Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– Прошу проявить ко мне снисхождение, глава Мао, – кивнул он Кролику.

Тот улыбнулся.

– О том же прошу и вас, старейшина. – С этими словами он сделал взмах алебардой, лезвие на солнце слилось в идеальную сверкающую окружность. Заискрилась светлая ци нежно-золотистого оттенка. Поскольку это был бой на Конференции, а не реальное сражение, Мао Суну запрещалось использовать Небесные силы, но и без них он был очень силен.

Кролик бросился вперед. Его клан славился потрясающим цингуном, и теперь зрители могли в этом убедиться: не успели они даже моргнуть, как алебарда описала искрящуюся дугу и столкнулась с Бинжэнем. Раздался звон, какой бывает, когда разбивается лед. Меч в руках Цин Юйдуня замер на месте, не сдвинувшись ни на волосок. Из его клинка вырвался сноп ледяных искр, от которых место соприкосновения алебарды с мечом покрылось корочкой льда.

Мао Сун отступил, но не успел он взмахнуть своим оружием еще раз, как Бинжэнь вырвался из рук Цин Юйдуня и атаковал его сбоку. В руках любого алебарда показалась бы громоздким и неповоротливым оружием, но пластичность и гибкость Кролика позволили ему изящно отразить удар и отскочить.

– Старейшина. – Губы главы Мао вдруг изогнулись в улыбке. – Я чувствую, что вы сдерживаете себя.

– Этот старейшина обязан сдерживать себя, дабы глава Мао не оскорбился, – парировал Цин Юйдунь, делая еще один выпад. Меч со скрежетом скользнул по древку.

– О. – Маленький аккуратный рот Кролика понимающе округлился. – Вы прорвались на следующую стадию? Как же так вышло, что альянс Лунъюэ об этом не знает?

– Этот старейшина еще не прошел Небесное бедствие, потому это не может считаться полноценным прорывом, – сдержанно отозвался Цин Юйдунь, отбивая еще один удар.

– Жаль, что я не знал об этом раньше. – На лице Мао Суна мелькнула какая-то эмоция, но через мгновение его лоб разгладился. – Что ж, я постараюсь победить вас.

– Очень на это рассчитываю, – произнес Цин Юйдунь.

Они обменялись еще сотней ударов. На лбу Кролика выступили капельки пота, а ладони Цин Юйдуня побелели еще больше. Бинжэнь в его руках вибрировал от переизбытка ци. Температура воздуха вокруг опустилась на несколько градусов. Цин Юйдунь глубоко вздохнул, успокаивая свое золотое ядро, которое, казалось, вот-вот разобьется. Он одними губами прочитал третью главу техники Нефритового меча.

Над Хэфэем внезапно раздался раскат грома. Ясное чистое небо над головой начало заволакиваться тучами. Юй Ху запрокинул голову, глядя на собирающиеся черные грозовые облака.

– Учитель, кажется, решил вызвать шторм, – хмыкнул он, ни к кому, собственно, не обращаясь. Краем глаза он увидел, как старейшина Кунци резко поднялся. – Учитель такой же, как Юй Ху, совсем не любит проигрывать, даже такой ценой, – пробормотал кот себе под нос.

– Что ты там бурчишь? – нервно спросил А-Цю, сидящий на некотором расстоянии от него.

– Ничего-ничего, глупая ящерица, – отмахнулся тот. Не дожидаясь, пока Дракон снова вспылит, он отвернулся, глядя на арену.

Небо потемнело настолько, что поднялся ветер. Оружие на арене снова скрестилось, вокруг двух заклинателей трещала ци – искры вырывались из алебарды и меча, как будто должны были вот-вот взорваться.

– Старейшина, вы решили пройти Небесное бедствие прямо сейчас? – с напряженной улыбкой спросил побледневший Мао Сун.

– Мне бы этого не хотелось, – отозвался Цин Юйдунь, и хотя голос его был таким же равнодушным, как и прежде, будто они обсуждали погоду, его губы неестественно побелели, а глаза будто стали светлее на оттенок.

– Тогда сдавайтесь, – посоветовал Мао Сун, посылая ему еще одну улыбку.

Цин Юйдунь бросил взгляд наверх, и его брови дрогнули. Если Небесное бедствие обрушится на него в Хэфэе, это может повлечь за собой множество бессмысленных жертв. Он посмотрел на заледеневший Бинжэнь и свои покрытые коркой льда костяшки. Его золотое ядро переполняла ци, грозясь вырваться в любой момент. Приняв решение, он отступил и опустил клинок.

– Благодарю за бой, – коротко отозвался он. Ци вокруг него быстро рассеялась. Несколько мгновений тучи над его головой еще висели, а затем небо с неохотой просветлело. Снова осторожно выглянуло солнце, стирая память о недавней пасмурной погоде.

Мао Сун в замешательстве уставился на него, но через мгновение совладал с собой. Кролик ослепительно улыбнулся и поклонился, сжимая алебарду между ладонями.

– Вы позволили мне победить.

Цин Юйдунь кивнул, направляясь к трибуне. Выйдя из-за барьера, он поднялся по ступеням и направился к своим ученикам. Будь он немного повнимательнее и не так напряжен, то заметил бы, что вся арена погрузилась в молчание. Каждый смотрел ему в спину.

Зато это заметил Мао Сун. Махнув алебардой, он обвел арену взглядом, а затем тоже посмотрел в спину старейшины Цунчжэ. Линь Кэ перегнулся через ряд, о чем-то перешептываясь с человеком из альянса Лунъюэ, то и дело поглядывая на Цин Юйдуня. Затем, словно спохватившись, глава Линьцзи объявил о начале следующего боя. Арена снова пришла в движение и зашумела, сбрасывая оцепенение.

– Ты как, в порядке? – тихо спросил его Дай Юнь, когда Цин Юйдунь уселся на свое место.

– Да, – кивнул тот, выглядя таким же спокойным, как и раньше. Призрачный старейшина нахмурился, всматриваясь в его лицо, но, не найдя никаких признаков травмы, вернулся на свое место.

– Учитель… – А-Цю открыл рот, собираясь сказать что-то, но Юй Ху его перебил:

– Учитель, ну и что, что проиграли. Главное – не победа, а участие, знаете такую поговорку?

Все, кто сидел рядом с ним, включая Дай Юня позади, застыли на месте и медленно перевели на него взгляд. Вот так в лицо сказать великому и ужасному ледяному старейшине Цунчжэ, что он проиграл, – этот Юй Ху что, сумасшедший?

Несколько напряженных мгновений все делали в уме ставки, в какой пещере Цин Юйдунь запрет своего нового ученика. К удивлению всех, губы того тронула легкая улыбка. Он посмотрел на Юй Ху.

– Биань, иногда ты умеешь хорошо говорить.

Улыбка, обращенная к коту, прекрасная, как первый снег, заставила того остолбенеть. Его губы против воли тоже изогнулись в улыбке, сердце внезапно пропустило удар, а затем забилось как будто чаще. Он с трудом поборол желание схватиться за грудь. Все язвительные фразочки, которыми кот собирался засыпать проигравшего Цзисюаня, растворились на кончике его ядовитого языка. Вместо этого он прочистил горло и неловко отвернулся, бросив только «Ага» на эту странную похвалу.

Глава 60. Тайна шисюна Хоу

Оставшиеся четыре дня Конференции пролетели, как будто их и не бывало. Цин Юйдунь смиренно выходил на арену, однако никогда не сражался в полную