Солнечное Копьё - Валерий Камнев

— Удача не послала вам добычу? — спрашивает дядюшка, подойдя ко мне.

— Не прислала. Мы ранили жеребца, но он сбежал.

— Ловкий сказал, вы встретили Кровавых Охотников.

— Да, — показываю пять пальцев. — Они охотились лучше нас.

— От них не убежать, — говорит Волчий Человек. — Кровавые Охотники будут преследовать добычу, пока та не выбьется из сил. Они ловят всех, кого могут убить, но особенно любят детёнышей Большеухих Зверей.

— Они умудряются отобрать их у матери?

— Кровавые Охотники убивают детёнышей среди взрослых Большеухих. Они хитры и проворны. Твоя женщина должна хорошо знать их привычки.

— Я никогда не спрашивал её.

— Спроси. Наверняка она расскажет многое.

— Зачем? Я ведь не собираюсь добывать Кровавых Охотников.

— Они обычно не трогают людей. Кровавые Охотники ищут большую добычу. Но иногда им взбредает в голову напасть на человека, и тогда уже ничто не может их напугать. Если решили съесть, то съедят.

— Хорошо, что у нас на землях их немного.

— Да, — соглашается дядюшка. — Но львы ничуть не лучше.

— Ты прав. Кровавые звери хороши только в виде шкур.

— Надо сходить на охоту, — серьёзно говорит Волчий Человек. — Не могу есть мясо, добытое чужими руками.

— Сейчас?

— Нет. На следующей стоянке.

— Пойдём вместе, почти-отец.

— Пойдём. Давненько я не убивал лошадей.

— Может лучше убить бизона?

— Нет. Его мясо вкусное, но надо добыть коня, чтобы Мягкие Лапы не слишком гордился своим умением подобраться к зверю.

— А ты думаешь, он чересчур гордится?

— Пока нет, но скоро начнёт.

— Я не могу понять, зачем он к нам пришёл.

— Не знаю… — Волчий Человек качает головой. — Но Мягкие Лапы ничего не делает зря. Может, он хочет стать вождём, ведь в своём роду ему не приходилось рассчитывать на такую возможность.

— Но Слышащий ещё крепок!

— Да, но он теряет уважение. Кто знает, что будет дальше?

С этим не поспоришь. Возможно, версия дядюшки верна. Нового вождя выбирает мужской совет. Может, именно потому Мягкие Лапы хочет заручиться поддержкой молодых охотников.

— Если ты прав, — говорю негромко, — то нам нужно всегда охотиться вместе. Ведь именно ты должен стать вождём, когда со Слышащим что-то случится. Мягкие Лапы должен понимать это. Он может захотеть избавиться от тебя заранее.

— Пусть попробует! — усмехается дядя. — Но ты верно говоришь. Надо за ним присматривать.

* * *

Медленно тянулась долгая сухая осень, и так же неторопливо мы кочевали вдоль Большой реки. Днём солнце пригревало почти по-летнему, но ночи становились всё прохладнее, деревья постепенно обретали яркие краски, а на речную гладь опускались первые табунки перелётных птиц.

Недолгие стоянки и новые переходы следовали друг за другом. Мы уходили на восток. Севернее, за широкой полосой равнины, по рассказам соплеменников, течёт Пляшущая река, всё больше сворачивая к югу. Так что мы двигались по междуречью, а ещё восточнее эти две реки должны были влиться в третью, протекающую с севера на юг.

Соплеменники называли её — Старик-река, описывая как самую громадную из всех существующих. И чем больше я слышал о ней, тем больше уверялся — скорее всего, мы идём к Миссисипи.

Территория у Трёх Рек уже какое-то время используется нашим родом в качестве места зимней стоянки. Пойменные леса обеспечивают топливом, а стада бизонов, антилоп и лошадей — свежим мясом. Эти охотничьи угодья одни из лучших среди имеющихся у племени, вот только делить их приходится с прайдами львов.

Большие кошки — грозная сила, с которой приходится считаться, устраивая стоянку, или же попросту проходя по их владениям. Учитывать близость такой семейки в наших интересах, а потому впереди каравана теперь идёт авангард из троих охотников.

Сегодня я — один из них, и жёнам приходится тащить мою волокушу, а потом возвращаться за своими, раз за разом. Вместе со мной идут Видящий Тень и Твёрдая Рука.

Мы движемся примерно в полукилометре впереди каравана, и тщательно осматриваем гладь равнины. Но трава высока, выжжена солнцем, и разглядеть в ней львиные тела крайне проблематично.

Иногда характерным признаком близости львов служит недавно съеденная туша, или же кружащиеся над равниной тераторнисы. Сегодня за первую половину дня мы пока не увидели подобных примет и потому продвигались всё увереннее.

Но вот показались небольшие рощицы гледичии и отдельные амбровые деревья. С одного из них лениво взлетел тераторнис, обронив остатки добычи.

Здесь мы пошли осторожнее, минуя заросли. Твёрдая Рука, обычно нетерпеливый, вдруг задержался под деревом, что-то рассматривая. Почти-брат замахал рукой, подзывая нас, и я, удивлённый его реакцией, поспешил поглядеть на находку.

Охотник медленно повернул окровавленный костяк, который я в первый момент принял за расклёванный трупик какой-то небольшой обезьяны. Но разум сразу отверг подвернувшуюся версию — обезьянам в Северной Америке взяться неоткуда.

Кости, покрытые остатками плоти, бесспорно принадлежали младенцу нескольких месяцев от роду. Клюв тераторниса оставил на них глубокие отметины, особенно частые на лицевой части черепа. Судя по свежести останков, очень небольшая вероятность, что птица подобрала умершего ребёнка. Скорее всего, тераторнис ухитрился похитить малыша у зазевавшейся мамаши.

Вот только ближайшие к нам люди должны находиться далеко по ту сторону Пляшущей реки, и потому я понимаю внезапный интерес почти-брата к останкам. Тераторнису ни к чему лететь с добычей десятки километров, чтобы спокойно пообедать. Птица, урвав кусок, обычно улетает не слишком далеко, а значит где-то впереди нас ждёт возможная встреча с неизвестными людьми.

Наш караван уже близко, и потому мы не торопимся оповестить вождя. Совсем скоро Слышащий окажется рядом и сможет осмотреть находку самостоятельно.

Грынк хмуро глядит на останки несчастного ребёнка, очевидно прикидывая в уме возможные действия. Двигаться дальше наобум небезопасно. Можно прямиком на марше достичь чужого лагеря, ведь если среди чужаков присутствуют дети, то это совсем не охотничья стоянка. Наверняка какое-то чужое племя заявилось на наши угодья, и нужно разведать численность чужаков.

Но местность не подходит для разбивки даже временной стоянки. Поблизости нет воды. Придётся выходить к речному берегу, продираясь сквозь широкую полосу пойменного леса, и уже потом отправляться на разведку.

Наличие неизвестных людей беспокоит Слышащего. Едва достигнув берега реки, Грынк осматривает охотников, очевидно решая, кому следует доверить ответственную миссию.

— Это наши земли! — уверенно говорит вождь. —