Волшебный переполох в Сноусмиде - Алиса Болдырева

— Он мне не кавалер, снежный ты мешок! — вспыхнула Джулиана, и всё её хорошее настроение мгновенно испарилось.

— Э-э-э, не кипятись ты так! Да и со стариной Олдрином обращайтесь почтеннее! Иначе упаду! — назидательно произнёс он.

— Может, меня просто насмешило, как легко вы отделались от назойливых расспросов, — ответила Джулиана, сгребая снег с карниза. — Хотя, кто его знает... Может, у вас и впрямь в каждом городе припрятана тайная невеста, раз уж вкус у вас такой... «взыскательный». Вот вы и перебираете.

— Ой, поссорились? — снова раздался тоненький голосок Олдрина. — А я ведь всё слышал! Продолжайте, продолжайте, мне скучно лежать!

— А как же, перебираю, — ничуть не смутившись, подтвердил Элиас. — Далеко не каждая способна стать моей невестой, не то что женой. Последнее и вовсе удел избранных. А вы... кажется, слишком заинтересовались моим семейным положением. Что ж, понимаю, тема весьма занятная.

Элиас не сводил с Джулианы изучающего взгляда, аккуратно поддевая руками основание снеговика.

— Не так сильно, как миссис Петцольд, само собой! Между прочим, весьма... отчаянная старушка! Присмотритесь внимательней. А мой интерес ровно такой же, как к личной жизни любого столичного чиновника, — фыркнула Джулиана, хватая снеговика за голову. — То есть совершенно никакой. Держите ровнее, а то от этого болтуна останется лишь мокрое пятно.

— Да ну? И много вы этих столичных чиновников-то повидали? — с притворной слащавостью поинтересовался Элиас, давая понять, что, по его мнению, она и в глаза ни одного из них не видела.

— Эй, я не болтун! — взвизгнул Олдрин, избавляя Джулиану от необходимости отвечать. — И вообще, там внизу старушка с шалями просила передать, что она уже присмотрела вам трёх кандидаток! Одна даже пирог испекла! С капустой!

Едва Олдрин заговорил о выпечке, как у Джулианы мелькнула догадка: да он же наверняка на Веронику намекает! Но откуда этому снежному кóму знать о её симпатии к дознавателю?

Она так резко дёрнула руками, что морковный нос Олдрина чуть не остался у неё в руках. Элиас едва удержал равновесие, его пальцы крепче впились в снежную глыбу.

— Кажется, — его дыхание смешалось с её дыханием в морозном облачке, — нам стоит сосредоточиться на спасении этого снежного провокатора, а тему свадьбы прибережём для особого случая.

— Видите? Видите? — обрадовался Олдрин. — Джулиана аж позеленела! Прямо как та ёлка в прошлом году, которую миссис Петцольд слишком рано нарядила!

— Помолчи лучше, — шикнула на него Джулиана, показывая взглядом на опасный склон крыши.

— А что же вы сами, мисс Фэрфакс? — спросил Элиас, перехватывая съезжающего снеговика. — Каким вы представляете себе счастливый брак? Или, может, у вас уже готов список требований к будущему избраннику?

Джулиана почувствовала, как кровь ударила в лицо. Она даже с Люси и Габриэлем никогда не заговаривала на подобные темы, а тут какой-то Элиас Донован! Чужак, с которым они едва знакомы! Неужели он всерьёз ждёт, что она станет откровенничать с ним? Она метнула на дознавателя быстрый взгляд, затем сердито фыркнула.

«Напыщенные индюки и столичные зазнаватели в него точно не входят!» — мысленно съязвила она.

— Я вообще никогда не задумывалась над этим дурацким вопросом, — отрезала она, с усилием подталкивая снеговика к краю крыши. — Мне и здесь, в Сноусмиде, прекрасно живётся. С Вероникой и отцом. Они и есть моя семья, самые близкие люди.

Элиас улыбнулся Джулиане с той снисходительностью, с какой взрослые выслушивают детские выдумки. От одной только мысли, что он воспринимает её слова невсерьёз, Джулиану захлестнула волна гнева.

— Ваши суждения так по-детски просты и наивны. Жить с отцом и сестрой — не значит обрести собственную семью, мисс Фэрфакс, — тихо, но твёрдо сказал он. — Это совсем другое. Однажды отца не станет, а Вероника выйдет замуж, и тогда... вы останетесь в одиночестве.

Все звуки внизу мгновенно прекратились. Миссис Петцольд и Люси буквально вытянули шеи, пытаясь расслышать хоть словечко из их разговора, который принимал всё более опасные повороты.

— Одинокая старушка в большом доме! Печально и предсказуемо! — весело прокричал Олдрин своим тонким голоском.

Решив, что Элиас намекает на свой брак с Вероникой, Джулиана вспыхнула и тут же заявила:

— В таком случае я просто перееду к сестре и буду жить с ней и её мужем! И этот несносный тип не будет знать ни минуты покоя! — Затем, грозно повернувшись к снеговику, добавила: — А ты лучше помолчи, если не хочешь полететь вниз головой!

Элиас рассмеялся, на этот раз искренне, по-доброму. Джулиана и представить не могла, что в его арсенале водится и такой смех.

— Тогда я от всей души сочувствую будущему мужу Вероники, — произнёс он, пока они осторожно опускали снеговика прямо в руки Габриэлю. — А может статься, что вашей сестре и вовсе суждено остаться старой девой, если её потенциальный жених узнает о ваших... планах по совместному проживанию.

— Старая дева! — прохихикал Олдрин.

— Ах ты негодник! Болтун несчастный! — зашипела Джулиана.

В этот момент Элиас разжал руки, державшие нижнюю часть снеговика, а Джулиана, вцепившаяся в его болтливую голову, не успела вовремя отпустить. Так голова Олдрина и осталась у неё в руках.

— Ой-ой-ой! — запищал Олдрин, беспомощно вращая глазками-угольками. — Джулиана оторвала мне голову! На помощь! Спасите! Помогите! Миссис Петцольд!

— Сам виноват, нечего было болтать лишнее! Я тебе сейчас и нос вырву вдобавок! — пригрозила ему Джулиана.

— Мисс Фэрфакс, вы к нему не справедливы, — заметил Элиас. Он бережно забрал у неё из окоченевших пальцев голову Олдрина и водрузил её на законное место. — Но отныне я буду с вами осторожнее, чтобы в один прекрасный день не лишиться собственной головы.

Джулиана стиснула зубы, чувствуя, как к щекам приливает кровь. У неё возникло чёткое ощущение, что в этот момент он вовсе не шутил.

Едва снеговик оказался в надёжных руках Габриэля, тот ловко спустил его вниз, где Олдрин наконец обрёл устойчивость и торжественно водрузился на своё законное место у крыльца.

Миссис Петцольд прижала руки к груди и восторженно рассмеялась.

— Чудесно! Просто восхитительно! Благодарю вас, мои дорогие! Теперь-то он устоит! Вы молодцы! А сейчас — все ко мне в дом! Гостей ждёт мандариновое какао с зефиром!

Глава 8. Ночной гость

Вечер, начавшийся со спасения снеговика Олдрина и закончившийся посиделками на кухне миссис Петцольд, оставил в душе Джулианы странный налёт. Она была абсолютно уверена, что Элиас откажется от предложенного напитка, как обычно, сославшись на необходимость всё обдумать, и они втроём с Габриэлем, который стоял мрачнее зимней тучи, и пританцовывающей от холода Люси пойдут пить какао и строить планы без его бдительного взгляда. Но к её