Влад Талтош. Том 4. Дзур. Джагала. Иорич - Стивен Браст

нас есть свидетельства о пяти, вполне резонно предположить то же самое и об остальных одиннадцати. Не знаю, правы ли они, но не могу и доказать, что они ошибаются.

Я кашлянул, словно мог что-либо ответить на это. Императрица ожидающе смотрела на меня, и пришлось быстро что-то придумать.

– Э, а как они выбирали везунчика?

– По-разному в каждом племени. Взятые в плен в бою, избранные за особые заслуги, в качестве наказания, за вознаграждение, по жребию.

– И когда это прекратилось?

– Когда образовалась Империя. Это было объявлено незаконным. Первым имперским эдиктом.

– Доброе деяние вашего предка. Хорошее начало.

– Ничего доброго тут нет. Просто она говорила с богами и знала, что богам все равно или они против. Так что зовите это практичностью. Я начала этот разговор, потому что… – Тут она остановилась и посмотрела куда-то в пространство, а Держава над ее головой пульсировала голубым. – Простите, но мне пора идти управлять Империей.

Я встал.

– Спасибо, что согласились меня повидать.

И изобразил максимально уважительный поклон; вроде бы я в этом неплох.

– Всегда с удовольствием, граф Сурке.

Я сделал несколько шагов спиной вперед (сколько именно полагалось – я не знал), затем повернулся, собираясь уходить, и тут она добавила:

– Да, Влад, и большое вам спасибо.

– За что?

– За инструкции по изготовлению бумаги. Мне сказали, они очень ценные.

– Ах да. Я и забыл… а как вы узнали, что они от меня?

Она улыбнулась.

– До сих пор я и не знала.

Упоминание о производстве бумаги вернуло к жизни сложную смесь воспоминаний и обрывков воспоминаний[102], погружаться в которые здесь и сейчас мне совершенно не хотелось; но с ее стороны очень любезно упомянуть это. Я улыбнулся ей через плечо сугубо по-дружески и покинул покои.

3

В. Пожалуйста, назовите ваше имя, Дом и место проживания.

О. Дорнин э’Ланья, Дом Дракона, Кирпичники.

В. Звание и должность?

О. Сержант армии Империи, Вторая Армия, Четвертый Легион, Рота «Г».

В. Какие приказы вы получили во второй день в месяц лиорна сего года?

А. Нам было велено сопровождать продовольственный обоз из Нореста к Меч-скале. В тот день мы проезжали через Тирму в герцогстве Карвер.

В. И что вы слышали касательно Тирмы?

О. Мы знали, что восстало все герцогство.

Императрица. Вы знали это по слухам или имели официальное извещение?

О. Все об этом знали, ваше величество.

В. Отвечайте на вопрос ее величества, сержант.

О. Официального извещения не поступало.

(Держава показывает: ложь.)

В. Не хотите ли изменить свой ответ, сержант Дорнин?

О. Нет, ваша честь. Таков мой ответ.

В. Случилось ли что-либо необычное за день до прибытия в Тирму?

О. Обычные сложности с обозными повозками, но никаких нападений или чего-то подобного.

В. Опишите, что произошло, когда вы прибыли в Тирму.

О. Нас встретила толпа, которая пыталась отбить повозки, и мы защищались.

В. Имели ли в Тирме место столкновения или акты насилия, в которых бы участвовали вы или ваши подчиненные и которые не были бы обусловлены вашей защитой от нападения со стороны?

О. Нет.

(Держава показывает: ложь.)

В. Не хотите ли изменить свой ответ?

О. Нет.

В. Вам известно, какому наказанию подвергается солгавший под Державой?

О. Известно.

* * *

Я спустился по короткой лестнице, прошел по галерее и остановился, пытаясь вспомнить имя, которое мне сообщили ранее.

«Дельвик».

«Да, знаю».

«Угу, конечно».

«Ну ладно, я почти вспомнил».

«Угу, конечно».

«Заткнись».

Я добрался до места, где по-прежнему стоял Харнвуд. Он улыбнулся так, словно рад был меня увидеть, а я поклонился так изящно, как только сумел, – не то чтобы он позволил себе заметить, будто я в чем-то ошибся, – и спросил:

– Простите, вы знаете лорда Дельвика?

– Разумеется, сударь. Проводить вас к нему?

– Если будете столь любезны.

Харнвуд таковым и был. Сказав несколько слов стражникам у дверей, он жестом предложил мне пройти с ним, и я так и сделал. После многолетнего знакомства с леди Телдрой – во плоти – я ничуть не удивился, что он так легко замедлил свой шаг, чтобы уравнять его с короткими шажками человеческих ног.

Не буду даже пытаться описать, сколько раз мы поворачивали и поднимались-спускались по лестницам, чтобы попасть из одного места в другое. Отмечу лишь одну чрезвычайно широкую галерею, отделанную чем-то вроде слоновой кости с позолотой, и в этой галерее повсюду висели пси-эстампы весьма странного народа; они настолько походили на деймаровы, что оставили их явно ястреблорды, те, что смотрят на собеседника так, словно интересуются: что ты, собственно, за зверь такой и не против ли ты, если я тебя чуток поизучаю?

Наконец мы добрались до строгого квадратного кабинета размером с мою старую квартиру на Нижне-Киероновой дороге – квартира, кстати говоря, была немаленькой. В кабинете никого не оказалось.

– Здесь представители различных Домов часто собираются, чтобы неофициально побеседовать, – сообщил Харнвуд.

– Мне подождать здесь?

– Нет, мы можем найти приемную лорда Дельвика.

Хорошо, что здесь никого не было. Встреча с представителем Дома Джарега могла бы оказаться трудной.

Мы пересекли кабинет, и за другой дверью открылась галерея. Иссола кивнул направо:

– В эту сторону, если держаться правой стороны, попадете обратно в Имперскую Палату для Приемов, с другого конца. Увы, но это был самый короткий путь, потому что идти через Палату совершенно неуместно.

– Понимаю, – соврал я.

Он сделал вид, что поверил, а мы повернули налево. Миновали несколько дверей по правую сторону, а дальше галерея разделялась надвое, но, не доходя до этого места, Харнвуд остановился у одной из дверей и хлопнул в ладоши. Над дверью имелся герб иоричей.

Я уже примерно три года ничего не ел, не считая толики сухофруктов, и настроение у меня испортилось. Однако я решил не вымещать его на Дельвике.

«Поверить не могу…»

«Ну и не верь».

Ротса тихо свистнула, несомненно, рассмеявшись.

Дверь открылась, появился пожилой драгаэрянин с тщательно подстриженными бровями, на тонких губах – улыбка профессионального дипломата. То бишь та, которая ничего не значит.

– Рад встрече, Дельвик.

– И я, Харнвуд. – Он вопросительно взглянул на меня.

– Это господин Талтош из Дома Джарега, и он желал бы побеседовать с вами.

– Разумеется, – сказал он, – прошу, входите и присаживайтесь.

Если мое имя и было ему знакомо, он хорошо это скрыл.

Харнвуд удалился, предварительно совершив все подобающие ритуалы,