Сеть Гефеста - Александр Николаевич Андрюхин

– Он здесь. Позвать?

Через пару минут в кабинет вошел высокий белобрысый юноша лет двадцати двух. Он выглядел подавленным. Уныло войдя в кабинет, парнишка осторожно присел на край стула и виновато опустил глаза.

– Извините, у меня жуткий депрессняк. До сих пор не могу привыкнуть к мысли, что Серегу убили. Как же так? Еще позавчера я разговаривал с ним по телефону…

Юноша осекся и зажмурил глаза. Сглотнув слюну и шмыгнув носом, он бросил виноватый взгляд на следователя.

– Давайте по порядку! – предложил Замятин, закуривая. – Итак, вы решили со Смирновым заняться бизнесом.

– А чё по порядку? – встрепенулся студент. – Ну, учились мы с ним вместе в Политехе. Подружились еще на абитуре. Мировой был парнишка. Месяц назад мы решили создать с ним свою фирму по продаже ноутбуков. Распределили так, что на мне будет организационная и техническая часть, а на Сереге – доставка ноутбуков клиентам, поскольку у него машина.

– Машина? – насторожился Замятин.

– Да, «жигуль»! «Шестерка». Ему отец на восемнадцатилетие отвалил. Точнее, отец ему свою старую отдал, а себе купил новую «девятку». А Сереге по фигу! Старая – не старая, лишь бы ездила. Он чувак без претензий.

– Значит, он развозил ноутбуки на машине?

– А на чем же еще? Не под мышкой же таскать! Вещь недешевая.

– Выходит, последнему клиенту он тоже повез ноутбук на машине.

– Думаю, что да. Не на трамвае же? Сначала клиент созвонился со мной. Я давал объявления в газету «Из рук в руки». Благодаря этому у нас в августе улетело шесть компьютеров. И вот тринадцатого сентября позвонил новый клиент. Он назвался Сашей. Клиент сказал, что хотел бы приобрести ноутбук не дороже двух тысяч долларов. Я сказал, что такой компьютер есть. Фирмы «Сони». Устраивает? Он сказал, что ему все равно, какой фирмы, лишь бы работал. Мы договорились встретиться у кафе на улице Московской. Встречу назначал он. Сказал, что живет где-то неподалеку. В этот же день я взял со склада компьютер, но встреча не состоялась. Он позвонил вечером и попросил перенести встречу на завтра. На следующий день утром я лег на обследование в больницу. Компьютер оставил дома, ключи передал Сереге и дал ему телефон клиента. Вечером Сергей мне позвонил и сказал, что компьютер забрал, но встречу клиент попросил перенести на следующий день.

– На пятнадцатое? – уточнил Замятин.

– Да! На полдевятого вечера. Больше Сергей мне не звонил. А сегодня в больницу приехала милиция и сказала, что моего друга застрелили.

Студент в очередной раз шмыгнул носом и умолк.

– Опишите голос клиента, – попросил Замятин.

– Голос? – закатил глаза Стаканов и задумался. – Голос такой, понимаете, не колхозный. Интеллигентный, можно сказать, голос. К тому же клиент, как я понял, был хорошо подкован технически. Во всяком случае, у меня не возникло чувства, что говорю с дилетантом. Речь у него как у преподавателя и дикция как у диктора радио.

– Так-так, – стряхнул пепел следователь. – А что за кафе на улице Московской? Как называется?

– Затрудняюсь сказать. По-моему, оно там единственное.

Следователь отпустил свидетеля и набрал номер опера Степанова.

– Володя, поезжай на Московскую. Найди кафе. Говорят, оно там единственное. Посмотри, нет ли поблизости белой «шестерки»?

Через полчаса в кабинете раздался звонок. Звонил Степанов. Его голос был возбужденным.

– Ты знаешь, Саныч, стоит! В пяти метрах от кафе «Тихий Дон». Белая «шестерка» Смирнова. Я уже пробил. Хозяин кафе говорит, что она здесь стоит со вчерашнего вечера.

– Это кафе далеко от дома Голубевой?

– Нет, недалеко! Всего через два дома. Ходьбы – минуты две. Из машины, кстати, отлично просматривается подъезд Голубевой. Видимо, убийца знал сиделку старушки в лицо и спокойно мог видеть, когда она выйдет.

Замятин откинулся в кресле и закрыл глаза. Он так делал всегда, когда хотел довести до логического завершения сверкнувшую мысль.

«Итак, убийца хорошо знал Юлю. Но это не все. Он еще знал, что в тот вечер постоялец откажется от квартиры. Черт! Не здесь ли собака зарыта? Так-так-так!».

Следователь нервно закурил.

«Если клиент дважды назначал встречу у кафе на улице Московской, значит, заранее спланировал привести Смирнова на квартиру Голубевой, – продолжал соображать Замятин. – Однако в эти дни в квартире ночевала Юля. Не по этой ли причине убийца отменял встречи тринадцатого и четырнадцатого сентября? Причем оба раза, со слов Стаканова, звонил около семи. Приблизительно к этому времени, если пристально следить за подъездом, становилось ясно, остается студентка ночевать у Голубевой или нет. Однако пятнадцатого сентября студентка задержалась до восьми, и убийца встречи не отменил. Следовательно, он точно знал, что у Голубевой ночует постоялец, а значит, Юля обязательно отправится в общежитие. Вот где разгадка! Убийце было известно, что, во-первых, сиделка не ночует, а во-вторых, что постоялец в последний момент откажется от квартиры. Мать честная, а может, постоялец и есть убийца?»

Замятин затушил сигарету, поднялся с места и подошел к окну. Версия интересная, но она имела досадные недостатки. В том, что убийца бывал в квартире Голубевой, сомнений не было. Не потащит же он потенциальную жертву в незнакомое место. Однако если это так, то был риск, что Настя могла вспомнить командированного, ночевавшего в квартире у Голубевой. Но девушка утверждает, что сама вышла на клиента и видела его впервые. Это первое. Второе: известно, что убийца интеллигентного вида, с правильной речью и хорошей дикцией. Настин же клиент мужланистого вида и немного бубнит. Следовательно, убийцей он быть не мог. Но мог быть соучастником. Единственно, что не стыкуется, что Настя первая заговорила с ним в вестибюле гостиницы «Ростов».

Замятин сорвал с аппарата трубку и набрал номер оперуполномоченного:

– Володя, пробей того типа, который хотел ночевать у пенсионерки. По словам Насти, он заночевал в гостинице «Ростов».

11

А что же наши московские молодожены? Они за этот период между двумя убийствами в Ростове успели съездить в Крым, полазить по карпатским горам и пару недель потунеядствовать на одной из подмосковных турбаз. Медовое лето еще можно было продолжить, но к августу закончились деньги, которые гости накидали на свадьбе. Пришлось остатки лета провести в Сергиевом Посаде у родителей: десять дней у родителей мужа и десять дней у родителей жены.

За день до начала учебного года супруги Аресовы снова вселились в свою общежитскую комнату на улице Студенческой. После крымских отелей и карпатских теремов эта тесная, с засаленными углами и продавленными кроватями комнатушка показалась жалкой и убогой.

– Все! Праздник жизни закончился, – кисло вздохнула