Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

 - Ты знаешь обходной путь?

 - Да великий – подтвердил человечек, от которого резко пахло овцами. Видя сильное недоверие царя, в разговор вступил Эвмен.

 - Вспомни Фермопилы, Александр. Неприступное укрепление греков, сдержавшее натиск орд Ксеркса пало от измены.

 - Ты прав – произнес македонец после короткого раздумья - покажешь дорогу, я по-царски награжу тебя, а обманешь, повешу.

  Согласие было достигнуто и пастух едва стемнело, повел отборные войска во главе с царем и Пердиккой, по глубоким снегам и ущельям ориентируясь по только одному ему известным приметам.

  На рассвете, гоплиты Пердикки вырезав боковое сторожевое охранение персов, и осторожно передвигаясь по камням, вышел к перевалу. Здесь располагался резерв Мегабиза на случай атаки македонцев. Полководец выждал пока не подошли все воины, и атаковал неприятеля. Одновременно он приказал громко трубить в трубы, давая, таким образом, сигнал Кратеру к началу атаки на укрепление. Персы были сильно напуганы появлением злого Искандера, но храбро встретили его войско, оказавшись между двух огней.

  Получив сведения о порыве врага в свой тыл, Мегабиз сразу же отдал приказ своим главным силам отходить. Персы не подались паники, которая часто возникает в подобных случаях. Они спокойно и мужественно покинули свои укрепления. Воины смело бились с гоплитами, орудуя своими пиками и секирами, против копий и мечей врага. Будь враг один, они смогли бы достойно выстоять против него, но наличие в тылу Александра все меняло. Он подобно лесному пожару пожирал резерв, стремясь не допустить слияние двух частей войска.

  Македонцы прорвали строй, когда основная сила во главе с Мегабизом, уже подходила, активно преследуемая Кратером. С громкими криками устремились в прорыв гоплиты твердо уверенные в своей победе, намериваясь ударить в спину отходившим, однако жестоко просчитались. Персы вовремя успели подтянуть оставшихся стрелков и ударную конницу. Сначала на гоплитов обрушились стрелы, а затем ударила тяжелая кавалерия, имевшая давние счеты с гоплитами со времен Гавгамел. Пока Мегабиз атаковал Пердикку и останавливал Александра, кавалеристы ожесточенно рубились с Кратером. Его гоплиты не ожидали столь яростного сопротивления со стороны уже обреченного противника. Македонцы уже привыкли, что персы сразу бегут, но теперь бежали они, не выдержав удара.

  Конечно, много воинов, почти вся пехота, полегла под мечами македонцев, прикрывая отход самого Мегабиза, но и немало гоплитов потерял и Александр. Он не смог из-за потерь сразу преследовать отходящих персов, благоразумно посчитав остановиться на достигнутом результате. Отходя на восток, Мегабиз уничтожил мост через реку, что заставило Кена и Аминту простоять лишний день, наводя переправы.

  Горы кончились, теперь персы уже не могли делать засад и, скрипя сердцем Мегабиз, приказал своему потрепанному отряду отходить на Экбатаны. Летучие конники Филоты попытались перехватить его, но были жестоко разбиты во встречном бою.

  Начальник гейтеров поспешил сделать вид, что ничего особенно не случилось, и ринулся к Персиполису. Этому было хорошее оправдание, так как он получил сведения, что, не дожидаясь македонцев, стража и местные жители сами  начали растаскивать царские сокровища. Узнав об этом, Александр сам возглавил головной отряд кавалерии, стремясь поскорее овладеть главным городом  персидской империи.

  Стадию за стадией покрывали македонские кони, и вот объехав очередные холмы, они увидали раскинувшиеся своими строениями по равнине долгожданный город. Он лежал абсолютно беззащитный перед армией македонцев, одновременно  притягивая и отталкивая взгляды зрителей своим величественным видом.

  В это время, в Персиполе, в одном из крыльев огромного дворца Дария великого, находилась фиванка Антигона. Ее сюда в тайне привезли два доверенных евнуха Статиры, представляя всей придворной челяди как полноправную жену Мегабиза. Здесь Статира делала хитрый расчет, с целью исключить любую возможность для Антигоны объявить себя персидской пленницей. Два евнуха, словно коршуны ревностно присматривали за своей жертвой, обещав персиянке выполнить ее приказ. Фиванка понемногу оправилась от своей болезни, но продолжала ловко играть роль слабой и почти умирающей девушки, что бы обмануть своих сторожей. Она решила попытаться бежать, как только это будет возможным, но пока все было тщетно.

  Персиполь не имел крепких стен. Они скорее обозначали границы города, чем защищали его от возможности нападения врага, поскольку этот город защищала вся Персия, своей мощью, величием и силою оружия. И вот впервые за все время создания Персиполя на его каменные плиты вступило копыто коня, не груженного тяжелыми дарами  покоренных народов, а грозным завоевателем.

  Сегодня пришельцы не восхищались этим великолепным творением персов, а алчно оценивали богатство его украшений.

Александр с отрядом гейтеров, величаво и неторопливо проскакал по плитам дороги ведущей к воротам Ксеркса, за которыми виднелись стены Ападаны, дворца приемов иноземных дарителей.

  Вдоль дороги персидские мастера, умело вырезали на каменных стенах огромную очередь всех тех, кто когда-то преподносил свои дары персидским владыкам. Один за другим покорно шагали мидяне и эламиты, ассирийцы и парфяне, гандхаране и инды, лидийцы и скифы. Все они несли в Ападану дары своих земель, что бы порадовать ими персидского владыку.

  Словно живые они двигались вместе с Александром к главной лестнице дворца приемов, где полководца ждал перс Фрасибул. Хитрый вельможа сразу заметил гнев в глазах македонца и поспешил сообщить ему, что в хранилище храма находиться 120 тысяч золотых талантов.

  Столь огромная цифра настолько потрясла царя, что он уже совершенно не слушал перечисление Фрасибулом стоимости утвари и прочего имущества хранимого здесь. С такими деньгами теперь он спокойно сможет нанять новую армию, построить флот и выполнить, свою заветную мечту дойти до конца Ойкумены.

  Милостиво кивнув персу, Александр не слезая с коня, въехал в Ападану и принялся разглядывать монументальные колоны этого строения, увенчанные огромными бычьими головами. Проехав весь зал, Александр понял замысел создания Ападаны. Она должна была своим величием и мощью подавить и унизить каждого человека принесшего сюда свои дары.

 - Что там дальше? - спросил Александр, махнув рукой в сторону других строений.

 - Там дворец Дария, дворец Ксеркса, зал Совета и зал ста колонн, где происходила коронация наших царей – поспешил пояснить дрожащий от страха перед ним  Фрасибул.

 - Прекрасно. Эвмен прикажи начать вывоз моих ценностей из этого города в более надежное место. Кроме этого я желаю устроить пир победителей в зале коронации, теперь я буду правитель Персии.

 - Что же ты скажешь в отношении жителей этого города – робко спросил Фрасибул.

 - Я оставляю