"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

не из тех людей, с которыми полезно заводить знакомства". Собственный наивный вопрос: "Но как же кир мне тогда сказал, что все здесь - хорошие, добрые люди?" Смешок Скея и ответ: "Ну, кир, очевидно, имел в виду себя. Хотя, я не стал бы утверждать что он - хороший и добрый человек".

Красноглазые рабы из Эн-Лэн-Лена - врач Скиллар Скей и слуга Пиферома Неко - оказались в Таргене в результате последней из больших северных войн, так называемой Реннской кампании, и последовавших за ней экономических трудностей на своей родине. Энленская жреческая коллегия традиционно предпочитала рассчитываться с долгами за военную и продовольственную помощь живым товаром, хотя рабы-энленцы ценились в Таргене меньше, чем южане из-за слишком суровых требований к ним их религии. В несколько смягченном варианте энленское единобожие распространялось на восточные и северные провинции Таргена - Агиллею, Готистею, Дартаикт, Эгироссу, области Гем, Дэм и Карию, и даже являлось официальной религией имперского двора, поскольку все родовое таргское дворянство по крови было связано с древним Энленом. Тем не менее, энленцы стяжали в Таргене прочную славу безумцев, упрямцев и религиозных фанатиков.

Еще в голове вертелось что-то об алмазах. Была пятилетняя подать из Ардана, которую полгода не могли вывезти из-за скопившихся у островов пиратов. Как можно было понять из полной приключений истории, детали которой от Джела ускользнули, в бочках с арданским вином и уплыла подать, в то время, как пираты пытались отбить у вооруженной до зубов охраны старый лесовоз. Эту историю рассказывал сам кир Агиллер. У него было тонкое, почти без загара, лицо, ледяные серые глаза и серебристо-русые волосы с легким оттенком "винного листа" - краски, которую употребляют, чтобы скрыть седину, - заплетенные в косу локтя три длиной. Агиллер был единобожцем и растил волосы на голове для погребального обряда. Лет ему было было около сорока или чуть-чуть за сорок. Внешне Агиллер и красноглазые были похожи: те же удлиненные пропорции фигуры, рост выше среднего, строгий классический профиль, и, если бы не врожденное отсутствие пигментации волос, кожи и радужной оболочки глаз у энленцев, троих северян можно было бы принять за братьев.

Джел поймал себя на том, что ушел в сторону, и в голову ему лезут вещи совершенно посторонние: о том, например, откуда на Терра-Hове почерпнули идею об использовании мутаций человека для заселения потенциально непригодных для обитания миров, таких, как Аваллон, Юн-Ю или Золотые Пески, и не обкатывалась ли эта идея ранее Внешними или Рудниковыми Пиратами на планетах вроде этой? Ведь и аваллонцы на посторонний взгляд кажутся такими же одинаковыми, и альбинизм здесь распространен в очень странной форме...

Ладно, как бы там ни было, единственно очевидным является пока только то, что ему придется так или иначе пристраиваться в этой жизни на тринадцать лет, необходимые для регенерации "блюдца", и думать нужно о том, как это сделать лучше и безопаснее. А его еще хотят подарить на юбилей наместничества какому-то киру Тимесиферу... Там тоже "хорошие добрые люди"?..

Вчерашнего ужаса Джел уже не испытывал, но мысленно пожал плечами и дал себе слово не проверять людей на доброту, и, если все будет спокойно, попутешествовать немного на корабле, дать зажить плечу, благо, регенерация у модификантов быстрая, прийти в себя после тюремной кормежки, и при первом же удобном случае бежать. А потом... Снова это "потом".

Потом - вернуться в Диамир и разыскать Хапу. Это опасное предприятие, поскольку в Диамире полно людей, которые знают Джела в лицо как преступника, осужденного к пожизненной каторге. Он, к сожалению, для здешних краев обладает необычной и потому запоминающейся внешностью. Остается надеяться на то, что Диамир - большой город. Но, конечно, вернуться в Диамир нужно не столько из-за Хапы, сколько из-за "блюдца", оставшегося в месте под названием Поворотный Столб. Свалилось оно удобно и неудобно одновременно. Удобно - потому что в безлюдном месте легко замаскирует себя, едва накопит хоть чуть эрнергии, и никто не будет о нем знать. Неудобно, потому что это пустыня. Шестьдесят таргских лиг на юго-запад от форта Дах, и по пятнадцать-двадцать от перевалочного пункта контрабандистов к западу, и от Мертвого Города в долине Сорока Колодцев на юго-востоке. На три лиги в сторону от караванной тропы...

Глава 6

Он так крепко задумался, что не заметил, как в каюте появился Агиллер.

Скей похлопал Джела по боку.

- Долго будешь притворяться? Я знаю, что ты не спишь, - сказал он. - Вставай. Слышишь?

Джел отозвался:

- Слышу.

- Вставай.

Джел приподнялся и замер на минуту, пережидая головокружение.

- Вставай, вставай, не залеживайся, - поторопил его Скей, откидывая одеяло.

Корабль шел с креном на правый борт, поэтому, имея проблемы с вестибулярным аппаратом, выбраться из постели, устроенной в виде ящика, доверху набитого перинами и подушками, оказалось затруднительно. Джелу пришлось ухватиться за руку Скея, чтобы твердо встать босыми ногами на ковер. Он до сих пор был будто полупьян: голова соображает, но руки и ноги смущают своим необыкновенным способом повиноваться.

Кир, выжидательно глядя на них, сидел на краю освобожденного от ковровой скатерти стола и постукивал по полировке острым медицинским пинцетом.

Скей подвел Джела к столу, снял какое-то крепление, и застекленная рама иллюминатора сама поехала вверх.

Джел вздрогнул: на щеку ему брызнуло пеной.

Света снаружи было гораздо больше, чем пропускало в каюту стекло. Он увидел свинцовые подбрюшья туч, низко стелющихся над серо-зеленой вспененной водой, широкий след, расходящийся за кормой, летящих с раскрытыми клювами чаек и прыжками идущую в кильватере стаю похожих на дельфинов крупных морских животных.

Кир взял Джела за воротник рубашки, развернул к себе лицом.

- Не вертись, - велел он, - и не бойся. Никто не замышляет против тебя зла. Нужно только посмотреть швы и сменить повязку. Это быстро.

Скей протирал ножницы какой-то жидкостью. Джелу подумалось, что запахи медицины во всех мирах отчего-то специфически одинаковы. Кир помог ему высвободить из рукава отекшую левую руку.

- Весь спирт выпили, даже спиртовку заправить нечем, - ворчал Скей. - Повернись лицом ко мне, мальчик.

Джел обернулся. Красноглазый скрещенными пальцами быстро очертил над его головой восьмиконечную звезду и коснулся тыльной стороной ладони лба, губ и левой стороны груди, чем сильно озадачил Джела. Это было благословение Фоа, Бдящей Силы. Распоряжаться им мог только священнослужитель в сане.

- Да благословит Бог это создание, - вздохнул Скей.

Агиллер снова развернул Джела к себе и, крепко взяв