Волшебный переполох в Сноусмиде - Алиса Болдырева

Тогда у неё в голове родился план. Она скатала из снега плотный, идеальный снежок, наклонилась к нему и прошептала: «Люси, Гейб. Жду вас у дома Эрни Уинтерса. Ищите пятый сугроб с края. Срочно. Ваш предводитель замерзает». Затем, сделав небольшой замах, она бросила его в сторону центра города, чтобы послание непременно нашло адресатов.

Через четверть часа, к немалому удивлению Элиаса, который уже решил, что план Джулианы провалился, из-за поворота действительно появились Люси и Габриэль, закутанные в тёплые пальто, шапки и шарфы по самые глаза.

— Получили твоё послание, — Габриэль улыбнулся Джулиане, однако Элиаса лишь наградил ледяным взглядом. — Идите, погрейтесь, мы вас подменим.

С тех самых пор началось их неустанное бдение. На протяжении всей недели они менялись каждые несколько часов, организуя круглосуточное дежурство. Джулиана, Люси и Габриэль, затем Элиас с кем-то из них (естественно, кроме Гейба), иногда вся четвёрка вместе. Они просидели так целых семь дней. Семь долгих, холодных дней, в течение которых дом Эрни Уинтерса оставался безмолвным. Ни огонька, ни шороха, ни следа присутствия человека.

Несмотря на установленный в спальне им лично сигнальный амулет и полное отсутствие новых попыток проникновения, Элиас в течение этой недели продолжал свои ночные обходы. Он приходил к Джулиане перед сном и скрупулёзно проверял каждый уголок её комнаты, а затем непременно заводил разговор, иногда засиживаясь до глубокой ночи.

— Необязательно являться сюда каждый раз лично, — в один из таких дней заметила она.

— Ошибаешься. Как раз наоборот — обязательно, — ответил Элиас, растянув губы в злорадной ухмылке. — Хотя бы потому, что тебя это неимоверно злит.

И прежде, чем Джулиана успела осознать смысл его слов, он уже выскочил из комнаты, оставив её пыхтеть от злости в одиночестве.

На восьмое утро, когда они вчетвером собрались у своего наблюдательного пункта, Люси с прискорбием заметила:

— Он, может, и не придёт вовсе, особенно если уже в курсе, что мы его здесь подстерегаем.

— Это уже не имеет значения, — сказал Элиас. — Совсем скоро мы сможем сами войти в этот дом, не дожидаясь возвращения мистера Уинтерса.

Три пары глаз вопросительно уставились на него.

— Я отправил запрос в столицу на ордер для обыска, — пояснил он. — Ждать осталось недолго.

— Недолго — это сколько? — уточнила Джулиана, терпение которой закончилось. — Пока это «недолго» истечёт, пройдёт ещё неделя! А то и две! Мы не можем просто ждать!

— И что ты предлагаешь? — спросил Элиас, посмотрев на неё.

— Нужно действовать! Взять и зайти самим! — выпалила она. — И вообще... Мы должны были сделать это ещё тогда!

— Это опасно, Джулиана. Если этот человек и вправду похититель магии — а всё указывает как раз на это, — то на входе может быть установлена магическая ловушка. С ордером я смогу использовать служебный артефакт для подавления чужой магии. Без него — нет. Это нарушение всех протоколов.

— Вечно ты со своими протоколами! Зануда, — Джулиана надула губы, словно рассерженный сыч. Её взгляд скользнул к дому Эрни, и в зелёных глазах вспыхнул почти дьявольский огонёк. — Через дверь идти опасно, но мы ведь можем воспользоваться и иным путём.

Элиас удивлённо вскинул брови.

— И как же, интересно? Ты умеешь проходить сквозь стены? Если да, то место в Пионтонском бюро дознания тебе гарантировано, можешь не сомневаться.

— Чтобы ты знал, никто не может проходить сквозь стены. А мы попадём в дом через дымоход, разумеется, — объявила она с торжествующим видом.

— Что за глупости? — Элиас скривил лицо, и Джулиане страсть как захотелось хорошенько встряхнуть его, чтобы сбить этот надменный вид. — Забудь! Лазать через дымоход мы не станем! Я не намерен ставить под удар свою карьеру из-за чьей-то неспособности проявить элементарное терпение.

— Почему это нет?! — возмутилась Джулиана. — Да я в этом ас! Спроси у Люси и Гейба!

Те тут же принялись кивать и наперебой рассказывать, как ловко она когда-то проникла через дымоход в дом миссис Купер.

— Я сказал нет, и это моё последнее слово! — вспылил Элиас. — Это опасно для жизни!

— А я тебя и не спрашиваю, — фыркнула в ответ Джулиана. — Оставайся, если боишься!

— Клянусь, я нацеплю на тебя наручники! — пригрозил он.

— Попробуй, — она протянула ему руки. — Но это ничего не изменит.

Элиас закатил глаза и тяжело вздохнул, выпуская в морозный воздух белое облачко пара.

— Не верится, что я на это соглашаюсь... Но ладно. Поступайте как знаете.

Как только густая темнота окутала всё вокруг, они вчетвером крадучись подобрались к дому. Габриэль, самый сильный и рослый, помог Элиасу, а затем и Джулиане забраться на пологую, заснеженную крышу. Сам он с Люси остался внизу, пообещав подать знак, если что-то пойдёт не так.

Наверху ветер был сильнее. Элиас осмотрел кирпичную трубу и скептически изрёк:

— Не хочу тебя огорчать, но вряд ли ты пролезешь. Он малость узковат.

— Много ты в этом понимаешь! — фыркнула Джулиана. — Ты хоть раз в жизни пробирался через дымоход? Небось, даже мысль такая в твоей голове не рождалась!

— Естественно, — ответил Элиас, наблюдая за тем, как Джулиана вертится вокруг дымохода, явно примеряясь. — Я ведь ещё в своём уме. И в отличие от тебя, я умею пользоваться входной дверью. Это удивительное изобретение открывается и закрывается.

— Ну а я лазила! — важничала Джулиана, не обращая внимания на его слова. — И всё со мной в порядке!

— Ага, оно и видно, — пробурчал Элиас. — Только здравый смысл растеряла. Он, видимо, так и остался в дымоходе миссис Купер.

В очередной раз пропустив его слова мимо ушей, Джулиана с решительным видом шлёпнулась в дымоход головой вперёд. Что ж... Идея, как и предсказывал Элиас, оказалась провальной. Узкий кирпичный проход, щедро сдобренный вековой сажей, зажал Джулиану, и она мгновенно застряла в нём. Снаружи остались торчать лишь беспомощно дёргающиеся ноги и та часть, что размещалась чуть выше ног, — ни продвинуться вперёд, ни выкарабкаться назад.

— Ну ты, как я погляжу, уже на месте. Блестящая работа, просто молниеносно! — раздался невозмутимый голос Элиаса, пробиваясь сквозь толщу кирпича.

Джулиана беспомощно дёрнулась, осознавая всю глубину провала. В прямом смысле слова. Можно было даже не сомневаться, что теперь Элиас не упустит повода позлорадствовать. Впрочем, с этим она разберётся позже. Сейчас главное выбраться из трубы, которая держала крепко.

— Я… кажется... я застряла, — сдавленно призналась она, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам.

Сверху донёсся тихий смешок.

— Застряла? Не может быть! Ты просто скромничаешь. Ты же наш главный специалист по дымоходам! Ас, так сказать! Мне бы до твоего уровня. Пожалуй, и впрямь стоит написать в Пионтонское бюро нашему главе. Такой