Фантастика 2026-158 - Максим Арх

– Значит, придется его обездвижить, и выносить в состоянии максимального непротивления.

– Скажете тоже!

– Сергей Сергеевич, другого способа нет. Если начнет упираться – только так. Времени на уговоры у тебя там не будет.

– Знаю... Все равно идти надо.

– Надо, согласен. Но прежде, чем туда соваться, следует сначала понять, как оттуда выбираться обратно. Какие есть варианты? Ключа же у тебя больше нет.

– Ключа нет, но я ведь и сам могу.

– Это еще неизвестно. А вдруг не получится?

– Геша тогда. У него наверняка и ключ имеется.

– А если он не захочет? Я, знаешь, вовсе не стал бы на него полагаться. Неизвестно ведь, что с ним произошло за то время, что вы не виделись. Каким он стал? О чем думает? Совершенно не понятно. Да, может, его там и вовсе уже нет? Как тебя самого в этом случае оттуда вытаскивать? Нет, нет, без четкой проработки путей отхода и эвакуации даже и не думай туда лезть.

– Есть еще один способ. Но он такой... Еще более жареный, чем все остальное. Мифический, и даже, прости господи, магический. Но, вместе с тем, и реальный. Не знаю...

– Давай-давай, выкладывай все. Поздно думать о благочестии, утратив невинность. В смысле, наши материальные устои в последнее время и так поколеблены. Выкладывай.

– Ладно. Только, Сан Саныч, давайте перерыв сделаем. Я устал чего-то, просто никаких сил нет. Пойду, вздремну полчаса, а?

– Да, да, конечно. Прости! Я совсем забыл...

Глава 21. Арикара снова с вами.

Глава 21. Арикара снова с вами.

– Я это, я, – поспешил издали засвидетельствовать свою личность Серж, на всякий случай хоронясь за толстым стволом ели.

– Уф, – выдохнул Тагази, опуская автомат. – Вот знаю, что ни медведей, и никого подобного здесь нет, а все одно, мандражно. Да ты, командир, и пыхтишь там, в снегу, точно Михал Потапыч.

– Медведь, не медведь, а медвежью болезнь подцепить в этой зоне можно запросто, – высказался Серж, приблизившись. – Что два пальца обоссать. Потому что страшно, епт!

– Я и говорю: мандражно. Обстановка, что ли, такая? Уходить надо. Тем более, темно уже совсем скоро станет. В лесу это быстро. Ну, что, взводный, как там Брешь? Нашел, что искал?

– Нашел. Все видно, как... Как в документальном кино. На той стороне белая скала есть, вот на ней. Антенна и генератор, наверное. Потом, правда, и то, и другое пропало куда-то, точно нет ничего, и не было, но я успел все на пленку заснять. Фиксация доказательств, так сказать, по Сан Санычу.

– Вот, блин! Тем более, надо уходить. Тебя не засекли?

– Как же! Засекли. Параглаз летал, прямо перед лицом, в глаза заглядывал, я отмахивался от него, как от мухи.

– И что?

– Ничего. Улетел, и все. Может, показывают, что все у них под контролем, и что им теперь на нас плевать?

– Да кто же их разберет, этих нерусских, что там у них на уме? Слушай, не пойму, что это за запах такой ты за собой притащил?

– Багульник пахнет. Тут он подлеском повсюду.

– А, точно! Багульник. Слышу же, что-то знакомое. Откуда он здесь, только? По идее, должен расти дальше на север.

– Вот уж не знаю! Аномальная зона, епт! А как наш друг Макар себя вел? – он кивнул на проводника. Тот, сидевший до того молча под елкой, услышав свое имя, зашевелился и, ерзая, наполз спиной на ее ствол, сел ровней и выше. Руки его в мохнатых перчатках, связанные в запястьях, лежали на ногах сверху внахлест.

– Что? – спросил он с вызовом. Желтые глаза его в густоте сумерек казались кусками пережженной канифоли, только белки светились, точно подсвеченные ультрафиолетом.

– Ты как, остыл? – блокируя вызов, выдвинул встречный вопрос Серж.

– Нормально, – определил свое состояние Макар. – Только задница замерзла, на снегу сидеть.

– Ничего, сейчас отогреется. Серж выдернул из ножен финку и, держа ее перед собой наготове, присел перед проводником на корточках. Тот замер, глаза его медленно расширились. Просунув лезвие под веревку, которой Тагази связал Макару руки, он рывком ее рассек. Тенькнув, освобождаясь от усилия, точно тетива, путы раздались широкими полукольцами. Напрягшийся было, Макар тоже расслабился. Шумно выдохнув, он стряхнул веревки на землю и принялся растирать руки.

– Зачем? – спросил эвокат. – Пусть бы так шел.

– По лесу? Ночью? Не смеши.

– А что ты тогда предлагаешь?

– Ты за ним сам приглядывай, ладно? Твой же друг. Но чуть что не так, стреляй, безо всякого. Шутки кончились. Оружия ему не давать, никакого. И это, обыщи его как следует.

– Так уже прошмонал.

– Еще раз обыщи!

– Есть... Ну-ка, встань, Макар. Сюда, на полянку, – попросил он траппера вежливо. И через пару минут молчаливого обыска воскликнул: – Точно! Нож у него, за голенищем, в унтах. Выкидной. Выпрямившись, он покрутил в руках некий плоский предмет, потом лязгнула пружина, и с шелестом открылось и заблестело в сумраке лезвие. Затем погасло, Тагази сложил нож и сунул себе в карман.

– Вот, видишь. Парень экипирован, как надо.

– Макар, ты лучше отдай сразу, что у тебя есть. Все отдай.

– Так все уже, ничего больше нету, епт! Правда. – Макар насупился, задвигал косматыми бровями. – А мне вот интересно, Толян, ты что же, и правда в меня выстрелишь? Ежели чего? В друга-то своего?

– А ты, Макарушка, после того, как отправил взводного в Лабиринт, как со мной обошелся бы? Думаю, точно так же.

– Да нет, – Макар засмеялся дребезжащим, неискренним смехом. – Хотя, не знаю, по обстоятельствам.

– Вот и я о том же. Я за командира отвечаю, а ты его порешить хотел. Нет тебе теперь моего доверия, Макар, и ты сам себя за это вини.

– Я же сказал, бес попутал.

– Бес, ага. Здесь, в лесу, в зоне этой, за каждым деревом бес прячется. Так что, не обессудь, друг, действовать буду на опережение. Помни про это и веди себя прилично.

Макар, вздохнув, ничего не ответил. Да и что он мог сказать? Сложная