Боярский сын. Боец. Часть 2 - Алексей Владимирович Калинин

Если люди Гордея, которые должны были играть подставных хулиганов, только что приехали…

Я медленно повернул голову и посмотрел на четырех стонущих в земляных колодках мужиков. На ледяной нож. На тяжелый, боевой тесак, валяющийся у стены.

Ядрёна медь!

Это были не актеры. Это были настоящие, мать их, отмороженные наёмники! И они реально собирались нас убить или покалечить!

Меня пробил нервный смешок. Вот так проверочка для новичков получилась. Максимально приближенная к боевым условиям.

— Знаешь что, братец… — я повернулся к ошарашенному бойцу Гордея, который непонимающе пялился на лежащих людей. — Быковать уже не надо. Спектакль отменяется. Зато у вас есть другая, не менее важная задача.

Я ткнул пальцем в мычащего главаря.

— Пакуйте этих четверых клоунов в багажники и везите прямиком к начальнику строительства на Балашихинскую базу. Передайте Михалычу, что это подарок от меня. Пусть он им предложит альтернативу: отработать свою грубость боярским детям или сдохнуть и тихо раствориться.

Боец мгновенно подобрался, оценив ситуацию профессиональным взглядом.

— Понял вас, Елисей Святославович. Упакуем в лучшем виде.

Я развернулся и шагнул в теплое нутро ресторана. Как мне кажется — Владислава и Густомысл прошли испытание полностью.

Глава 5

На следующее утро, когда лучи скупого осеннего солнца едва пробились сквозь тяжёлые бархатные шторы меня разбудила тихая вибрация смартфона на прикроватной тумбочке.

Я разлепил глаза, с хрустом потянулся, чувствуя, как по мышцам разливается приятное тепло и потянулся за аппаратом. Служанки рядом недовольно заворочались. Но пусть их — всё одно скоро вставать.

На экране светилось короткое, но ёмкое сообщение от Михалыча — начальника стройки, которого отец прислал управлять перестройкой базы в Балашихе.

Михалыч, мужик суровый, прошедший не одну горячую точку и привыкший изъясняться исключительно по делу, докладывал: «Ваша Милость, посылка прибыла на объект. Содержимое просило о прощении. Приобщил его к общественно-полезному труду. Срок вахты — один месяц. Кашей с тушёнкой и койкой в сухой бытовке обеспечены. Пусть работают во славу Рода. Копают траншеи под кабель, таскают цемент — ребята здоровые. Если будут борзеть — прикую на цепь к бетономешалке».

Я прочитал сообщение дважды и искренне рассмеялся.

Оно и правильно. Оно и верно. Пусть эти «герои уличных разборок» радуются, что вообще живы остались после своих хамских выходок и оскорблений боярских детей. В этом мире, где гонор аристократии подкреплён боевой магией, за подобные наезды можно запросто лишиться головы.

Ну и что с того, что мы сидели в ресторане без родовых гербов и пафосных цацек? Вести себя, как дерьмо, не пристало никому!

Я мог бы спокойно отправить их пушечным мясом на Рубеж, в качестве штрафного усиления. Но я дал им выбор: помочь на стройке или… Они явно выбрали первое. Пусть теперь махают лопатами, глядишь, подкачаются и заодно почистятся от алкашки. Всё же польза.

Отложив телефон, я быстро принял контрастный душ, накинул форму и спустился вниз. Быстро перекусил овсяной каше, которую Матрёшка умудрилась не испортить, несмотря на свои вечные перепалки с Егоркой и котом Задирой. После этого прыгнул в свою чёрную «Ладу».

Кстати, «Лада» у меня появилась в качестве подарка императора за прекрасное зрелище на Суде Чести. Он прознал про «неприятность» с рубиновой «Стрелой» и прислал новую, почти аналогичную прежней. Я поблагодарил его от чистого сердца и пообещал служить верой и правдой на благо Империи.

День обещал быть насыщенным. У нас с ребятами сегодня запланирована первая серьёзная тактическая сходка.

После пар мы впятером: я, Мишка Морозов, Мизуки и наши новоиспечённые бойцы, Владислава с Густомыслом, оккупировали пустую аудиторию в дальнем крыле учебного корпуса. Я сдвинул два стола вместе, бросил на них планшет с голографической проекцией стандартного лесного квадрата. Также на эту карту выложил пять картофелин.

Ну вот захотелось мне выложить именно картофелины, ведь я ещё помнил фильм про Чапая!

— Итак, господа и дамы, — начал я, опираясь костяшками пальцев о стол. — До Выездного Испытания времени не так уж и много. Если мы хотим не просто выжить, а выжать из этого экзамена максимум, а также получить и подтвердить нормальные ранги, нам нужно работать как единый механизм. Не должно быть никакой самодеятельности. Только тактика и ничего кроме тактики.

Я выдвинул на стол первую картофелину.

— Это примерная карта одного из участка Рубежа. Мы должны определиться с нашим боевым построением при передвижении, — я положил картофелину на карту. — Авангард. Мизуки, это твоё место. Ты будешь идти первой.

Японка коротко, по-деловому кивнула, даже не задавая вопроса. А вот остальные переглянулись.

— Почему она? — тут же нахмурил брови Мишка. — Елисей, она же девчонка, к тому же отказывается от тяжелой брони. Если на нас из кустов выпрыгнет какая-нибудь тварь…

— Если из кустов выпрыгнет тварь, Миша, то Мизуки запалит её за десять секунд до того, как эта тварь вообще приблизится, — перебил я друга. — Она обладает феноменальным чутьём, нюхом и такой скоростью реакции, которая нам с тобой и не снилась. Она будет нашими глазами и ушам. Мизуки обнаружит врага до его появления, подаст знак, и мы успеем перегруппироваться. Если пустим вперед кого-то тяжелого, мы будем топать как стадо бегемотов и соберем на эти звуки всё зверьё в округе.

Мизуки грациозно поклонилась.

— Это верное ресение, Елисей-сан, — тихо сказала она. — Я не подведу. Мой клинок наготове, а саги всегда бессумны.

— Я знаю, — я поставил новую картофелину чуть позади и правее первой. — За ней иду я.

— Эй, погоди! — снова встрял Морозов. — А почему не ты первым? Ты же у нас лидер, к тому же самый… ну, опытный в рукопашке.

— Моя задача на второй позиции — оценивать общую тактическую ситуацию впереди, прикрывать Мизуки, если она нарвется на засаду, и, самое главное, отдавать приказы остальной группе. Я могу подавать сигналы руками, не привлекая звуком внимания возможного противника. Ведь в Опасных землях любой крик будет приглашением на ужин для монстров.

— Понял. Разумно, — Мишка почесал затылок.

— Третьим, в самом центре нашего строя, идёшь ты, Михаил, — я выложил третью картофелину. — Ты будешь нашим ядром поддержки. Твоя магия льда идеальна для контроля толпы по бокам. Ты сможешь вовремя прикрывать фланги, ставить ледяные щиты и, если нужно, замораживать всё, что попытается прорваться к нам с боков. Ты являешься связующим