Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Пауза. Джирайя вынырнул из-под огромного тела, встав на колени, и потряс головой.

— Какого…он, — произнёс Джирайя захотев обругать но вовремя остановился, — делает? Этот Райкаге очень огромный…

— Живой? — спросила Цунаде не двигаясь с место и поглядывая на армию впереди. Опасно, очень опасно. Захотят, и похоронят их за пару секунд.

— Я? Пока да. Спасибо что…

— Райкаге!

— А, — Джирайя посмотрел на лежащего Эя. — Да дышит.

Орочимару смотрел на Оками. Тот не торопился начинать движение, стоял прямо, руки спокойны висели вдоль тела. В его лице была спокойная сосредоточенность человека, у которого всё идёт по намеченному плану.

— Смотрите, — произнёс он.

Одно слово и потом он исчез. Стоял на одно месте одно мгновение, а в другое его нет. Камень под его ногами стал пустой, а воздух на его месте даже не потревожился словно того не было там никогда. Никакого следа, даже запах исчез вместе с ним, Орочимару в очередной раз криво усмехнулся, удивляясь тому что видел и посмотрел на долину с тысячами шиноби что осталась с ними. И что же будет?

Джирайя поднялся через пару секунд, аккуратно выбравшись из-под Райкаге. Встав за Эем, тот ухватил его под плечи обеими руками, и потянул. Третий Райкаге весил довольно аномально много, словно камень и сдвинулся лишь на сантиметров тридцать.

— Цу помоги, — сказал Джирайя.

Вздохнув Цунаде взяла с другой стороны, и вдвоём они подняли Эя в полусидячее положение.

— Зачем ты его держишь? — спросила она развернувшись в сторону.

— Чтобы командиры напротив думали дважды.

— Он весит...

— Знаю сколько весит. Давай мне его на плечо.

Орочимару что встал перед ними лицом к армии наблюдал за движениями. Потом произнёс:

— Левый фланг.

— Что?

— Два отряда по десять человек сдвинулись на десять шагов вперёд пять минут назад. Сейчас ещё один. — Орочимару говорил ровно. — Командиры приняли решение. Они делаю охват.

Джирайя поправил хват на Эе.

— Это хорошая идея держать его как щит?

— Лучшая из доступных прямо сейчас, — ответил Орочимару с улыбкой.

— А если он не вернётся в ближайшие...

— Вернётся.

— Орочимару…

— Вернётся, — уверенно повторил Орочимару.

С севера долины донёсся топот.

Ровный, такой плотный, что было ясно это на несколько тысяч ног сразу. Другой ритм чем от одного отряда, это была армия в движении, поток людей, который нашёл направление. Джирайя повернул голову.

Через северный проход в долину входили шиноби Кумо. Колоннами, без огней, по двое десятков в ряд. Командиры с синими знаками на рукавах шли по бокам колонн, контролируя темп, а тысяча двести человек входили контролируема, и за пятнадцать минут заполнили свою половину долины.

Они встали рядом с Ивой, и командиры двух армий нашли друг друга, переговорили, кивнули. Строй выровнялся, несколько сотен человек переместились, перекрывая западный выход из долины, тот что был у троицы за спиной. Другая группа закрыла северный.

Джирайя смотрел на западный выход, потом обернулся на армию. Всё, они…

— Они перекрыли отходы, — произнёс он вздохнув.

— Какая точная оценка Джи, — Орочимару с сарказмом был довольно далёк но сейчас было самое время научится.

— Слушай, — произнёс тихо. — Я думаю, что нам надо положить его вон туда и начать аккуратно отступать.

— Нет, — спокойно ответил Орочимару.

— Их три с половиной тысячи.

— И Эй.

— Эй без сознания. Нам его не удержать в драке. Они заберут его в первые секунды, и тогда...

— Тогда у них не будет смысла стоять, — согласился Орочимару. — Именно поэтому стоим.

— Виновника всё нет.

— Есть.

— И где?

Орочимару молча посмотрел на дальний конец долины. Цунаде что потихоньку начало готовится вызывать призыв, сглотнула. Три тысячи пятьсот шиноби двух великих деревень смотрели на них в ответ, это продолжалось уже несколько минут.

— Они решают что делать с нами, — произнесла Цунаде тихо. — Видите правый фланг? Шестеро командиров кучкой, уже минуту там стоят.

— И что решают?

— Что нас трое. Что мы держим Райкаге. Что убивать нас с ним неудобно, они рискуют зацепить. — Она чуть прищурилась. — Но долго ждать они тоже не будут.

Джирайя поправил хват на Эе. Тот был тяжёлым и тёплым, дышал глубоко и ровно, как спящий человек, которому снится что-то спокойное.

— Орочимару, — произнёс Джирайя, — я уважаю твою уверенность. Серьёзно уважаю. Но три тысячи пятьсот человек и нас трое. И один из нас держит человека весом в сто двадцать килограммов. И я бы предложил...

— Тихо, — сказал Орочимару.

— Что?

— Тихо.

Почему Орочимару сказал тихо? Потому что из строя объединённой армии вышел один человек. Всего лишь один, но вся троица почувствовало, как страх что был глубоко затолкнуть внутрь, просачивается через разум. Этот человек обладал репутацией, которая была страшнее всех прочих.

***

Длинные волосы, правая прядь белая, левая тёмная, граница чёткая как разделительная полоса на дороге. Кожа была тёмная, а шея и грудь перемотаны бинтами, под которыми угадывалась жёсткая основа, жёстче любых медицинских повязок. Катана за спиной была чистой, рукоять чуть выше левого плеча. Маленькие глаза с узкими зрачками смотрели на троицу с прищуром, а по правому глазу от линии лба до нижнего края челюсти была татуировка. Узкая синяя полоса, с мягким изгибом у скулы она показывала путь который выбрал этот человек. Путь тьмы и одиночества. Стандартная форма Кумо, на нём смотрелась словно издевательство, ведь он не был стандартным шиноби, в эту эпоху.

Тот остановился в сорока метрах от строя и посмотрел на Джирайю, потом на Цунаде, на Орочимару, на лежащего Эя, снова на Джирайю.

Блу Би, джинчурики Восьмихвостого, и брат Третьего Райкаге.

В его взгляде была быстрая оценка и решимость человека который точно знает, что он хочет вернуть своего брата назад. Кто бы не стоял перед ним, он не остановится пока не спасёт Райкаге. Это