Калининградские вампиры. Тайна артефакта - Лисса Мун

– Стойте, я не взорвалась! – возопила Лиза. Они так и стояли с Русланом в обнимку, закончив борьбу, чтобы понаблюдать за происходящим, но не расцепившись. – Моя алхимия давала сбой. Потому что обращение затянулось, охотники пытались обнулить процесс. Те, кто взорвался, – тоже были «битыми» файлами в вашей гребаной системе, только испорченными как-то иначе. Они вообще не слушались и бросались на все, что движется! Может, им тот байкер Радомир не в то горло пошел?

– «Новая кровь» чиста, – подала голос Лилия, про которую уже все забыли.

Она откинула крышку с кофейного стакана и вылила содержимое в рот Максима Андреевича. Он еще не пришел в себя, но порция крови часто ускоряла процесс трансформации. Видимо, Лилия знала и хотела быстрее обрести союзника в лице отца.

– Радомир! Они напали на Радомира, когда тот… навещал подружку в лаборатории, – засуетился Руслан и наконец оттолкнул от себя Лизу. – Гаденыши нарушили чистоту эксперимента и поплатились! Для остальных «Новая кровь» безопасна.

– Руслан, дорогой, «Новая кровь» не понадобится, – пропела мать таким тоном, словно журила несмышленыша, и перехватила Алису в свои руки. – Перед вами Та-которая-даст-пищу – священный сосуд! Каждый, кто сделает глоток ее крови, – перестанет жаждать, если найдет Запирающего-двери. Мы не будем пить ее до дна. Мы отведем ее в Золотой город. Отныне он открыт для всех вампиров, которые пожелают отведать спасительной крови. И тогда Запирающий явится сам.

Глаза матери горели безумием, и она толкнула Алису в центр зала, где пылал первородным Огнем алхимический символ. Я начинал вспоминать значения древних рун. Эта являлась оком для философского камня, чье тело пряталось глубоко под землей. Каждый раз, вспыхивая пламенем во время собраний, она передавала сведения в артефакт.

Алисе следовало сбежать вместе с Радомиром. Я так и не понял, почему мать отпустила его. Видимо, знала, что он не уйдет далеко, ведь кровавая алхимия навсегда связала его душу с душой сестры. А я обещал ему, что присмотрю…

Не позволю ей стать пленницей!

Несмотря на слабость человеческого тела, я вдруг почувствовал в себе силы. Все-таки выхватил кукри из-за пояса охотника, лежащего рядом, другой рукой высвободил арбалет из его обмякших пальцев и вскочил на ноги.

– Заменишь главу охотников, дорогой? – заливисто расхохоталась мать. – Прежний внезапно отошел от дел. – Она бросила мимолетный взгляд на Белоусовых.

Лилия поддерживала голову отца, тот все еще не очнулся. Рядом с ней примостилась Дарья, она всегда присутствовала на встречах в качестве блюстителя закона и никогда не вмешивалась в потасовки. Интересно, что она думала насчет соблюдения договора в сегодняшнем мракобесии?

Вместо ответа я полоснул себя охотничьим ножом поперек ладони.

Святое железо, как больно! Я ведь позабыл, что такое боль. Даже слюна бухгальера, которая оживляла болевые рецепторы в вампирской плоти, не давала почувствовать физическую боль сполна. Даже голод по истечении месяца не давал настоящей боли, он тянул душу, сводил с ума, но не пробуждал по-настоящему.

– Вот что случится с каждым, кто прикоснется к девушке! – выплюнул я. Кровь алой струйкой бежала в рукав и, промочив его насквозь, звучно капала с локтя на серый мрамор пола. Под ногами растекалось тягучее пятно, будто рядом опрокинулся стакан с вишневым соком. – Рана не затягивается. А я действительно больше не хочу рвать глотки. И Кис права, у меня бьется сердце. И адски болит то одно, то другое. Но я не двойник Руслана Натанга. Я Тристан Натанг – глава вампиров Калининграда. Именно со мной вы вели дела веками, встречались на собраниях и поединках, пока мой брат Руслан занимался наукой. Когда-то мы оба…

– Хватит! – рявкнула мать. – Вы все подчиняетесь соглашению между охотниками, вампирами и их прародителем, да не даст мне соврать первородный Огонь. Дарья Семеновна, напомни нам некоторые пункты.

Алиса

Кафедральный собор

Первородный Огонь обступал со всех сторон, не давая сделать ни шага. Перед Самирой он расползался мелкими струйками, не причиняя ей никакого вреда. И она пристегнула меня цепью к медной арматуре, торчащей из пола. Но ожог между лопатками все еще напоминал о себе. Так что перестраховалась она напрасно, я бы не рискнула сунуться в пламя с голыми руками. Тристан стоял ко мне спиной и грозил маленьким охотничьим арбалетом толпе вампиров.

Вряд ли их удержит один болт, вставленный в оружие. Но я хранила догадки при себе, ведь пока поганцы не поняли и настороженно выжидали. А у меня имелся хомячок за пазухой, точнее, в штанине. Из охотников в сознании были только Лилия и Дарья, рассчитывать на их помощь не приходилось, казалось, что девушки заодно с Самирой.

– Главы сторон лично назначают преемников, – зачитала Дарья. Я не запомнила ее отчество. Она выглядела достаточно молодо, несмотря на яркий макияж. Уж не знаю, почему Самира обратилась к ней с особым пиететом. – Обратившись вампиром, Максим Андреевич Белоусов лишается главенства над охотниками. В документе, заверенном его подписью и кровью, преемником назначен Яков Федорович Малинин, так и не ступивший в чертоги Золотого города.

– Я спросила совсем не об этом, дорогая, – прервала ее Самира.

– Самира, как прародительница всех вампиров и единственная хранительница дара алхимии, наделяется властью и над охотниками, и над вампирами, – нехотя продекламировала Дарья.

– Именно. А потому сейчас совершенно не важно, кто превратился в вампира, а кто в человека. Можете поменяться властью над сторонами, если хотите, Тристан, Максим. – Она заливисто рассмеялась, как делала уже много раз.

Видимо, предложение показалось ей остроумным. Я же заметила, как напряглись плечи Тристана, как он перенес вес на одну ногу, приготовившись то ли к защите, то ли к нападению.

– Ну что, ребятки, перекусим?

– Променяете долголетие на слабость и боль?

– Всего-то надо держаться подальше от аппетитного парня, – бросил незнакомый мне вампир и решительно двинулся в мою сторону.

– Да это невозможно! – завопила Лиза. – Радомир вкусняшка! В смысле я еще не пробовала, но пахнет вкусненько!

Словно в замедленной съемке, с хищным свистом со стороны Лилии пролетел арбалетный болт и вонзился Лизе в плечо. Я вскрикнула от неожиданности, дернулась вперед, снова опалив волосы и кончик носа. Подруга вскинула на Лилию удивленный взгляд и осела на пол.

– Покончим с этим, – устало объявила Лилия, аккуратно пристроила голову отца на пол и спрыгнула со сцены.

Одновременно с ней, безумно сверкая глазами, вампиры бросились ко мне. Тристан подстрелил ближайшего из арбалета и, отбросив его за дальнейшей бесполезностью, принялся ловко орудовать изогнутым ножом. Он будто всегда был охотником и учился управляться с