Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

— Потому что мы сильнее. Всегда так было, сильный гнёт слабого, — назидательным тоном произнёс страж. — Но не считай нас жестокими. Мы искренне соболезнуем твоей утрате, нам жаль терять уникальных эндемиков навроде того же Выродка или Колокольного мертвеца, но всё сущее следует определённым законам. И согласно нашим законам, нам можно уничтожить чужую вселенную ради собственной безопасности. Пойми, мы достаточно долго ждали, когда за нас это сделает Гидра, но наше терпение не безгранично. Для этого и отправили вас в прошлое. Выродок должен был принять вас как собственных детей, а Кудеяр из будущего — достаточно озлобиться, чтобы вслед за вами нырнуть в хаос Неписаной рукописи. К сожалению, он был единственным, кто мог без опаски попасть именно в тот промежуток времени, который станет для вас конечным. Любой другой бы не смог, мы проверяли, но у него не было достаточно мотивации, и тогда на сцене появились вы. Добыча, ради которой он рискнул всем, ко всеобщей пользе и выгоде. Извини, я имею в виду нас, конечно же.

— Пусть я погибну, зато вместе со всеми. У себя дома хочу помереть. На Родине.

— Прости, что?

Денис вытер слёзы, вздохнул и решительно поднялся на ноги.

— Что слышали. Раз уж я сделал то, чего от меня хотели, значит, дальше, по вашим же словам, могу делать всё, что сам захочу. Я хочу домой. И не в будущее, а туда, к своему Отцу и товарищам. Я...

Он покосился на своих спутников. Они по-прежнему пребывали в оцепенении.

— Мы все хотим сражаться до самого конца. Вы прекрасно знаете, что среди наших голов нет предателей.

Страж вздохнул.

— Ну что же. Мы не вправе настаивать. Условия соблюдены. Да будет так.

Афоня отстранённо наблюдал за тем, как отряд детей Выродка приходит в себя, собирается вместе и под руководством Дениса уходит через межпространственный портал, организованный стражами. Для него это было всего лишь как очередное видение. Денис им ничего не сказал. Может, и к лучшему. Они все были воинами и в душе всегда были заранее готовы к собственной смерти. Когда последний из детей Выродка пересёк черту, разделяющую Землю и Запределье, стражи не выключили экран, а собрались перед ним и принялись комментировать происходящее.

— Славный день. Не каждый цикл увидишь такое прекрасное зрелище, — произнёс тот, кто стоял справа.

— Ради этого и живём. Служить владыкам и созерцать их величие — это ли не награда? — кивал страж, ещё недавно убеждавший Дениса остаться.

— И всё же жаль их. Благородные дикари, неспособные оценить прелести настоящей цивилизации, — с сожалением в голосе сказал левый страж.

— Жалость и милосердие царит в наших сердцах, мы будем скорбеть об их выборе, но долг перед нашим миром важнее любого из тысяч миров. Наша собственная безопасность и безопасность наших граждан превыше всего — такова воля владык, — рассудительно отвечал средний страж. Очевидно, непросто так он встал в центре, а остальные двое примкнули ему согласно своему статусу. Что это за статус, Афоня, к сожалению, так и не узнал, вероятно, это было неважно, к тому же всё его внимание было приковано к экрану, где сейчас боролись между собой Кудеяр и Выродок.

Оценивать их дуэль было необычайно сложно, тем более что под ногами у них путался бешеный Ёж Валера. Кудеяр пинал его дважды, да так сильно, что тот улетал буквально на реактивной скорости в ореоле синего пламени, но каждый раз он возвращался живой и здоровый. Отвлекаясь на Валеру, Колокольный мертвец пропустил множество ударов от Выродка, отчего в злобе топал ногами, расшвыривая спешивших ему на помощь предателей. Со стороны посмотреть — так двое слонов мутузят друг дружку, ни дать ни взять, а вокруг них вертится стая жадных шакалов. Кто-то визжит, кто-то ревёт раздавленный, а кто-то, навроде Валеры, преспокойно режет горло зазевавшемуся изгою.

— Отставание от нашего потока времени приблизительно две минуты, — прокомментировал средний страж так, словно бы извинялся перед своими товарищами.

— Ничего страшного, мы изначально не рассчитывали на мгновенную трансляцию, — успокаивающим голосом отвечал правый.

— Восставшие дети должны уже напасть на Отца и повалить его, вызвав радость у Колокольного. В это мгновение он должен расслабиться, а его наречённый сын Валера запрыгнет ему на загривок и нанесёт удар костяным ножом, — задумчиво произнёс левый. Двое других посмотрели на него с явным неодобрением.

— Мы это и так знаем, — проворчал средний. — Зачем ты портишь нам удовольствие от созерцания?

— Извините. Я не обладаю информацией, где в этот момент должен находиться Денис, поскольку изначальный сценарий предполагал иной выбор. Он должен был остаться у нас. Что в другом варианте? Он присоединится к сражению?

Средний страж со вздохом махнул рукой, и картинка изменилась. На экране появился Денис у входа в Гарганту. Он стоял спиной к площади и был занят тем, что поправлял ремни на верхней одежде.

— Он там, где и должен быть. В альтернативном варианте ему страшно от осознания скорой гибели всего сущего, и он так и не решится вступить в бой. Как вы можете сами видеть, этот человек совершенно не умеет принимать самостоятельные решения. На протяжении всей своей маленькой жизни он предпочитал делать то, что ему говорят другие, и сейчас глубоко сожалеет о том, что я не приказал ему остаться у нас. И раз уж вы, милейший, портите нам созерцание, то я вам тоже со своей стороны подскажу, что буквально через тридцать секунд его заметит Кудеяр, на спине которого будет сидеть Валера. Кудеяр преисполнится ярости и побежит прямо на него, а дальше — ну, поняли... Приятного вам просмотра.

Последние слова были сказаны с явной издёвкой. Однако левый страж по-прежнему оставался в сомнении.

— Что он делает? Мне кажутся знакомыми эти символы.

— Пытается повторить формулу переноса в наш мир, — присмотревшись, сообщил правый страж.

— Это невозможно, — беспечно произнёс средний. — Нужны десятки лет тренировок либо протекторат с нашей стороны, а ещё нужна...

— Фея! — вдруг закричал правый страж. — Смотрите — эта обезьяна украла нашу фею! Какой позор! И всё это на глазах у Владык!

Глава 46

Служители порядка испуганно подались поближе к экрану. Средний страж судорожно захлопал руками,