Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

— Пока вы не представили никаких доказательств своих слов, — заметила она. — Я слышала о каком-то письме, но сомневаюсь в его существовании или в его подлинности. Вы так и не представили его!

— Я представлю его королю!

— Здесь его посланник, обладающий всеми необходимыми полномочиями, — напомнила она. — Я полагаю, что граф де Лорм прибыл, чтоб выслушать нас, ознакомиться со всеми документами и доложить об этом королю. Я права? — она обернулась к Марку.

— Король, действительно, поручил мне узнать ваши доводы и доложить ему моё мнение.

— Постойте! — насторожился де Шамбле. — То есть, король будет решать не на основании наших доводов, а учитывая только ваше мнение? Ваше слово будет решающим? И кто ж, по-вашему, должен заботиться о юноше?

— Я в этом придерживаюсь традиций, и потому считаю, что опекуном должен быть назначен старший член его семьи.

— Но я его тётя! — вставила взволнованная Беатрикс.

— При всём уважении, вы всего лишь младшая сестра его матери, — спокойно произнёс Марк. — И вы даже не имеете права на титул и наследство вашего отца графа де Куртенэ, потому что они принадлежат вашему племяннику. В то же время, её светлость вдовствующая баронесса де Роше является его родной бабушкой и управляет его землями. Алан уже достаточно взрослый, чтоб занять своё место во главе рода, ему пора вникать в семейные дела. Конечно, для рыцаря важна воинская наука, но он, прежде всего, будет владетельным сеньором и должен знать, как рачительно управлять доставшимся ему наследством, чтоб преумножить его. К тому же, именно бабушка может подготовить его к тому, чтоб он мог занять своё место при дворе, куда вскоре будет призван, как вассал короля.

— Значит, вы на её стороне? — криво усмехнулся де Шамбле. — Что ж, это мнение владетельного сеньора, а не воина. И именно его вы намерены представить королю?

— Вы спросили о моём мнении, и я сказал, что думаю об этом сейчас. Однако я здесь, чтоб выслушать все ваши доводы, после чего и составлю окончательное суждение, которое представлю королю.

— То есть, король будет руководствоваться не тем, что скажем мы, а тем, что сообщите ему вы? Ведь он ждёт именно вашего мнения?

— Он так сказал, — пожал плечами Марк. — Но я уверяю, что сообщу ему обо всех приведённых вами доводах и документах, представленных в обоснование прошений о назначении опеки. Однако решающее слово будет не за мной. Его величество тоже считает, что барон де Роше, граф де Куртенэ уже достаточно взрослый, чтоб самостоятельно решить свою судьбу. Потому король намерен прислушаться к его пожеланиям, а также поручил мне передать его сиятельству, что в случае, если он не согласится принять опеку присутствующих здесь лиц, он может прибегнуть к покровительству короля. Тогда его земли и он сам будут находиться под опекой короны до его совершеннолетия.

Он посмотрел на мальчика и встретил его настороженный взгляд, но после этого Алан снова отвёл глаза. Тётка, сидевшая рядом, тут же положила ладонь на его руку и слегка сжала её. Заметив это, барон де Шамбле усмехнулся:

— Его величество явно переоценивает своего юного вассала. Алан вырос, привязанный к матушкиной юбке, и до сих пор в душе остаётся ребёнком. И если он решит остаться здесь, в безопасности, на попечении добрых тётушки и дядюшки, то так и останется деревенским дурачком! Такой ли вассал нужен королю?

— Это будет решать король, — пожал плечами Марк. — Возможно, он примет меры, чтоб, даже находясь здесь, Алан получил надлежащее образование. Он может по собственному усмотрению направить сюда учителей, которые обучат его и манерам, и ведению дел, и воинскому искусству. Пока рано говорить о том, какое решение примет наш государь. Тем более, что и я пока не составил окончательного мнения об этом. Вам же, ваша светлость, следует представить мне имеющееся у вас письмо барона де Роше, если таковое существует. И не забудьте пояснить, где и как оно было написано и передано вам.

— Это просто! Письмо было написано мною под его диктовку в лесу под Монтеньи, когда он уже был при смерти. Однако он заверил его своей подписью и печатью, после чего вернул мне. Он умер у меня на руках, и умолял позаботиться о мальчике.

— Вот как? — улыбнулся Марк. — Но ведь когда он погиб под Монтеньи, вы были в Фонтене.

— Прибыв в Фонтен, я узнал, что вы всё ещё околачиваетесь в Ремьене, потому поспешил на помощь к де Роше. Увы, я опоздал! Он был последним, кто выжил в этой ужасной резне! И я успел как раз вовремя, чтоб проводить его и закрыть ему глаза!

— Мне известно, что это ложь, — твёрдо проговорила баронесса, взглянув ему в глаза. — Не знаю, какие игры вы тут ведёте, но уверена, что и ваши слова, и то письмо фальшивы. Покажите мне его! Я знаю не только подпись моего сына, но и те слова, которыми он изъяснялся в своих письмах. Я сразу пойму, он это диктовал или нет.

— Вы в любом случае скажете, что это фальшивка! — ухмыльнулся барон. — Потому что вам невыгодно, чтоб это письмо оказалось подлинным.

— Оно в любом случае не имеет особого значения! — воскликнула госпожа де Фурже. — Вы же слышали! Решать будет Алан!

— И каково же будет его решение, если он прочтёт волю своего отца? — спросил барон.

— А вы всё молчите, — вкрадчиво произнёс Джин Хо, глядя на мальчика с ласковой улыбкой. — Все уже высказали свои доводы. И вы знаете, что на самом деле только от вас зависит, какое решение примет король. Так, может, и вы скажете, чего же вы хотите? Поехать к бабушке и жить в родовом замке, готовясь к великому будущему, последовать за сослуживцем вашего отца и, пройдя путь оруженосца, стать славным рыцарем, или остаться здесь, и по-прежнему предаваться чтению увлекательных романов и носиться по лесам на быстром коне. Нет плохого варианта, это три пути, из которых вы можете выбрать один, но он определит вашу дальнейшую судьбу.

— Я не знаю, — пробормотал Алан нерешительно. — Мне нужно подумать.

— Правильно, мой мальчик! — воскликнул барон де Шамбле. — Это самое важное решение в