Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

Страж задумчиво посмотрел на Дениса, помедлил, а затем выделил другой мир.

— А вот и твоя Земля. Погоди, сейчас я найду селение Выродка.

В отличие от Дениса, для Афони сенсорные голографические экраны были далеко не в новинку. За время своей работы в Восьмом отделе он работал с несколькими моделями, для которых требовались специальные перчатки, но страж производил манипуляции голыми руками и без участия какой-либо электроники, что намекало на совершенно иной принцип. Цивилизация Запределья находилась на недоступном для человечества уровне развития. Им не нужны были приборы и сложная техника, так как они могли создавать материю из чего угодно. К сожалению, любые попытки углубиться в это знание рассыпались в прах. Афоня одновременно и знал и не знал о том, как устроен принцип наблюдаемого им экрана. При этом у него складывалось ощущение, что и страж до конца не знает своих способностей. Он не техник и не творец, он всего лишь пользователь! Страж не создавал этот экран, а лишь нарисовал символы, дающие к нему доступ. Грубо говоря, ввёл пароль. Это как подключиться к общей системе, в центре которой стоит запредельный Мейнфрейм. И вот откуда эти мгновенные знания обо всём — о феях, о мирах-пузырях, о потоках времени и о множестве других вещей, неуловимо понятных и в то же время немыслимых. Нечто, что тут всем заправляет, предоставляет всем, кто находится в пятом измерении, любую информацию и способности, нужно только получить гражданство. Денис — чужак, а страж — гражданин. Система работает по принципу «свой-чужой». Логично, что чужак ничего не знает, потому и задаёт порой совершенно глупые вопросы. Зато у спящего электронщика почему-то никаких вопросов не возникало, и если бы сейчас Афоня отдавал себе отчёт, он бы, конечно, задумался. А почему, собственно, он всё знает и понимает? Он что — тоже гражданин Запределья?

Тем временем Денис восторженно ахал, наблюдая за манипуляциями стража. Тот, словно дирижёр, картинно размахивал руками, отчего поверхность Земли приближалась и становилась отчётливей, но восторг быстро сменился другими чувствами. Увидев, во что превратилось священное поселение, он мгновенно замолчал и даже подошёл поближе, чтобы рассмотреть всё в подробностях.

Селение пылало в огне. Повсюду валялись трупы. В основном это были чудинцы, но среди них попадались и мёртвые дети Выродка. Кое-кого Денис явно узнал, а вот других нет. Его лицо стало всё отчётливей выражать тревогу. Он увидел своего учителя Шэнь Су-си, дравшегося сразу с тремя врагами, а потом — странного сына Выродка, выпускавшего из тела древесные шипы. Для Афони был, конечно же, не секрет, что это был Валера, но Денис, судя по всему, его не узнал. И немудрено, у Валеры был защитный амулет, позволяющий с лёгкостью менять свой облик, а кроме того, с того момента, как он вступил в бой, прошло уже какое-то время, за которое он успел затрофеить с поверженных изгоев не только исподнее, но и различные доспехи. Теперь, наверное, его не узнала бы и родная местная мама. Страж снова взмахнул рукой, и селение несколько уменьшилось в размерах, зато сразу стало видно, что врагов вокруг много и они всё прибывают и прибывают, намереваясь окружить и уничтожить последние очаги сопротивления. Тут и генералом не надо быть, чтобы увидеть, что нападавшие понемногу сгоняют выживших в самый центр селения и намереваются окружить площадь.

— Это ещё не портал, — прокомментировал страж. — Мы откроем проход прямо в Гарганте, и вы выйдете из неё со стороны своих. У вас будет десять-двенадцать секунд, чтобы успеть поучаствовать.

— Так чего же вы ждёте? — изумился Денис и сразу потребовал: — Открывайте же, открывайте! Вы же видите, мы проигрываем!

Наблюдавшему со стороны Афоне было известно намного больше. Он знал, почему медлит страж. Конечно же, он точно так же, как и Денис, видел, что большая часть домов в селении Выродка была разрушена, что изгои и предатели перебили почти всех местных жителей, не разделяя их на детей и взрослых. Им было плевать на чудь, веками прислуживающую детям Выродка, ибо для них они были не важнее домашней скотины, но он знал также, что дело было вовсе не в кровожадности. Всё в действиях предателей подчинялось исключительно одной цели — уничтожить Отца, а значит, должен быть уничтожен не только он, но и дом его вместе с непокорными головами. Шесть голов было у Выродка... Нет. Всего шесть оставалось, остальные же три десятка уже давно жили своей головой, и сейчас они спешили доказать своему богу, что более он над ними не властен. Ну что же, кое-каких замыслов в извечной борьбе между отцами и детьми им удалось добиться.

Они заставили Отца явиться пред ними в своём истинном облике.

И если для Афони было вполне привычно наблюдать безголовое чудище с тремя парами передних конечностей и таким же количеством нижних, опиравшегося на могучий хвост, заканчивающийся крупной костяной шишкой, то для Дениса это было настоящее откровение. Судя по выражению его лица, он и подумать не мог, что Отец может выглядеть настолько монструозно. А когда на экране появился другой монстр, высоченная деревянная кукла, окутанная синим пламенем, электронщик увидел, как Денис изумлённо крутит головой, пытаясь понять, кто тут свой, а кто нет.

— Какая разница: они оба для тебя свои, — прокомментировал его реакцию страж. Он коротко рассказал Денису про то, что деревянная кукла — это Кудеяр, внутри которого находится сердце Гарганты, так называемый «камень путешественника», позволяющий перемещаться в пространстве. Если опытный колдун пользуется только камнем, то может перемещаться в пространстве в пределах одной вселенной, но когда механизм Гарганты собран целиком, то по заданным координатам можно попасть куда угодно. Например, сюда, в Запределье, но это весьма спорный и устаревший способ, местным он ни к чему, у них для этого феи есть. Однако же у Кудеяра много собственных сил, и это позволило ему открыть порталы по всей планете и впустить в священное поселение отряды предателей.

— Этого не может быть — Кудеяр в Швеции, возле горы Сарекчокко!

— Не спорю. Основной Кудеяр действительно там, а этот — из будущего. Он явился мстить тебе и твоему другу за убитых и съеденных сыновей. Разумеется, он желает отомстить и Выродку, лишившего его в своё время жены и надежды на счастливую жизнь, но вы двое отмечены его печатью, и такого позора он