Волшебная библиотека «Мэнитейл» - Хон Сиён

– Надо было хотя бы его имя запомнить… – пробормотала Айша, прежде чем опуститься под воду.

Исчезли все звуки, и к ней пришло успокоение. Но мысли так и роились в голове. Долг бэров заключался в том, чтобы нести людям счастье, оберегать от бед. Такова была их судьба – судьба потомков тех, кто пошел на преступление против человечества. Вспоминая разрушенный огнем город и Шахина, с которым она толком даже не попрощалась, Айша хотела посвятить свою жизнь людям, отдать ее ради их блага. Долгие годы совесть и чувство долга тяжелыми камнями давили на ее плечи.

Когда она впервые рассказала Теодору о чувстве, которым было продиктовано ее решение стать хранителем, он не понял, чем ее причины отличались от причин других кандидатов. Он не понимал, что для Айши это было настоящим испытанием. Ведь у нее была одна серьезная проблема.

«Хранитель с дислексией…» – подумала она.

Со встречи с Шахином у нее появилось расстройство, из-за которого она не могла нормально читать. Стоило ей посмотреть на текст, как буквы начинали прыгать и мешаться. Только решимость посвятить свою жизнь людям помогла ей подать заявку на экзамен хранителя. Цель направляла ее: чтобы встретиться с книгами людей, ей было необходимо попасть в Мэнитейл и стать хранителем.

Айша вспомнила все усилия, которые приложила, чтобы скрыть дислексию и пройти экзамен. Она также думала о том, сколько еще предстоит сделать, чтобы продолжать работать, не выдав свою проблему. Пока она оставалась погруженной в мысли, из ее носа и рта начали подниматься пузырьки, воздух в легких заканчивался.

– Х-х-х… – закашлялась она, вынырнув из воды и с трудом вдохнув.

Айша мучительно пыталась восстановить дыхание. Случай Сонхуна пробудил в ней сомнения. «Есть ли у меня право защищать книги, которые причиняют страдания людям?» – Этот вопрос не давал ей покоя. Чтобы найти ответ, ей нужно было больше работать с книгами, но она беспокоилась, что, скрывая свою дислексию, рано или поздно допустит промах.

Глава 5. Обещание под луной

После месяца работы в зале рождения на первом этаже и еще месяца в читальном зале на втором этаже стажеры наконец-то получили отпуск. Им дали неделю отдыха, и благодаря этому Айша смогла впервые за долгое время встретиться с родителями.

Сидя в зале отправления и дожидаясь своей очереди, Айша от скуки начала махать рукой перед лицом крайне сосредоточенного Теодора. Тот вертел в пальцах дешевую ручку, подаренную на церемонии назначения, и о чем-то думал. Чернила в ручке почти закончились, и каждый раз перед использованием ее нужно было встряхивать, но Тео носил ее с собой. Вероятно, ему нравился выгравированный на ней изысканный логотип Мэнитейла.

– Что делаешь?

– Составляю планы на поездку. Мы с семьей решили поехать вместе. Вообще-то этим должен был заняться Лиан, но у хранителей второго уровня отпуск теперь в другое время. В итоге едем без него, и все планирование на мне.

Лиан, старший из двух братьев Теодора, работал в зале завершения на третьем этаже. В детстве они часто встречались, путешествуя по разным историям, но после того как Лиан первым получил назначение в Мэнитейл, видеться стало трудно. Хотя и Айша, и Тео позже тоже стали хранителями, Мэнитейл был настолько огромным, что столкнуться случайно было почти нереально. Кроме того, в отличие от застенчивого и нерешительного Теодора, Лиан был вспыльчивым и принципиальным, и встречи с ним неизменно заканчивались долгими нравоучениями, что, разумеется, вовсе не располагало к сближению.

«Удивительно, конечно: с виду Теодор и братья будто тройняшки, а характеры совершенно разные», – подумала Айша.

Лиан с самого детства относился к ней как к младшей сестре: давал жизненные советы, указывал, как одеваться, как говорить, критиковал оценки во время подготовки к поступлению. Вспомнив все это, Айша невольно вздохнула. Глядя на Теодора, так похожего на брата внешне, она вдруг снова вспомнила «кошмары» детства.

– Кстати, Тео, а где сейчас живет твоя семья?

– Родители сейчас в «Братьях с Лаверийской площади». А мой второй брат путешествует по сказке «Брат и сестра, ставшие солнцем и луной»[2]. Он написал в письме, что в старых корейских народных сказках тигры встречаются чуть ли не на каждом шагу. Не зря же та эпоха значится опасной! Он сказал, что боится и собирается как можно скорее перебраться в современную прозу. Айша, а ты куда поедешь?

Айша немного подумала, потом тяжело вздохнула и ответила:

– Кажется, мои родители сейчас в «Алисе в Стране чудес». Наверное, скоро вернутся в «Улыбку», где жили раньше. Я не против небольших странностей в историях, правда. Но в «Алисе» ведь все безумцы, не так ли?

Тут к месту, где сидели Айша и Теодор, подошла знакомая фигура и пристроилась рядом. Холодный взгляд, эффектная красота – это была Корделия.

– Корделия, а ты где собираешься провести отпуск?

– Поеду к бабушке. В «Деревню, где восходит луна».

С момента, когда она начала жить с бабушкой, и до поступления в Мэнитейл Корделия обитала в этой истории, написанной каким-то безымянным датским автором. История не снискала популярности у людей из-за отсутствия драматичных поворотов, но Айша смутно помнила, что ее любят пожилые бэры – за умиротворенность, спокойную атмосферу и добродушных персонажей. Для бэров, вынужденных постоянно странствовать по историям, не было рассказа приятнее.

– А не думала свозить бабушку в путешествие?

– Вы ведь и сами наверняка слышали слухи. Моя бабушка уже слишком долго живет в этой истории и совсем забыла, что она бэра. Сколько ни уговариваю ее переехать в другое место, она не соглашается. Более того, она даже не верит, что мы живем в книге. Для нее эта деревня – реальный мир.

После слов Корделии повисла тишина. Одно дело – сплетни, но услышать подтверждение из первых уст – совсем другое. Никто не знал, как ее утешить. Но в голове Айши зародилась неожиданная идея.

– А что, если мы съездим к вам в гости?

– Айша, ты о чем вообще? Куда «в гости»?

– Ну как «куда»? В «Деревню, где восходит луна»! Корделия ведь заскучает за целую неделю одна с бабушкой. Мы могли бы приехать в последний день, поприветствовать ее бабушку и посмотреть на деревню. Как тебе идея, Корделия? Ты ведь не против?

Айша незаметно наблюдала за выражением лица Корделии. Взгляд у нее оставался холодным, но уголки губ слегка приподнялись – значит, ей все-таки было приятно.