Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

Ее тон был мягким и спокойным, словно они были давними друзьями, словно Цю Цзюшуан не убивала Бао Чэна, а она не убивала Янь Инчжоу.

– Да. – Цю Цзюшуан поклонилась Фэнси, затем подняла голову и прямо посмотрела на нее.

В сердце Цю Цзюшуан всегда восхищалась Белой Фэнси, некогда первой женщиной-героем мира боевых искусств. Позже, когда стало известно, что она – принцесса рода Фэн из Цинчжоу, ей стало еще более любопытно, как человек, не знавший в мире боевых искусств никаких ограничений, ведет себя как правительница государства.

Теперь она увидела ее: ясные глаза, простое лицо, белые одежды, словно снег и луна. Если говорить только о внешности, Фэнси, конечно, не сравнится с первой красавицей Великого Востока принцессой Чуньжань, но ее характер, ее особый дух и очарование – это то, чего Хуа Чуньжань никогда не достичь. Неудивительно, что ее называют «небесной грацией, величием феникса» – у нее действительно осанка небожителя и величие феникса.

– Жаль, что мы познакомились так поздно, иначе могли бы вместе отправиться в долину Пьяного Призрака и украсть вино Старого Призрака. – Фэнси слегка вздохнула.

– А? – Цю Цзюшуан удивилась, затем рассмеялась. Да, только такой беззаботный человек мог удивлять и запоминаться.

– Вино, которое делает Старый Призрак, действительно лучшее в мире. – Фэнси прищурилась, словно представляя это, в уголках ее глаз и бровей проявилось желание. – Жаль только, что Старый Призрак слишком бдителен. Если бы мы объединились, то наверняка смогли бы хорошо сработаться и украсть все его вино, разозлив Старого Призрака до смерти – тогда у него были бы все шансы стать призраком настоящим!

Глаза Цю Цзюшуан ярко блеснули.

– Я могу выпить десять кувшинов зараз!

Фэнси подняла бровь:

– Старый Призрак говорит, что его вино лучшее в мире, а я – лучший пьяница в мире.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись с некоторым взаимопониманием.

Стоявшие рядом Хуан Чао и Юй Уюань, глядя на них, тоже мягко улыбнулись, их улыбки были теплыми и спокойными.

Вдалеке, у входа в долину, появилась фигура. Примерно в десяти чжанах от них она замерла, молча стоя, словно кого-то ожидая.

Фэнси увидела эту фигуру, затем медленно перевела взгляд на троих, наконец остановившись на Юй Уюане, и с улыбкой сказала:

– До встречи.

Как только эти слова прозвучали, она повернулась и ушла, решительно, не давая никому возможности удержать ее. Черные волосы ненадолго взлетели при развороте, описав дугу в воздухе, затем мягко опустились на белые одежды. Она шла очень быстро и в мгновение ока уже была далеко.

Звуки цитры снова зазвучали, словно пытаясь удержать ее или, может быть, провожая.

Глядя на приближающуюся фигуру, Фэн Ланьси почувствовал облегчение в сердце, медленно и тихо выдохнул, словно боясь, что если выдохнет слишком быстро, то выдаст что-то.

Мелодичные звуки цитры звучали позади, но Фэнси чувствовала, что ее ноги словно обрели собственное сознание, уверенно и быстро двигаясь вперед. Ей очень хотелось оглянуться, но впереди… та черная фигура молча стояла там, она знала, что он ждет ее. Она постепенно приближалась, его силуэт, его черты становились отчетливыми, словно выгравированные в ее сердце, его глаза, подобные чернильному пруду, смотрели на нее… Этот взгляд почему-то заставил ее сердце биться сильнее.

И она пыталась услышать в этом стуке причину: почему же сердце так бьется, почему?

Глава двадцать седьмая. Тусклая луна, вечерний туман, далекие воспоминания

Двадцать шестого года эры Цзинъянь, в середине шестого месяца, Фэн Сиюнь вернулась с армией в столицу Цинчжоу, народ выстроился вдоль дорог, чтобы приветствовать ее.

По возвращении в столицу правительница и министры занялись восстановлением сил.

Шестой месяц, погода жаркая, самое знойное время года. Хотя в дворцовых залах были расставлены чаши со льдом, эффект был незначительным, не говоря уже о палящем солнце снаружи, которое могло буквально спалить кожу.

Из дворца Цинло доносились звуки флейты, прохладные как ветер, заставляющие сердце успокоиться и уменьшающие жару.

Когда придворная дама Лю Юнь поднималась по ступеням, она услышала эти свежие звуки и подумала, что флейта господина Ланьси может сравниться с флейтой господина Сеюэ, жаль только… Подумав об этом, она вздохнула, затем собралась с мыслями и вошла во дворец.

Во внутреннем зале дворца Цинло Фэн Ланьси стоял у окна, держа флейту перед собой, с закрытыми глазами, и нежные звуки, подобные текущей воде, лились из флейты.

Когда он закончил мелодию, Лю Юнь вышла вперед и поклонилась:

– Служанка Лю Юнь приветствует господина Ланьси.

Фэн Ланьси открыл глаза, и на мгновение Лю Юнь показалось, что в зале появилась яркая жемчужина, освещающая все вокруг, но это длилось лишь мгновение, а затем сияние исчезло.

Фэн Ланьси слегка улыбнулся:

– Зачем госпожа пришла?

– Владыка приглашает господина посетить дворец Цяньюнь для беседы, – почтительно ответила Лю Юнь.

– О? – Фэн Ланьси кивнул с легкой улыбкой: – Благодарю госпожу, прошу, проводите меня.

– Не смею. – Лю Юнь оставалась почтительной. – Господин, пожалуйста, следуйте за служанкой.

Фэн Ланьси шагнул вперед, следуя за Лю Юнь во дворец Цяньюнь.

Дворец Цяньюнь был резиденцией Фэн Сиюнь, когда она была принцессой. После вступления на престол она переехала во дворец Фэнъин, оставив во дворце Цяньюнь лишь несколько слуг для уборки, поэтому там было очень тихо.

Фэн Ланьси вошел в передний зал и огляделся. Это место, достойное быть жилищем Фэн Сиюнь, было обставлено очень просто, но с размахом, как и его хозяйка.

Он услышал шаги, такие легкие, словно идущие по облакам. Эти шаги он не мог не узнать – это шла Фэн Сиюнь. Он повернулся к ней, и при виде ее уголки его губ невольно изогнулись в радостной улыбке.

Сегодня Фэн Сиюнь была одета в длинное платье глубокого голубого цвета, ткань струилась как вода, на талии был пояс того же цвета, подчеркивающий ее тонкую талию, которую, казалось, можно обхватить одной рукой. Длинный подол платья доходил до щиколоток, под ним виднелись туфли того же цвета с вышивкой в виде облаков. Черные волосы свободно спадали, лишь на концах перевязанные белой шелковой лентой. Лицо без макияжа, чистое, словно нефрит, только на лбу оставался знак снежной луны. Такая Фэн Сиюнь была воздушна как ива, изящна как лотос, нежна как вода.

– Зачем ты искала меня? – Взгляд и голос Фэн Ланьси невольно стали нежными.

Фэн Сиюнь слегка удивилась, затем сказала:

– Я хочу показать тебе одно место.

Они вышли из дворца Цяньюнь, прошли через длинную галерею, обогнули сад и пришли к дворцу, расположенному