же не торопился подписывать бумаги, которые признавали бы Мелиту невиновной. И если Тобиас пришёл под давлением Кассии, то Неолай чёрными глазами смотрел на Кая.

– Как насчёт сделки? – сказал архонт Кошмаров. Звучало как предложение, но Неолай закрыл документы, подчёркивая, что поддаваться так просто не намерен.

Мелита покосилась на Кая. Его челюсти сжались, но он довольно быстро вернул расслабленное выражение лица, вероятно вспомнив, какой сегодня день. Это случайное стечение обстоятельств, что именно в день рождения Элиона Неолай и Тобиас назначили заседание, но, к сожалению, с их загруженными графиками выбирать не пришлось.

– Какой сделки? – уточнил Кай.

– Официально объяви о своей родословной.

Мелита ощутила, как рядом напряглась Кассия.

– Я это уже сделал годы назад, когда пришёл на Совет с отцом, – равнодушно напомнил Кай.

– Я о материнской стороне.

Гнетущая пауза растянулась. Мелита едва сдержала неловкий кашель, но знала, что просить Кая отступить бесполезно.

– Не ради власти, если ты решил об этом, – неожиданно признался Неолай, став серьёзнее. – Ради семьи.

– Семьи? – со смешком переспросил Кай, не скрывая язвительности, но архонт на колкость не отреагировал.

– Ная знает о тебе. Она говорила с Гипносом и сожалеет, что в молодости была недостаточно дальновидной.

– И ты думаешь, что официальное признание нашего родства что-то изменит, дядя? – Обращение было брошено резко, как пощёчина, но Неолай и это выдержал, проявляя исключительное смирение. Мелита невольно глянула на Кассию, чтобы убедиться, что ей не показалось и Неолай действительно пытался найти подход к племяннику. Кассия выглядела не менее удивлённой, но не встревала.

– Тогда как насчёт ужина?

– Ужина? – бездумно переспросил Кай, сбитый с толку.

Неолай коротко улыбнулся:

– Да. Я, Ная, ты и, разумеется, Кассиопея. – Неолай почтительно кивнул Кассии.

Мелита прикусила щёку изнутри, осознав ловушку. Притом ловушку весьма в стиле самого Кая: сперва предложить невыполнимое условие, а после снизить до самого простого. Но явно именно ужин Неолай и хотел изначально, раз дело и не было в жажде укрепления власти.

Кай посмотрел на Мелиту, встретился взглядом с Кассией и повернулся к Неолаю:

– Хорошо. Ужин.

Неолай раскрыл бумаги, макнул перо в чернила и опять застыл.

– Только один? – В тоне звучало веселье.

– Не напирай,