Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

на загорелом лице его застыло детское удивление и даже неверие, граничащее почти со страхом. Какое-то время тот бестолково таращился на Артура, пытаясь, очевидно, осознать факт этой неожиданной встречи, а затем его синие глаза потемнели от лютой ненависти.

– Что… Что ты тут забыл? Какого единорога ты околачиваешься на территории школы? Как ты вообще сюда попал?

Артур небрежно пожал плечами. Этому человеку он был обязан своим заключением, Тод подставил его однажды на суде, и частенько, лежа в своей тараканьей камере в Доргейме и продумывая план побега, клипсянин представлял их будущую встречу. Что они скажут друг другу? Раскаялся ли Тод в своем поступке? Понял ли серьезность того, что натворил? Или по-прежнему держит на него зло?

Как бы то ни было, сам Артур злопамятным не был, и в сердце своем уже давно простил заносчивого беруанца. Более того, порой он искренне тосковал по нему, как по любому из своих друзей, а о мести точно уж не помышлял. Однако сейчас, глядя в лицо бывшего приятеля, такое знакомое и чужое одновременно, он вдруг почувствовал, что на сей раз ему ужасно не повезло. Надо же было из всех своих друзей и знакомых столкнуться лицом к лицу непременно с Тодом!

– Где все? – невинным голосом поинтересовался Артур, не отвечая на вопрос беруанца. Тод вздрогнул, словно фраза хлестнула его по лицу, затем сделал угрожающий шаг вперед. Артур видел, что тот чрезвычайно взволнован, лицо его побледнело, лоб угрюмо нахмурился. Клипсянин невольно отступил назад, вжимаясь спиной в деревянную стену дома. Первый день в Троссард-Холле начинать с драки? Как же это нелепо, в самом деле!

– Послушай, Тод, – неожиданно хриплым голосом произнес Артур и в волнении сглотнул слюну. – Я проделал большой и сложный путь, чтобы оказаться здесь. Отчего ты до сих пор злишься на меня?

Беруанец с молчаливым презрением осматривал с ног до головы своего соперника; казалось, он ищет в нем какие-то видимые изъяны, слабости. Затем взгляд его задержался на перевязанной руке.

– Ты ранен? – спросил тогда он тихо. Артур кивнул. Неприятное молчание затягивалось, и клипсянин криво улыбнулся.

– Ну так что, Тод? Так и будем стоять и глазеть друг на друга?

– Ты не ответил на мой вопрос. Зачем пришел?

– Соскучился по учебе, знаешь ли, – не смог сдержать иронии Артур.

Лицо Тода передернуло, словно от непреодолимого отвращения.

– Хочешь увидеть Тина, Дана и ее, да?

– В принципе, тебя я тоже рад видеть. Впрочем, твоя кислая физиономия немного разубеждает меня в этом чувстве.

– Послушай меня, – сказал Тод, прерывисто дыша. – Ты сейчас развернешься и уйдешь отсюда.

– С какой стати? Тод, сжалься надо мной, я так долго сюда шел, – насмешливо протянул Артур.

– А мне плевать. Тебе не место в Троссард-Холле. Тебя осудили по беруанским законам, ты – преступник. По моим скромным расчетам ты должен отбывать свой срок в Доргейме, а не вторгаться на территорию школы, где не место всяким клипсянским выродкам!

Артур насмешливо приподнял брови.

– Кому же здесь место, уж не избалованным ли столичным богатеям, для которых понятие дружбы и чести – пустой звук?

Тод яростно сжал кулаки, и Артур испугался, что вспыльчивый беруанец кинется на него, а тогда о тайном проникновении на территорию школы можно было забыть. Но тот быстро овладел собой, нацепив на лицо безмятежную, чуть нагловатую гримасу.

– Ты уберешься отсюда. И я любезно объясню, почему. В школе сейчас полно охотников-армутов. Ты, верно, не знаешь, но в столице что-то произошло. Полидексяне по какой-то причине принялись наступать в сторону дерева, и у всех имеется подозрение, что их намерения не такие уж мирные. Единороги из Беру не прилетают, однако нам удалось послать весточку о помощи к армутам; некоторые откликнулись. Вся школа оцеплена охотниками-добровольцами, готовыми защищать учеников от полидексян, если тем взбредет в голову сюда сунуться. Дейра пообещала им солидную награду за помощь и защиту, армуты и согласились. Охотники отстреливают всех чужаков, забредших на территорию школы; удивительно, что тебе удалось пробраться незамеченным. Но мне ничего не стоит рассказать о тебе; представляешь, что будет тогда? Я скажу, что ты – сбежавший из Доргейма преступник, покажу статейку, где описывается процесс… Как думаешь, что с тобой сделают? В лучшем случае, вернут обратно, в худшем… Ты и сам понимаешь. Поэтому я по-хорошему предлагаю тебе самому убраться отсюда. Обещаю, в этом случае я буду нем как окунь.

– По-хорошему предлагаешь? – с горечью повторил за ним Артур. – Тод, что я тебе такого сделал? Я считал тебя своим другом! Мы так много прошли вместе… Прошу, давай разойдемся мирно. Я и так хотел скоро уходить из школы, но позволь мне только увидеть своих друзей и узнать, что с ними все в порядке.

Тод упрямо покачал головой, а голубые водянистые глаза его словно обросли коркой льда.

– Нет, ты уйдешь сейчас, иначе я закричу. Добавлю к этому также слезный рассказ о том, как ты напал на меня со спины.

– Последнее скорее уж характерно для тебя! – гневно воскликнул Артур.

Тод натянуто улыбнулся.

– Пусть так. Но я не дам тебе с ней встретиться, ясно?

Артур в отчаянии посмотрел по сторонам; в его голову закралась крамольная мысль о том, что, может, ему стоит треснуть Тода хорошенько, чтобы тот не мешал? Но нет, это был не выход, тем более что подобное поведение просто бесчестно и недостойно. Приняв решение, Артур вскинул голову и с вызовом посмотрел на соперника.

– Ненавижу этот твой наглый взгляд! – рявкнул Тод, невероятно раздражаясь. – А ну пошел прочь!

– Хорошо, – спокойным голосом ответил Артур. – Скажи, они внутри?

– Да, и что с того?

– Можно я хотя бы из окна посмотрю на них? И сразу уйду.

Тод безразлично пожал плечами. Он подумал, что в принципе проявление иной раз милости тоже бывает весьма приятно, поэтому не стал возражать.

– Раз так любишь смотреть – смотри! Но если учудишь чего или попробуешь подать им какой-то знак, я тут же позову охрану!

Под пристальным взглядом неумолимого беруанца Артур подошел к окну. Он был прав – ребята мирно сидели возле камина и оживленно беседовали. Толстячок Треверс что-то с увлечением рассказывал, размахивая руками, возле него стояла Милли Троуд, кстати, повзрослевшая и похорошевшая. Ее волосы были собраны в одну опрятную косу, что для нее было редкостью. Около камина расположились Даниел с Тином и задумчиво глядели на огонь. Значит, Тин жив и здоров, друзья здесь в безопасности, какое счастье!

Губы Артура непроизвольно сложились в радостную улыбку, и плевать, что Тод пристально наблюдает за каждой эмоцией,