Пульс темной магии - Александра Власова

А вдруг за это время сестре станет хуже? Неизвестно, что с ней!

Мы друг у друга остались одни-одинешеньки, родители умерли, Лиза не представляет, как жить, если и сестренки не станет! Если добавить к трогательной истории умоляющий взгляд, трясущиеся плечи, чары, Лизину красоту и вопрос «жизни и смерти», остаться в стороне у парня не было ни малейшего шанса.

Кажется, он решил, что дело в передозе. В любом случае невольный спаситель вынес меня на руках из квартиры и усадил в Лизину машину. Ведьмочка пообещала, что отвезет «сестренку» в больницу.

До ее двери меня поднимал Лизин сосед. Схема та же, только ему подруга набрехала, что у «сестренки» эпилептический приступ. Так я и оказалась здесь. Будь Лиза убийцей, с транспортировкой свежих трупов у нее бы проблем не возникло.

* * *

М-да, похоже, сама того не замечая, я нажила могущественного врага. Воздействие было наложено с холодной головой, без импульсивных эмоций – они привели бы к неизбежным ошибкам.

Тот, кто это сделал, не поленился меня изучить и с удовольствием художника позаботился о малейших нюансах. Маг знал даже о манере будущей жертвы вести дневник. Сейчас сложно припомнить, что я писала под мороком.

Но, кажется, там говорилось о желании встретиться в посмертии с тем, кто формирует мою судьбу. Типичный бред параноика и мегаломана. Записи лишний раз доказали бы самоубийство, совершенное в состоянии острого психоза.

Учитывая, что я делилась с Никитой, Лизой и даже Константином Валерьевичем идеями о борьбе с демоном-полубогом, вопросов бы ни у кого не возникло.

– Значит так, Белоснежка, – строго приказывает Лиза, – рыдать будешь позже. Если хочешь выжить, сейчас нужно сосредоточиться и вспомнить, где ела в последние две недели и с кем. Любая мелочь может быть полезна: клиентка принесла домашний тортик к чаю, добрая бабуля угостила домашними пирожками, ребенок на детской площадке поделился конфетой. Под подозрением все без исключения.

Как назло, ничего не приходит на ум. Я почти все время проводила дома, за просмотром сериалов. Продукты покупала в магазинах. Известно, что некоторые чернушники сбрасывают негатив на еду в супермаркетах…

– Не наш случай, – мотает головой ведьмочка, – тогда ты бы подхватила хворь или легкий сглаз. К тому же в магазинах взять «подарочек» может кто угодно, личность жертвы не имеет значения. А это воздействие рассчитано на тебя одну. Вспоминай, куда ходила и с кем встречалась.

Несколько раз я заказывала доставку на дом, сидела в кафе с мамой – что уж говорить, подходящая кандидатура на роль злодейки. Еще гуляла с Никитой. Может, смертоубийство задумал демонолог? Годами парень скрывал от нас темную сущность коварного отравителя, но сейчас настало время сбросить маску…

Елизавета игнорирует защитный сарказм.

– Не знаю, будет ли полезным. Ни одна из моих девочек не обладает ясновидением так, как ты. Но Марго смогла разглядеть в хрустальном шаре рыжие волосы… Повторюсь, она могла ошибиться, сама я прическу твоего врага не разглядывала.

Догадка пронзает меня как удар молнии. Все сходится. Инга. Инга, которая никогда не ревновала, только подчеркивала, что не хочет разрушить нашу с Никитой дружбу. Сама навязывалась мне в приятельницы.

Милая, домашняя девушка, спец по икебане, домашней выпечке, плаванию, йоге и при этом могущественная ведьма. Демонолог никогда не желал мне зла, но его пассия вполне могла передать домашнее пирожное, которым Никита меня и угостил.

Наивная идиотка! Сама предоставила идеальный вариант для окорма.

Чувствую, Лизе хочется поспорить. Списать теорию на ревность и паранойю. Но она молча достает засаленную и потрепанную от времени, но проверенную и честную колоду таро. Ее использовала еще баба Марья. Потом ведьмочка тянется за громоздким хрустальным шаром и мешочком с рунами.

А теперь главное и абсолютно неправдоподобное. Если верить нашей диагностике, похоже, по энергетической структуре Инга – не совсем человек…

* * *

Первые несколько минут длится оцепенение. Признаюсь, я никогда не испытывала к Инге особой привязанности и теплоты. Однако привыкла считать, что отторжение исходит из банальной женской зависти. Она заняла место рядом с мужчиной, которого я люблю, как еще к ней относиться?

Но действия, в отличие от чувств, люди в состоянии контролировать. Я пообещала себе, что ничем не выдам ревность и, уж тем более, не посмею мешать чужому счастью.

Каждый раз, когда подмечала холодок в глазах Никитиной пассии, некоторые странности поведения и несостыковки в ее рассказах, то ругала себя за желание придраться к девушке. Я стала непревзойденным мастером в подавлении и выкорчевывании любых негативные предчувствий.

Смогла убедить себя, что Инга – славная, если только к ней присмотреться, а собственные ощущения не объективны. Во мне говорит уязвленное самолюбие.

Одна из основ магии гласит: колдун должен доверять предчувствиям. Зачем же я прилагала столько усилий для того, чтобы заглушить голос собственной интуиции?

Перед глазами стоит портрет Инги – длинные густые волосы цвета заката, чистая кожа, высокий лоб и проницательные глаза. Сейчас становится ясно, почему мне всегда казалось, что ей нужно работать моделью. Девушка напоминает актрису из рекламы зубной пасты или помады больше, чем живого человека.

Внешне поведение Инги всегда оставалось безупречным. На первый взгляд, она была веселой, дружелюбной, старалась найти с собеседником точки соприкосновения и общие взгляды. Но некоторые эпизоды шли вразрез с тщательно выстроенным девушкой образом.

Первый такой произошел в день нашего знакомства. Сами посиделки в кафе прошли неожиданно приятно, а легкую неловкость, что была в самом начале, всеобщими усилиями удалось сгладить.

Инга льнула к Никите, без устали сыпала шутками, а узнав, что я тоже занимаюсь таро, затеяла обсуждение любимых колод. Конечно, она знала, как расположить к себе другую ведьму.

В конце концов, Инге удалось увлечь меня и втянуть в разговор. Тем более мы обе оказались рьяными поклонницами «Марсельского таро» и «Долины миражей». Вскоре я сама не заметила, как оттаяла, поддавшись ее обаянию.

Обычно схожусь с людьми медленно, но в тот вечер было чувство, что я общаюсь со старой приятельницей. Тогда даже нашлись силы порадоваться за Никиту – лучшей девушки и пожелать было нельзя. Хоть к мысленному «благословению» и примешивалась легкая горечь.

После того, как мы полакомились суши и выпили вина, ребята вызвались проводить меня до дома. Смеркалось. Путь освещал мягкий свет уличных фонарей, тишину прерывала только наша болтовня и взрывы смеха.

Не успели мы пройти и одну остановку, как увидели распластавшуюся посреди улицы женщину. Ее рот был приоткрыт, из сумки вывалились продукты – помидоры и яблоки. Скользкой медузой на асфальте растекалось разбитое яйцо.

Я бросилась к женщине, стала щупать