Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

— Ну, тогда этот де Шамбле может надеяться только на то, что за два года расположит к себе Алана, и тот приблизит его и оставит при себе. Тогда он сможет пользоваться его расположением и его деньгами.

— Или мы чего-то не знаем, — пожал плечами Марк. — В любом случае, это всего лишь предположения, потому что я не представляю себе, при каких обстоятельствах его прошение может быть удовлетворено. Идём спать. Я устал.

— Ты иди, — проговорил лис и взглянул на потолок. — А я хочу посмотреть, что там наверху. И прогуляться по крепостной стене. Как думаешь, можно ли как-то незаметно выбраться из этого замка, чтоб погулять по лесу?

— Зачем так изощряться? — проворчал Марк. — Ступай к воротам и попроси выпустить тебя. А вернёшься, постучишь и попросишь впустить.

— Но это же так скучно! — печально вздохнул лис.

Марк не стал его утешать. Ему действительно хотелось спать, а сытный ужин ещё больше усилил это желание. Потому он вышел на площадку, повесил на кронштейн фонарик и отправился в свою комнату.

День святого Бенедикта

Следующее утро было тёмным, и его разбудил бодрый голос Эдама, сообщившего, что он принёс холодную воду для умывания. Какое-то время Марк пытался сообразить, где находится. Ему снились какие-то странные тревожные сны, которые совсем его запутали, и на грани сна и бодрствования он почему-то решил, что он всё ещё дома. Однако Мадлен рядом не было, зато бок ему грело что-то лохматое и тёплое. Потом это что-то развернулось и издало недовольный визг и странное мелодичное ворчание. Посмотрев туда, где на столе зажглась свеча, Марк наконец увидел печурку и картину неизвестного бродяги на стене, после чего вспомнил, что находится в Фурже, куда прибыл по делу короля.

Он нехотя выбрался из-под одеяла и невольно поёжился от промозглого холода. Окно было закрыто, но тёмная гардина на нём покачивалась от сквозняка. Тем не менее, он умылся холодной водой и растёрся чистым полотенцем, после чего надел камзол, который подал ему оруженосец. Взглянув на лицо юноши, он усмехнулся.

— Похоже, тебя прямо распирает от желания что-то мне рассказать.

— Если вы хотите слушать, — тут же кивнул Эдам, подавая ему пояс с ножнами стилета. — Во-первых, господа Дивион и Монпьер вчера пригласили меня на ужин, который проходил за столом в кухне, где едят слуги. Они были учтивы, но сдержанны. Однако потом вино развязало им языки, и они поведали мне, что служат при бароне де Шамбле ещё с тех пор, как он был лейтенантом в Крылатой коннице. Они помнят Чёрного барона и очень сожалеют о его гибели. После объявления перемирия с алкорцами они уехали с де Шамбле в его имение. Он был щедро награждён королём Арманом и на эти деньги смог привести в порядок свой замок, а потом приступил к расширению границ своих владений за счёт соседей.

— Это как? — уточнил Марк.

— Он собрал банду головорезов и устраивал набеги. Часто бывал бит, ему удалось захватить несколько клочков земли, впрочем, это пустоши и лес. Куда больше ему принесла в качестве приданого вторая жена. Первая умерла, и от неё у него остались две дочери шестнадцати и девяти лет. Впрочем, теперь есть и сын. На войну с королём Ричардом он не ходил, потому что в это время пытался оттяпать у малолетнего соседа какой-то виноградник и выпас для скота. Опекун мальчика не стал с ним сражаться, а подал иск в суд и выиграл тяжбу. Барон де Шамбле мало того, что вынужден был вернуть угодья, но ещё и остался должен за причинённый ущерб, поскольку покалечил вилланов истца, угнал скот и испортил урожай. Пока не платит, ссылаясь на отсутствие денег, и выпрашивает отсрочку. В общем, малоприятный господин. Хотя я оставил своё мнение о нём при себе.

— Это мудро, — одобрил внимательно слушавший его Марк.

— Потом они ушли, а я остался и попросил у повара пирог. Я рассыпался в похвалах его стряпне и говорил, что не ел такого и при королевском дворе, а потом рассказал ему пару придворных баек. Он был польщён и разоткровенничался со мной. Вот что я узнал. В доме всего шесть слуг, включая управляющего. Помимо повара, которого зовут Пьер Ремо, есть две горничные, лакей и конюх, он же истопник и садовник. Всех слуг, кроме лакея, нанимала вдовствующая баронесса. Горничная Мод — жена управляющего, она занимается хозяйством, помогает госпоже Беатрикс и обслуживает её. Вторая, Николетта была личной горничной госпожи Клеменции, но после её смерти вынуждена убирать, стирать и мыть полы. Лакея Мартина пригласила госпожа Беатрикс, и в шутку называет его своим фаворитом. Вы понимаете, о чём я…

Марк припомнил высокого молодого лакея с каштановыми кудрями и кивнул.

— Её муж об этом знает?

— Ему всё равно. Он закрывает глаза на шалости супруги, как она не обращает внимания на его частые поездки в Рекамье. Там у него есть любовница — вдова трактирщика и двое внебрачных детей: мальчик и девочка.

— Вот как… — озабоченно пробормотал Марк.

— Да. Конюха вы тоже видели. Его зовут Стефан, он молчун, но неожиданно подружился с молодым господином. Он сопровождает мальчика, когда тот ездит кататься верхом.

— Что повар сказал об Алане?

— Говорит, что он тих и послушен, но у него есть характер. Он обычно молчит, и никогда не знаешь, о чём он думает на самом деле. Был очень близок с матерью и тяжело переживает её смерть. Кстати, — оживился Эдам, — я узнал, как умерла вдовствующая баронесса де Роше! Оказывается, она, приехав сюда, устроила в подвале замка нечто вроде усыпальницы мужа. Ну, заказала самый настоящий гроб из чёрного мрамора с лежащей на крышке статуей рыцаря. Каждый вечер она спускалась туда, зажигала свечи, говорила с покойным супругом и молилась. И однажды прямо там и скончалась. Её нашли на плитах пола возле надгробия супруга. Госпожа Беатрикс распорядилась похоронить её там же рядом с пустым гробом барона, но на статую и мрамор тратиться не стала, просто заказала ящик из песчаника. А после похорон… — Эдам на мгновение замолчал, чтоб придать особое значение последующим словам, — в замке и рядом стали встречать