Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

не явно. Просто в правом углу пространства ущелья воздух как будто чуть иначе. Не визуально, не физически, а на уровне той самой «структуры пространства», которую глаза умели воспринимать. Где-то там была тонкая линия, совсем слабая, почти неразличимая. Как шрам, который затянулся годы назад.

Не портал и не разлом. Просто след. Что-то здесь было давно, и ушло.

Постоял минуту пробуя магию пространство потом вышел из ущелья. Это была не пустышка, но и ничего полезного. Только подтверждение, что аномалии в этом мире существуют не только в рассказах торговцев.

Пятая точка закрыта. Дальше на север. Хребет за Конохой.

***

Коноха появилась на горизонте на девятнадцатый день.

Я вышел к западному гребню холмов ближе к полудню, когда туман, который с утра лежал в долинах, уже поднялся и рассеялся. Деревня была видна отчётливо. Не такой, как я её помнил по историям и старым описаниям, хотя внутри что-то совпадало. Это было живое место, крупное, с постоянным движением даже на расстоянии. Не крепость, не военный лагерь, просто большой живой город в кольце леса и гор. Главные ворота видны со стороны западной дороги, а за ними строения в несколько уровней, дым из труб, флаги с листом на ветру.

Горы вокруг я узнал. Это было странно, видеть горы, которые узнаёшь, хотя никогда здесь не стоял. Но они были такими, как должны быть. Хаширама выбирал место хорошо, Тобирама выбирал бы так же…

Три дня наблюдения занял привычной работой. Нашёл позицию в густом лесу к западу, на небольшом возвышении, откуда видны ворота и часть главной стены. Устроился там без костра, с минимальным снаряжением отправляя короткие импульсы сенсорики, по десять-пятнадцать секунд, между которыми оставался тихим. АНБУ в этом районе работали активно, четвёрки с хорошим охватом. Но у любой системы есть рутина, смена на рассвете шла с задержкой первые несколько минут, когда новая смена ещё не вышла на полный ход, а старая уже думала об отдыхе.

На третий проверил документы. Имя Кен, маршрут торговца, история выстраивалась без сложностей. Хенге сделал незначительнее, только черты, не возраст и не рост. Въезд произошёл через главные ворота с большой колонной беженцев и торговцев, которая шла с запада. Таких колонн в военное время много, проверяли быстро чтобы не задерживать всех.

Прошёл без единого вопроса.

***

Первое, что почувствовал внутри был шум. Живой, ненаправленный, обычный городской шум как в мире двадцать первого века. Дети где-то кричали, торговцы зазывали покупателей, лошадь фыркнула у коновязи. Война добралась сюда через цены, через сводки, через пустые лица у некоторых взрослых. Но не через разрушения.

Своих сородичей заметил почти сразу. Это была парочка с красными волосами, что шли по боковой улице с корзинами. Молодые, явно не боевые шиноби, просто жители. Не останавливаясь не замедлился, просто зафиксировал краем зрения и прошёл дальше. Это было не то место и не то время чтобы говорить с родственниками.

Публичная библиотека нашлась через три квартала от рыночной площади. Небольшое, аккуратное здание, с охранником у входа, просто библиотечный страж в форме гражданской охраны даже не шиноби. Проверил документы без лишних вопросов, записал имя в журнал, и жестом указал внутрь.

Открытая часть оказалось скудной. Военная цензура убрала большую часть того, что могло иметь стратегическую ценность, и сделала это аккуратно, просто убрала, без заметных пустот. Остались исторические хроники, записи о климате и рельефе, несколько сборников по технике строительства. Не то, что искал.

Спросил у библиотекаря, пожилого мужчины с интересом к точным вопросам, есть ли что-нибудь по истории кланов. Он указал на дальний стеллаж без особого воодушевления. Там оказались подшивки клановых хроник, часть официальная, часть явно принесённая самими кланами в дар библиотеке. Учиха, Хьюга, Нара, Акимичи, одни крупные.

Хроники клана Учиха читал медленно, со второго раза. Первый раз просмотрел по диагонали в поисках нужного. Второй, уже аккуратнее.

Несколько интересных упоминаний нашлось, не детальных. Это был тип записей, который делают люди, для которых факт очевидный и не требует объяснений. «Тренировочный выход к северному хребту, сектор три, время активации техник сокращается вдвое по причинам местности». «Отчёт о нестандартном поведении Шарингана в зоне А-7, хребет». «Рекомендация для будущих поколений: район северного хребта пригоден для развития тонких техник из-за особенностей пространства». Никаких точных координат, но направление однозначное.

Северный хребет. Сектор, который Учиха использовали для тренировок именно потому, что там что-то было не так с пространством. И это «не так» давало результат при работе с тонкими техниками.

Вышел из библиотеки, когда за окнами начало темнеть уже зная свой следующий шаг. Осталось найти ночлег.

***

Военные сводки лежали на открытом стенде у входа, там, где обычно висят общедоступные объявления. Кто-то из городского управления похоже вывешивал их регулярно, с датой и печатью. Остановился у стенда, не потому что специально хотел, просто взгляд зацепился.

Потери за шесть месяцев войны.

Список был длинным. Не пофамильный, по подразделениям и рангам. Но внизу несколько страниц было именным, погибшие джонины и токубецу, по протоколу их записывали отдельно. Имена читал механически, не ища ничего конкретного.

Никого из тех, кого знал, там не было. Это было ожидаемо, в этот период ключевые персонажи были живы либо ещё даже не родились. Но среди имён попадались обычные, безо всякой значимости для истории, которую знал. Просто люди. Шиноби, которых ни один летописец не запомнил, которых никакой автор не упомянул. Они просто умерли, и в этих записях была цифра и имя.

Постоял у стенда немного дольше, чем требовалось.

Внутри была не вина. Не ответственность. Просто тяжесть факта, которую не получается проигнорировать, как бы это ни было удобнее. Шиноби из Конохи погибли, пока я сидел в архиве Рэн и систематизировал данные. Они погибнут ещё, пока я буду идти к северному хребту. Они буду гибнуть даже когда я уйду. Это не зависит от того, что я делаю или не делаю.

Но знать об этом и просто пройти мимо, разные вещи. Как же трудно…

Не потому что мог что-то изменить. Нет я мог многое. Здесь была та же логика, что с Цунаде и Наваки, это не моя история, не мои люди. Но Хаширама ведь строил это место? Тобирама выстроил его структуру, его АНБУ, его архивы. Теми же руками, той же логикой, теми же принципами, которыми они