Волшебный переполох в Сноусмиде - Алиса Болдырева

Сразу после обеда она вместе с дознавателем навестила Аниту Бланшар, владелицу швейной лавки «Муаровый лоскуток», и кузнеца Бена Янга. Их рассказ оказался поразительно похож на тот, что они уже слышали от Лео Годдарда. Поздно вечером Анита Бланшар возвращалась домой из лавки, а очнулась лишь на следующее утро далеко от дома, не помня ничего о том, что случилось с ней после того, как она заперла дверь «Муарового лоскутка». Бен Янг в тот роковой день случайно повредил руку и отправился к мистеру Финнегану за заживляющей настойкой. Похоже, в аптеку он всё же попал, судя по перевязанной руке и флакону с настойкой, который он впоследствии обнаружил в кармане своего пальто. Но очнулся он, подобно миссис Бланшар и Леонарду Годдарду, вдали от дома, не помня ровным счётом ничего о случившемся. И все трое, независимо друг от друга, указали на одно и то же место — район заброшенной мельницы рядом с Голубой елью. Они не могли вспомнить ни единой детали из того, что с ними произошло. Память будто прошла через прачечную «Пар и блеск» — ни пятнышка воспоминаний. Прямо мистика какая-то, ей-богу! Джулиана ломала голову над этой загадкой, но не могла даже предположить, кто с таким хладнокровием лишал людей магии и — что важнее — с какой целью. А Элиас Донован, даже если что-то и подозревал, не спешил делиться с ней своими догадками.

Джулиана украдкой взглянула на дознавателя. Он шагал рядом, погружённый в свои мысли, и его синее кашемировое пальто, дополненное сегодня широким вязаным шарфом, и сосредоточенное выражение лица сильно выделялись на фоне уютного зимнего городка. Глядя на него, Джулиана невольно вспомнила их сегодняшний обед, который иначе как странным не назовёшь.

Едва они переступили порог дома губернатора, вернувшись от Лео Годдарда, как их окутал соблазнительный аромат жареного гуся. Скинув пальто на ходу, умирающая от голода Джулиана заглянула на кухню, где её взору предстал стол, заставленный яствами: запечённое мясо с яблоками, тыквенный суп-пюре, фаршированные перепелиные яйца, дымящиеся лепёшки и переливающееся желе. В центре стола гордо возвышался тот самый морковный кекс, который она так и не попробовала.

Живот Джулианы протяжно заурчал.

Вероника, заканчивавшая на кухне последние приготовления, с радушной улыбкой повернулась на звук их шагов. Рядом с ней, уже заняв своё место во главе стола, сидел отец, как обычно явившийся домой к обеду.

— А вот и наши сыщики! — обрадовался он, откладывая в сторону газету. — Ну что, нагуляли аппетит?

Вероника, не теряя улыбки, сделала приглашающий жест в сторону стола.

— Как раз вовремя! Мы с отцом только собрались обедать. Прошу, присоединяйтесь к нам. Господин Донован, вы наверняка изрядно проголодались.

Джулиана выпучила глаза. Ну конечно! Господин Донован проголодался! А о родной сестре кто-нибудь подумал? Видимо, нет, раз все заботы лишь о столичном щёголе!

Но Элиас нарушил все планы Вероники.

— Благодарю за гостеприимство, мисс Вероника, господин губернатор, — произнёс он вежливо, но твёрдо. — Однако я вынужден отказаться. Мне необходимо ещё раз просмотреть полученные сведения. Приятного аппетита.

Понимая всю важность работы дознавателя, губернатор лишь молча кивнул. Но на лице Вероники на мгновение мелькнула самая настоящая досада. Её идеально подведенные глаза чуть расширились, а уголки губ предательски дрогнули. Она была огорчена его отказом.

Джулиана смотрела на него с нескрываемым возмущением. «Ну и важничает!» — пронеслось у неё в голове.

Снова взглянув на стол, она оценила размах приготовлений. Вероника явно провела у плиты не один час, стараясь как никогда. И этот столичный зазнайка посмел всем этим пренебречь! Да кто он вообще такой, чтобы отказываться от обеда в доме губернатора?

Впрочем, едва Джулиана принялась за еду, её гнев начал таять. «Ну и ладно, — мысленно отмахнулась она, с наслаждением уплетая сочную гусиную ножку, — ему же хуже. Останется голодным».

— Джулиана, — раздался голос отца, когда она как раз откладывала в сторону обглоданную косточку. — Мы обязаны позаботиться о нашем госте. Он работает на благо нашего города, и оставить его голодным — недопустимо. Представьте, что подумают в столице о нашем гостеприимстве. Когда закончишь, отнеси ему, пожалуйста, угощения в комнату.

Джулиана едва не подавилась, услышав слова отца.

— Пусть Никки отнесёт! — почти выкрикнула она.

И в тот же самый момент прозвучал услужливый голос Вероники:

— Я отнесу!

В кухне на секунду воцарилась тишина. Губернатор перевёл взгляд с одной дочери на другую, и остановил его на старшей.

— Ну что ж, — сказал он, — отнеси ты, Вероника, раз сама предложила.

Дальше обед пошёл своим чередом.

Увлечённая потоком воспоминаний, Джулиана не сразу заметила, что они с Элиасом подошли к аккуратному, словно игрушечному, домику миссис Петцольд. Как она и рассчитывала, возле калитки их уже поджидали двое — рослый и широкоплечий Габриэль, скрестивший руки на груди, и хрупкая Люси, кутавшаяся в пёстрый шерстяной платок и длинное пальто алого цвета.

Едва увидев Элиаса, Люси уставилась на него с нескрываемым девчоночьим любопытством. Габриэль же, напротив, встал в позу, грудь колесом, подбородок высоко поднят. Он всем своим видом показывал: «Здесь главный я, а не какой-то столичный сыщик!»

— Господин Донован, позвольте представить вам тех самых «Добрых духов городка», о которых вы спрашивали. — Джулиана церемонно указала на своих друзей. — Это Люси, наш главный стратег. А это Гейб — недюжинная сила и опора нашей команды.

— Правда? — Элиас приподнял бровь, его взгляд скользнул от хрупкой Люси к могучему Габриэлю. — Спасибо, что разъяснили, мисс Фэрфакс. А то я уж было решил, что всё как раз наоборот. А вы сами, простите, какую... должность занимаете? Уж не главный ли по завариванию чая? Хотя... погодите-ка! Кажется, я догадался! Вы ведь специализируетесь на «очистке» карманов доверчивых граждан.

Джулиана гордо выпрямилась, сделав вид, что не уловила намёка на их первую встречу. Её глаза сверкнули.

— Вообще-то, господин дознаватель, именно я — мозг нашей команды.

Габриэль, чьё лицо моментально побагровело, резко выпрямился во весь свой внушительный рост, нависая над дознавателем угрожающей тенью. К чести Элиаса, тот лишь чуть отклонил голову, но не отступил ни на шаг. Казалось, ещё мгновение, и начнётся заварушка, но именно в этот миг калитка распахнулась, и в проёме появилась улыбающаяся миссис Петцольд, закутанная в столько шалей, что сама напоминала добродушный мохнатый шарик.

— Ах, вот и вы! Все в сборе! — воскликнула она. — Проходите, проходите во двор! Мы с Олдрином вас с нетерпением ждали!

Они проследовали за хозяйкой в небольшой, но тщательно ухоженный двор с аккуратно расчищенными дорожками. Подойдя