Волшебный переполох в Сноусмиде - Алиса Болдырева

— Мне бы самому хотелось это понять, — проговорил Элиас, всё ещё вглядываясь в тёмное окно.

— Вы думаете, это как-то связано с исчезновением магии? — Джулиана широко раскрыла глаза. — Может, это был сам похититель? Неужели он пришёл за моей магией?

Тут её осенило, и она с ужасом воскликнула:

— А что, если он сейчас направился к Никки или отцу?

— Кто бы это ни был, он уже скрылся, — уверенно заявил Элиас. — Не тревожьте семью понапрасну. Возвращайтесь в кровать, Джулиана. Окно я уже закрыл.

С этими словами он разжёг огонь в камине, затем направился к креслу в углу, тому самому, на котором совсем недавно сидела Вероника, и устроился в нём.

— Постойте, вы что... собираетесь здесь остаться? — опомнилась Джулиана. Она стояла перед ним в пижаме, а в её спальне, глубокой ночью, находился мужчина. Отец с ума сойдёт, если об этом узнает! — Вам придётся уйти.

— Это исключено, — возразил он. — Я остаюсь. На случай, если незваный гость решит вернуться.

— Это исключено! — вспыхнула Джулиана, повторив его слова с гораздо большим пылом. — И вообще... как вы оказались в моей комнате так быстро? — Её взгляд скользнул по его одежде, и ужасная догадка посетила её. Он появился буквально через мгновение после того, как она заметила нарушителя. Будь он в постели, ему потребовалось бы время, чтобы одеться. Значит, он и не ложился. — Почему вы всё ещё одеты? Вы что же, знали, что ко мне явится вор, и специально не раздевались?

Элиас позволил себе усталый вздох. В полумраке комнаты его черты выглядели измождёнными.

— Не усложняйте, Джулиана. Я просто не успел переодеться — всё это время сидел у себя и работал над делом. Услышал странные звуки из вашей комнаты и поспешил на помощь. И да, я останусь здесь, нравится вам это или нет. Это необходимо для вашей же безопасности.

Джулиана внимательно изучала его лицо, чувствуя, что он что-то недоговаривает, но... никаких доказательств у неё не было. Она поняла: спорить бессмысленно. Элиас уже всё для себя решил, и её слова не смогут переубедить его.

— Хорошо, — сдалась она, забравшись в кровать и натянув одеяло до подбородка. — Оставайтесь. Но при одном условии.

Элиас, не меняя положения в кресле, вопросительно приподнял бровь.

— И каково же оно?

— Вы объясните, откуда знали о запахе лакричных конфет, о которых говорили в доме Лео Годдарда. Вы же не могли его чувствовать. Я, например, ничего подобного не заметила. И без уловок на этот раз, Элиас!

Он долго смотрел на неё. Тусклое освещение делало его глаза почти чёрными. Казалось, он взвешивает что-то. Наконец, Элиас кивнул.

— Идёт. Я поделюсь с вами этой информацией.

Джулиана устроилась поудобнее, прижав к себе Бенджамина. Элиас поднялся, чуть сдвинул кресло от окна, чтобы видеть и дверь, и саму Джулиану, и снова сел. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь их дыханием.

— В Академии судебной экспертизы и дознания, — заговорил он, понизив голос, — профессор Вайс учил нас видеть следы магии там, где её создавали. Не саму магию — её, увы, не дано узреть никому, — но её отпечаток, её эхо. Это весьма помогает в расследованиях.

Джулиана слушала, не сводя с него широко раскрытых глаз. Даже Бенджамин, казалось, впился в него своими крошечными глазками-бусинками.

— Как… как это?

— Для меня расследование — это чтение невидимого текста, — продолжил он. — Каждое заклинание, каждый сильный магический всплеск оставляет после себя след. У него есть цвет, интенсивность, возраст и… «подпись». Уникальный оттенок, характерный для конкретного мага. Я могу, прикоснувшись к предмету, активировать «отпечаток» сильных эмоций или событий, которые с ним связаны. Я не вижу прошлое, но слышу его обрывки. Крик, шёпот, звук шагов или, например, запах. Когда я дотронулся до того пальто, оно «пахнуло» паникой, магией и... лакрицей. Она была частью магического всплеска, который пережил Леонард Годдард. Только вот я не почувствовал магическую «подпись» мага. А это... весьма необычно.

Джулиана приподнялась на локте, забыв о сне. На её лице застыла смесь крайнего изумления и неподдельного восхищения. Вот уж действительно! Она-то наивно полагала, что за сегодня Элиас рассказал о себе достаточно, но как же жестоко она ошибалась! Те сведения, что он обронил в доме миссис Петцольд, не шли ни в какое сравнение с тем, что она услышала сейчас.

— Неужели... — прошептала Джулиана, глядя на него с новым, почти благоговейным интересом, — неужели такому учат в Пионтоне? В академии дознания?

Элиас улыбнулся. В полумраке его улыбка казалась неожиданно мягкой, без следа привычной снисходительности. Её детский восторг, видимо, действительно позабавил его.

— И не только этому, Джулиана. А теперь, — в его голосе вновь появилась твёрдость, — тебе пора спать. Завтра нас ждёт трудный день. Встреча с аптекарем и главой жандармерии потребует много сил, а я не хочу, чтобы ты выглядела уставшей по моей вине. Полагаю, твой отец такому не обрадуется. Так что закрывай глаза.

Джулиана покорно опустила голову на подушку, но мысли её витали далеко за пределами комнаты. Ей казалось, она не сомкнёт глаз до утра. Она уже представляла, как поступает в академию, с отличием оканчивает её и возвращается в Сноусмид, обладая этими фантастическими, почти волшебными познаниями и умениями.

Но, вопреки ожиданиям, усталость всё же взяла верх. Тепло от камина нежно обволакивало, навевая дремоту. Сознание медленно уплывало, стирая грани между явью и сном. И уже почти на пороге забытья, сквозь дрёму, она пробормотала свои последние, смутные мысли вслух.

— Я... я не возражаю... если ты на Веронике женишься... — слова путались, голос был едва слышен. — Тогда я, как и хотела... перееду к вам в столицу... и в академию твою поступлю... А потом мы с «Добрыми духами»... все дела будем раскрывать... без заминок...

Последним, что она услышала перед погружением в глубокий сон, был тихий, низкий смех Элиаса. Он прозвучал прямо над её ухом, тёплый, живой, приятный и без единой нотки насмешки.

Глава 9. Сладкий сон дознавателя

Утром Джулиану разбудил отдалённый собачий лай, донёсшийся со стороны улицы. Зевнув и нехотя разлепив веки, она сначала увидела Бенджамина, сладко посапывавшего у неё в ногах. Снежнеквак устроился поверх лоскутного одеяла, свернувшись в белый, пушистый клубок. Поведя дальше взглядом по комнате, Джулиана различила в кресле у давно погасшего камина неподвижную фигуру дознавателя. Элиас безмятежно спал, оставаясь в том же положении, что и вчера вечером, но сейчас он придерживал голову рукой, уперев ту в подлокотник кресла. Его грудь под