Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

Как же было возможно проскользнуть мимо них незамеченными? На какую-то долю секунды Артур пожалел, что не остался в пропыленной каморке библиотекаря; вдруг бы ему повезло, и охотники не дошли бы до нее. Но Тод сработал гораздо быстрее его. Он самозабвенно бежал прямо навстречу охотникам, словно намереваясь грудью вытолкать их из помещения, а в самый последний момент вдруг оступился и словно случайно задел книжный стеллаж. Книги, как оловянные солдатики, принялись падать – одна за другой. Стеллаж с грохотом обрушился наземь, затем другой – с неменьшим шумом. Старые обложки скрипели от возмущения, подбежал карлик, принявшись громко браниться, и внимание охотников было невольно привлечено к этому неожиданному погрому. Они подошли к Тоду, пытаясь разобраться, что произошло. И вот это-то и был шанс. Мимолетный, рискованный, но все же. Артур вихрем кинулся к выходу; он так спешил, что даже не почувствовал, как один из армутов с крючковатым носом заметил его и кинулся в погоню.

Юноша бежал по витиеватым переходам: Троссард-Холл был его домом, он знал здесь каждый изгиб и уголок, чего нельзя было сказать о преследователях. В этом состояло его некоторое преимущество; впрочем, не особенно большое. Ребра бедолаги распирало от боли, воздуха отчаянно не хватало, но он бежал, чувствуя, как в ушах все звенит и гудит. Фантазия дорисовала ему следующую картину: будто за ним несется целое полчище неумолимых стражей, они везде, повсюду, как саранча, как тараканы ползут и ползут.

В какой-то момент Артур сообразил, что вместо того, чтобы бежать вниз, подальше от школы, он зачем-то принялся подниматься по крученым лестницам, словно намереваясь застать помощь на шпилях замка. Вот перед его усталым взором мелькнул кабинет Дейры, а потом несколько аудиторий, но дальше дорога никуда не вела, она предательски обрывалась, ибо здесь был тупик.

Недолго думая, Артур судорожно надавил плечом на дубовую дверь, ведущую в обитель директрисы. Захлопнув ее за собой, он в изнеможении прижался к стене – загнанный, раскрасневшийся от бега, до смерти напуганный, но не за свою жизнь, а скорее за тот факт, что его опять вернут в опротивевшую тюрьму и тогда ему уже нескоро удастся вновь свидеться со своими друзьями. Сердце стучало так громко, что его воспаленному воображению чудилось, будто эти тяжелые удары, словно от молота в кузнице, должны быть непременно услышаны во всем замке.

– Отдышитесь, мой мальчик, – вдруг раздался спокойный голос, и Артур мучительно вздрогнул, подняв голову. На него смотрели холодные, чуть выпуклые глаза директрисы, прикрытые стеклами очков.

Артур нервно сглотнул слюну. На что, собственно, он рассчитывал – что внутри никого не окажется? Это при открытой-то двери? Юноша вернулся мыслями в тот день, когда впервые оказался в этом кабинете. Помнится, его тогда поразил безукоризненный порядок, царивший здесь, а также – другая грань этой чрезмерной чистоты – манерность и холодность директрисы, отчего-то пожелавшей непременно принять его в свою школу.

– Ну и жалкий же у вас вид, – чуть насмешливо протянула она, с ног до головы осматривая незваного гостя. – Кажется, будто вас неделю мариновали в банке с короедами.

– Почти так и было, – тихо ответил Артур, подивившись, каким хриплым вдруг стал его голос.

Госпожа Дейра мечтательно улыбнулась.

– Чуть более двух смрадней назад я принимала вас в Троссард-Холл. У вас было такое честное открытое лицо, вы так серьезно задумались над моим предложением. А во взгляде светилось недоверие, словно вы предполагали, будто я желаю вам зла. Помнится, меня это немного позабавило. Теперь вы выросли, превратились в красивого юношу, почти мужчину, но эта недоверчивость во взоре сохранилась.

– На территории школы – приглашенные армуты. Я скрываюсь от них, они заметили мой полидексянский плащ. А я… Я сбежал из колонии, – неловко объяснился Артур, отдавая себя во власть директрисы. В самом деле, его счастливое избавление, равно как и неименуемая гибель, находились целиком и полностью в руках Дейры. Если она захочет его погубить, то сделает это немедленно. Впрочем, на суде она была на его стороне.

Дейра легонько засмеялась.

– Вы никогда не отличались примерным поведением, мой мальчик.

– Скажите… Вы ведь не выдадите меня? – здесь его голос все-таки немного дрогнул, как натянутая струна клависона.

Директриса покачала головой, что, впрочем, могло означать все, что угодно. Внезапно она погрустнела. И так было странно видеть, как меняется ее строгое лицо – сначала проносится недоумение, затем оно грустнеет, надежда исчезает, а во взгляде все мертвеет, гаснет, словно последняя свеча, мерцавшая в них, окончательно потухла.

– Скажите, Артур, что там, снаружи? – вдруг спросила она.

– В каком смысле?

– Неужели война? – последнее слово она выдохнула из последних сил.

– Похоже на то.

– Но как? В современном цивилизованном обществе – война?! Мы обуздали природу, подчинили себе деревья, научились жить высоко на ветвях, узнали науки… В конце концов, изменили мир вокруг себя!

– Мир изменили, а сами не поменялись, – пожал плечами Артур, удивляясь про себя наивности директрисы. Он уже слишком долго путешествовал по этому «цивилизованному» миру, чтобы понять – подчиняя природу вокруг, но не обуздывая ее внутри себя, ничего хорошего не добиться. Никакой результат не будет удовлетворительным, ибо все большое и великое на этом свете начинается с малого – сердца человека.

Но мечтательнице Дейре, человеку, столь крепко связанному с науками, и между тем совершенно далекому от ужасающей действительности, и впрямь было сложно понять. Она бы так еще долго сидела, со скорбным выражением глядя на Артура, но потом, услышав топот ног на лестнице, встрепенулась, словно вышла из смраденьской спячки.

– Уходите, мой мальчик, прячьтесь. Я обвиняла вас когда-то, но теперь думаю, что вы ни в чем не виноваты. Ни в чем плохом. Простите меня за нежелание выслушать. Я сейчас открою вам потайную дверь, к счастью таковая имеется в моем кабинете. Спускайтесь вниз и бегите в сад. Вы ведь осведомлены, где сад, не так ли? Подозреваю, вы знаете куда больше меня. И… Будьте мужественны, мой мальчик. Война – это страшно, особенно, когда ты молод и полон надежд.

С этими словами Дейра Миноуг живо поднялась на ноги и шагнула к каменной стене. Артур увидел, что среди кладки действительно маскируется неприметная дверца, какая обычно должна приводить в подземелье. Директриса дала своему гостю мерцающую лампаду.

– Я была рада вас видеть, мой мальчик. Надеюсь, вы принесете нам удачу. Я так боюсь за школу, за учеников… Нас окружили со всех сторон, знаете ли вы об этом? Боюсь, вам не удастся пробраться незамеченным, но я, по крайней мере, сделала все возможное, чтобы вас спасти.

– Спасибо! –