Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Он держал в руках пару больших кухонных ножей и терпеливо ждал, пока точильщик снимет и установит свою ношу. К ним подошёл ещё один звероморф, в котором явно угадывались черты медведя.

— Меньше чешите языками, если дорожите собственными шкурами. Не знаю, как у аристо, а наши шкуры точно снимаются на раз-два. И пикнуть не успеешь, что пошутил или уже раскаялся.

— А по какому поводу шум, не знаешь? — ёж жестом показал, что пропускает медведя вперёд. — Твой родственник не делился новостями?

Тот подал точильщику приличных размеров топор лесоруба, а в ответ на вопрос хмыкнул:

— Этот родственничек с того момента, как стал бароном, нос воротит от всех, с кем ещё недавно в одной грязи копался. А сейчас его нет в столице. Слыхал я, что он связался с человеческим колдуном, да не поделил с ним чего-то, так теперь из своей крепости носа не кажет. Боится, наверное, что тот его действительно в свинью обернёт.

— С его-то рожей чего бояться — он и так больше на кабана похож, чем на медведя. Неудачный он у вас получился. — хихикнул ёж и они оба захохотали.

— Аристократов обсуждаем? — за их спинами будто ниоткуда возник королевский гвардеец.

Оба болтуна побледнели, медведь быстренько схватил протянутый точильщиком подправленный топор, бросил ему монету и с поклоном ретировался.

— Да ладно, не тушуйтесь, самому все эти пижоны в печёнках сидят. — гвардеец, звероморф из чёрных пантер, покачал головой, когда ёж попытался и ему уступить очередь. — Я не тороплюсь. Мне и отсюда неплохо слышно.

— А по какому случаю такой концерт? — отдав в работу свои ножи, тот осмелился всё же проявить любопытство.

— У короля лопнуло терпение. Никак не дождётся Ла`Мурри. Уже вторая неделя, как за маршалом отправился королевский глашатай, но, похоже, и тот пропал. А тут уже под хвостом припекает. Вот и гневается величество, что без Снежного барса королевство защитить некому.

— На то и нужен королю хороший маршал. — задумчиво проговорил точильщик, возвращая ежу ножи и беря в руки длинный палаш.

***

— Где, чёрт вас раздери, Ла`Мурри? — Король не успокаивался. — На худой конец, где Де Бивар?! Что?!

Он уставился на склонившегося в низком поклоне служку.

— Ваше величество, с городской заставы доложили, что в город проехала карета с гербом графа Ла`Мурри с сопровождением.

— Что значит "проехала карета"? — рявкнул Леон так, что дрожащий бедняга едва удержался на ногах. — А где сам маршал?

— Не могу знать, Ваше величество. — заплетающимся языком ответил служка, близкий к тому, чтобы свалиться в обморок. — Судя по всему, его никто не видел.

Король сердито посмотрел на несчастного.

— Брысь отсюда. — он обернулся к секретарю. — Пошлите кого-нибудь, кто в состоянии выяснить, что там творится на самом деле.

Утомлённое величество уселось на свой трон и погрузилось в раздумья.

— Наконец-то хоть кто-то полезный, надеюсь, забрёл в этот вертеп безделья и праздности. — скептически приветствовал король Бертрана Де Бивара, едва тот переступил порог огромного зала. — Надеюсь, Ла`Мурри приехал с тобой?

Королевский глашатай вздохнул. Он изо всех сил оттягивал момент своего появления пред монаршим взором, но... что простительно бравому вояке, герою и любимчику короля, совсем недопустимо для простого, пусть и достаточно приближённого служаки, профессионального царедворца. А потому Бертран вынужден был, наскоро переодевшись, направиться ко двору. Благо, воняло от него после двух недель путешествия даже меньше, чем от многих придворных, не покидавших дворца. Он надеялся, что хотя бы Ману и его новый приятель Абрам прибудут пораньше и ему не придётся выкручиваться в одиночку.

— Да, Ваше величество, он в столице. — Де Бивар с облегчением выдохнул — пока он мог быть откровенен перед своим монархом.

— Ну и где он? — Король скривился. — Только не говори, что мой маршал так устал в дороге, что не имеет сил добраться до дворца.

Бертран замер в растерянности. Рассказать всё как есть, он не мог по очень простой причине — он сам до конца не понимал... Не до конца поверил он объяснениям Ману и Абрама, на некоторые сомнения наталкивали происходящие в замке Ла`Мурри и в пути события. Даже рассказать предложенную ему версию королю он сейчас не мог — слишком уж пикантна она была для такого количества окружавших их сейчас ушей. Он решил быть максимально честным, насколько возможно в данной ситуации.

— Ваше величество, я надеюсь, вы очень скоро всё узнаете из первых рук. Я своим жалким пересказом боюсь испортить ваше впечатление и пагубно повлиять на грядущий ход великих дел.

Леон изумлённо хмыкнул:

— Шельма. — Он покачал головой. — Во завернул... И не соврал, и ни слова не сказал. Уже одно это вызывает у меня подозрения, что там не всё гладко. Ладно, подождём этих... вершителей великих дел.

Де Бивар не удержался от улыбки и постарался скрыть её поклоном:

— Вы очень мудры и проницательны, Ваше величество. — тихо пробормотал, пятясь от короля.

Спустя примерно час Бертран уже был твёрдо уверен: Ла`Мурри редкостный счастливчик и такой же наглец. Всё это время король был занят приветствием прибывающих вельмож, среди коих было немало его близкой родни, так что он и не сразу заметил появление маршальской свиты в практически полном составе. Тем более церемониймейстер растерялся, не зная, как представить эту весьма странную компанию. Люди входили в этот зал нечасто, а тут — явно непростая, судя по одеяниям, неизвестная дама да ещё и двое непонятных мужчин. Лишь в последний момент он увидел знакомое лицо — хоть кого-то следовало объявить.

— Барон Де Гуф. — С облегчением почти прокричал он.

— С чего это простого барона объявляют так, словно он какой-то именитый герцог? — услышал он ворчание какого-то аристократа, стоявшего неподалёку.

Да, получилось громковато для барона. Бедняга церемониймейстер не нашел, что ответить, но тут его выручил сам король, слышавший всё это:

— Этот барон — правая рука графа, которого уже час дожидаются десяток герцогов и сам король, на минуточку. — с этими словами монарх подошёл к вошедшим. Елена и Александр увидели, как Де Гуф склонил голову, и последовали его примеру, а более осторожный Абрам скопировал более глубокий поклон Ману.

— Я прошу прощения, миледи и господа, но мы познакомимся