Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

— Потому что из-за тебя пропали МОИ ЦВЕТЫ, паразит! — Елена топнула ножкой. — Мои любимые фиалки, которые я холила, растила, разговаривала с ними по утрам! Ты хоть понимаешь, что они наверняка уже загнулись?!

— Э-э… — Изя сделал шаг назад, но наткнулся на палатку и прижался к ней, как пойманная мышь. — Ну… можно ж новые купить?..

— НОВЫЕ?! — взвизгнула Елена, и попыталась лягнуть Изю по коленной чашечке. — Фиалки не «новые», они живые! Они меня ждали! Они любили! А теперь из-за тебя, противное отродье, у них трагическая участь — засохнуть без хозяйки!

Абраша, всё это время стоявший сбоку и наблюдавший, наконец не выдержал и прикрыл лицо рукой:

— Лена, ты сейчас его точно доведёшь. Он же уже белее своей рубахи стал.

Изя вскинул руки, словно сдавался:

— Хорошо, хорошо! Я виноват! Цветы, родители, мир — всё на мне! Только, ради всего святого, убери уже эту поварёшку, она страшнее любого меча!

Елена прищурилась, ещё раз замахнулась… и резко остановилась.

— Ладно. Живи пока. Но знай, если мои фиалки действительно погибли… — она ткнула половником ему в грудь, — …то я лично приду и пересажу тебя в горшок вместо них!

Изя сглотнул и попытался улыбнуться, но вышло так криво, что улыбка скорее напоминала кислую гримасу.

Абраша же тяжело вздохнул и довольно прокомментировал:

— Пожалуй, знакомство у вас получилось… более чем запоминающееся.

Глава 23. Александр

Александр медленно ехал через замершие ряды.

— Ты думаешь, есть шанс? — мысленно спросил он у Пуфа, сидевшего у него на груди под кирасой. — В прошлый раз нас явно было больше. Половина баронских отрядов рассеялись и сбежали. Даже прибытие тигров мало меняет общую картину.

— Разбежались трусы и слабаки. — тот через тонкие щели в броне тоже осматривал войска. — Думаю, что с такой заменой мы только выиграли.

— Пффф! — из-под кирасы раздалось шипение, едва они поравнялись с первой шеренгой. — Ты куда собрался? Решил сам разогнать всех врагов?

Алекс действительно не остановился, пока не прошёл шагов на пятнадцать вперёд перед "своей" армией. Затем, повернувшись к рядам воинов лицом, стал внимательно рассматривать мохнатое воинство. Хмыкнул пришедшей в голову мысли — как удобно иметь в такой ситуации растительность на лице: под самой короткой шерстью не видно, бледен ли ты от страха, или покраснел, покрылся пятнами... Даже судорожно сжатые челюсти и движение мышц на скулах не так заметны. А так все эти ряды каменных в своей неподвижности физиономий являли собой образец бесстрашия и мужества...

Он прошёл по самому краю построения "боевых котов Ла`Мурри", между колонной гвардейцев и одним из отрядов аристократов из тех, которые не сбежали. Разница была заметна с первого взгляда, ополченцы стояли нестройными рядами и не создавали такого же впечатления, как гвардия: несокрушимая и бесстрастная сила, которой нипочём любой враг и любая сила...

— Убери эту дуру. — мысленно простонал Пуф.

— Какую? — он заново стал осматривать первые ряды.

Обратил внимание на штандарт ближайшего отряда ополчения — изящный гепард в грациозном прыжке.

— Руми? — практически угадал в одной из закованных в броню фигур в первом ряду.

Жестом подозвал её.

— Эта идиотка меч держит кое-как, жива останется до первого серьёзного столкновения. — в мысленном голосе Пуфа явно чувствовалась досада. — Делай, что хочешь, но убери её из первых рядов.

— Как ты себе представляешь такое? — Александр хмыкнул, представив на месте Руми Елену. — Она знает, что я — не ты, да и тебя она вряд ли послушала бы в такой ситуации.

— ДЕЛАЙ, ЧТО ХОЧЕШЬ! — рёв в голове явно принадлежал не маленькому котёнку.

— Хорошо. — вслух ухмыльнулся он, пользуясь, что Руми преодолела лишь половину расстояния. — это ты сказал...

— Держись в стороне от битвы. — заявил он, едва та приблизилась, и поспешно добавил: — В этой битве у тебя будет другая роль.

Из-под судорожно откинутого забрала яростно сверкнули янтарные глаза.

— Какая другая роль? — сдержала она рвущееся наружу возмущение.

— Вот. — Алекс быстро достал из-под кирасы котёнка и протянул ей. — Скажем так, настоящее знамя нашей будущей победы.

— ТЫ!.. — От неожиданности мелкий пискнул и даже мысленно не нашёл, что сказать. — Что творишь?..

— Сам сказал: делай, что хочешь. — парировал человек.

— Хорошо. — неожиданно для Алекса Руми быстро согласилась.

— Пусть далеко от тебя не отходит, чтобы мы могли разговаривать. — обречённо проворчал Пуф.

На эту идею Руми согласилась ещё быстрее.

— Может, и не такая уж дура. — котёнок вздохнул.

Со стороны врагов зазвучал сигнал к наступлению. Алекс улыбнулся: он уже понимает, что означает та или иная мелодия или тональность, издаваемая простеньким мощным рожком. Да и с оружием он справляется неплохо вроде — по крайней мере, таких беспощадных комментариев, как в адрес Руми, в его сторону Пуф не отпускал.

Только вот меч он после первого сражения сменил — гораздо лучше он управляется с более изящным и лёгким обоюдоострым клинком, напоминающим по форме то ли рапиру, то ли катану. Тонкое лезвие удивительным образом пробивало любые доспехи, а лёгкие кожаные рассекало боковыми ударами, словно, обычную ткань. Де Гуф, в запасах которого нашёлся этот клинок, внимательно смотрел, как Александр сделал несколько движений: взмахов, блоков, уколов.

— Вы точно не имели опыта в фехтовании? — неожиданно спросил он, когда человек опустил руку с мечом.

Тот покачал головой.

— Пара упражнений с бутафорским деревянным мечом не в счёт, наверное. — тогда он ответил, не задумываясь.

А сейчас неожиданно он с удивлением сам отметил лёгкость и уверенность, которые испытал, держа в руках этот клинок.

Взглядом указал Руми за спины стоящих гвардейцев, после чего опустил забрало и развернул коня. Девушка, также опустив забрало, нехотя направила свою лошадь в указанную сторону, а конь Алекса сделал несколько неторопливых шагов в сторону ещё невидимых врагов. Оглушающим эхом раздались шаги рядов гвардии, без всякой видимой команды двинувшейся следом. Секундой позже с места тронулись и другие отряды. Первые ряды быстро нагнали командира и теперь он двигался в общей шеренге. Быстрым взглядом Александр окинул идущих по сторонам воинов. Краем глаза заметил и Руми, честно державшуюся за спинами гвардейцев — поникшую и с белым котёнком на руках.

Только через сотню метров в предрассветном тумане проступили очертания массы врагов,