Кастелламмарская война - Наиль Эдуардович Выборнов

Но облегчения я не почувствовал. Да, с одной стороны, я только решил свою большую проблему. Дженовезе никак нельзя было назвать хорошим человеком. Вообще ни в коем разе, он был непорядочным, в будущем он бы убил свою жену, сбежал бы в Италию, связался бы там с Муссолини, а потом вернулся бы, и пытался убить сперва меня, а потом и Костелло.

Но с другой… Я уже крупно поменял историю. Что бы ни случилось теперь, рассчитывать на свои знания будущего целиком и полностью нельзя. Не знаю, что именно может случиться, но жизнь теперь повернется иначе.

А еще я выступил против босса. Да, никто не должен знать, что именно здесь случилось, кроме меня и Рейныа, но…

Ладно, надо уходить отсюда как можно скорее. Потому что жители этих домов уже наверняка вызвали полицию, и мне совсем не хотелось, чтобы меня взяли на горячем на месте перестрелки. За случайного свидетеля сойти у меня не получится в любом случае, детективы далеко не тупые, и они смогут разобраться в случае чего.

Только что делать с пистолетом? Оставить его прямо тут или забрать с собой? Не знаю, не уверен толком. Лучше, конечно, если оружие совсем не найдут, но с другой стороны, если за нами сейчас увяжутся легавые, и смогут схватить нас…

Ладно, оружие нелегальное, нечестно купленное у береговой охраны, связать его со мной или с кем-то еще не смогут в любом случае. Так что надо избавляться.

Я разобрал пистолет — снял кожух затвора, вытащил магазин, потом протер все это платком и раскидал по разным кустам. Сделал все это быстро — руки привычные, не зря же я всегда предпочитал чистить оружие сам, не делегируя эту обязанность кому-то другому.

— Томми, ты жив? — крикнул я.

— Жив! — ответил он откуда-то спереди.

— Я иду, не стреляй.

Я двинулся вперед, в сторону, где прятался Рейна. Немного боязно было — вдруг все-таки выстрелит. Мало ли, что у него на уме, вдруг он захочет прикончить и меня, чисто на всякий случай.

Но нет. Босс собственной Семьи прятался за бетонным палисадником, лежал там. И я заметил, что правая рука у него висит плетью вдоль тела, а рукав пальто покрыт кровью.

— Твою ж мать, — выдохнул я.

— Это ерунда, — огрызнулся Томми. — Он меня зацепил, но издалека. Только вот все мои люди мертвы. Если бы ты не появился…

— Я знаю, что было бы, — перебил я его и протянул руку. — Хватайся давай, валим отсюда, пока полиция не приехала.

Он схватил меня за руку левой, и я рывком поднял его на ноги. При этом заметил, как топорщится у него карман пальто — похоже, что он спрятал туда револьвер. Я наклонился, подобрал его гильзы — да, снять с них отпечатки так просто не получится, к тому же при выстреле там такие температуры, что жировые следы просто испаряются. Но все равно лучше прихватить их с собой.

Нашел только пять, но искать последнюю времени не было. Если уж я не нашел, то и у остальных, возможно, не получится.

— Туда, — кивнул Рейна в сторону переулка, из которого чуть раньше выбежали его люди. — Там у нас машина для отхода.

Мы двинулись в ту сторону, по дороге я рассмотрел два трупа, лежащих на земле. Да уж, лупара — это все-таки страшное оружие. Обезображены они были порядком. Точно мертвы? Точно, не двигаются. Для Рейны это значит, что он потерял двоих человек, а для меня — то, что никто не даст никаких показаний.

Я надвинул шляпу чуть вперед, чтобы она закрывала лицо, и мы вошли в переулок. Там, чуть дальше, действительно оказалась припаркована машина — Форд Модели А. Когда же уже появится что-нибудь интереснее, те же Форды с восьмицилиндровыми двигателями? Хотя они очень долго будут недоступны обычным обывателям.

— Садись за руль, — сказал Рейна. — Я не смогу вести.

Я послушал его, открыл дверь, уселся за руль. Он левой рукой кое-как открыл пассажирскую, примостился на сиденье. Ключи оказались в замке зажигания, я повернул их и двигатель тут же схватился.

Тронулся с места и повернул налево. Ехать по трупам мне не хотелось, оставлять лишние следы. Чуть ускорился. Эта машина не должна вызвать особых подозрений, их тут полно на улицах, но с другой стороны, полиция может оцепить район. Они ведь сразу поймут, что кто-то ушел, к тому же там кровь Рейны на палисаднике осталась. Хорошо хоть анализов ДНК еще нет, и никто не сможет ничего выяснить.

Однако и гнать сильно я не стал, чтобы не вызывать подозрений. Если нас остановит какой-нибудь патрульный за нарушение скорости, то он явно заинтересуется, что у нас в машине делает парень с огнестрельным ранением.

Тридцать пять миль в час — такое ограничение действует на улицах города. Потом оно, кстати, поменяется, насколько мне известно. В военные годы, когда резина станет дефицитным товаром и пойдет на производство военной же техники. И бензин, и новые покрышки будут выдавать по талонам.

Да, разгуляемся мы в те годы. Если доживем, конечно.

— У меня к тебе один вопрос, Чарли.

Я почувствовал, как мне в живот что-то ткнулось. Опустил взгляд и увидел, что Рейна держит в левой руке пистолет и уже приставил его к моему животу.

— И что за вопрос? — спросил я, стараясь говорить так, чтобы голос не выражал никаких эмоций.

— Какого черта их было двое? — спросил он. — Ты говорил, что Дженовезе будет один.

— Я не знал, — ответил я. — Точнее знал, но не успел тебя предупредить. Вито связался с Массерией, хотел выставиться перед ним, тот отправил с ним еще одного человека.

— А Пинцоло что там делал?

— Собирался стать боссом, — ответил я.

— Понятно, — сказал Рейна.

Я не понял, что ему было понятно. Может быть у них какой-то свой конфликт уже был в прошлом, может еще что-то. Но рассказывать он желанием явно не горел, а так и продолжал сидеть, прижимая ствол револьвера к моему животу. Мне было неуютно, но я знал, что стрелять он все равно не станет. Я же за рулем, если он меня убьет, то мы в аварию попадем. Разобьемся или нет — непонятно, но только вот машине точно конец, скорее всего.

—