Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

– Мне нужно вернуться в Таммельн как можно быстрее, – сказала я, вновь почувствовав дрожь, ведь перед моими глазами словно приоткрылась дверца в преисподнюю, когда я услышала крик колдуньи. – Довольно вранья, мне нужно предупредить дядю Абсалома и увести его из герцогского дома. Ведьма еще не прознала о том, что я выпустила из темницы… демона, но если узнает, то не успокоится, пока не найдет виновника. А я все еще не добралась до тайны господина Огасто, в которой заключен ответ на вопрос, может ли Его Светлость разорвать с ней договор. До той поры он будет повиноваться колдунье, и если она скажет, что следует казнить всякого, кто покажется ей подозрительным, то так оно и будет. Дядюшка, конечно, разгневается, когда узнает, сколько глупостей я сотворила, но лучше уж гневающийся живой родственник, чем смирный покойный… Я ведь даже не знаю, не поднимается ли ведьма в эту минуту по ступеням дворца!..

Хорвек ничего не ответил – и понятно, отчего так: ведь если он был демоном, то о ведьме-предательнице, погубившей его, говорить ему не хотелось; если же он ничего о колдунье не знал, то и сказать ему было нечего, как и обо всем остальном, что я торопливо бормотала. Разъяснив это сама себе, я дала зарок больше не терзать своего спутника расспросами, на которые он не желал отвечать, однако тут же нарушила это тайное обещание.

– А вот скажи, Хорвек, отчего моя болезнь отступила? – спросила я, подпрыгнув на ходу пару раз, чтобы насладиться как следует вернувшимися ко мне способностями. – Хоть ты и уверяешь, что ничего в чарах не смыслишь, однако что-то мне подсказывает – ответ ты знаешь.

– Разумеется, знаю, – невозмутимо ответил бродяга. – Ты же побывала в святом месте, вот боги и благословили тебя. Разве не за этим ты сюда шла?

– Нет, проклятый притворщик, – огрызнулась я, поняв, что он увернется без труда от ответа на любой мой вопрос. – С чего бы богам этой обители помогать мне, если я не успела ни разу им помолиться? Одно что - порвала мерзкую магическую паутину…

Хорвек кашлянул и рассудительно промолвил:

– Если ты разрушила какое-то заклинание, то, стало быть, некая сила высвободилась, как проливается вино из разбитого кувшина. Если же у стола, по которому растекается вино, стоит пустая кружка, то часть жидкости может стечь в нее. Болезнь ослабила тебя, и ты была как та пустая кружка – вот и получила небольшую награду.

– Гм! – только и ответила я, понимая, что замечать вслух, как вольно рассуждает Хорвек о магии, не имеет никакого смысла, раз уж он решил изображать простого бродягу, пару дней назад выбравшегося из сточной канавы при трактире.

-27-

Между тем небо, виднеющееся в просветах межу деревьями, начало светлеть – близился рассвет. Это вызвало у меня невнятное беспокойство, словно ночная темнота помогала мне скрыться от глаз всесильной колдуньи.

– Туман, – сказал Хорвек задумчиво, и мне показалось, что он отвечает на мои мысли. – Утро сегодня холодное, и с болот принесло много сырости… В тумане легко потеряться, но легко и потерять…

И впрямь, светлая дымка стелилась у нас под ногами, клубилась в оврагах и низинах, и молочно-белыми полупрозрачными полосами перехлестывала старую дорогу.

– А если в нем скрывается что-то страшное? – я с недоверием смотрела на небесное облако, упавшее отчего-то на землю и вобравшее в себя запах листвы, трав и стоячей воды.

– Что-то страшнее, чем девчонки, выпускающие на свободу демонов и рушащие чары ведьм? – засмеялся Хорвек. – Не думаю. Если уж ты решила прятаться, то болотный туман твой друг, а не враг.

И мы нырнули в первую полосу мглы.

Вскоре оказалось, что туман, хоть и не затрудняет шагов, однако порядком морочит голову странникам. Иногда нам не удавалось рассмотреть ничего, кроме каменистой земли под нашими ногами. Поднявшись на высокий пологий холм, который я смутно припоминала, мы увидели пасмурное утреннее небо и бескрайнее молочное озеро у подножия горы. Кое-где из него выступали, словно острова, верхушки самых старых деревьев, прочий же лес полностью утонул в тумане. Большой камень отмечал распутье, и мы не смогли припомнить точно, по какой дороге шли. Наобум выбрав тропу, спустились, но вскоре поняли, что ошиблись, ведь по обе стороны дороги не темнели стены леса. Мы шли по заброшенному полю, пахнущему пожухшей горьковатой полынью и дымком дальнего костра, – должно быть, где-то там, на невидимой окраине поля, пастухи коротали ночь у огня. Лишь хриплое воронье карканье изредка нарушало тишину – здесь не было шелеста листьев или скрипа ветвей.

– Мы заплутали, – огорченно сказала я. – Не стоит ли вернуться к тому камню и выбрать другую дорогу?

– Иногда случайности идут на пользу тем, кто изначально действовал неразумно, – мне показалось, что, говоря это, Хорвек прислушивается. – Намеренные твои действия добром не обернулись. Посмотрим, не принесет ли пользы ошибка?

– О чем это ты? – я покосилась на него, мысленно проклиная склонность моего нового приятеля говорить обо всем исключительно путано и неясно, точно любая понятная фраза позволила бы мне немедленно раскрыть все его тайны.

– Если колдунья, которой ты насолила, знает, что ты была в монастыре, то непременно отправит туда своих слуг, – ответил Хорвек, пожимая плечами. – Слуги эти, не найдя тебя в лесной обители, будут искать добычу на дорогах, ведущих в Таммельн. И если сейчас мы свернули на тропинку, идущую в сторону, то сможем избежать весьма неприятной встречи…

– Слуги? – я удивленно воззрилась на Хорвека, говорившего, казалось, вполне серьезно. – Ведьма далеко, иначе давно бы появилась в городе. Как ее подручные так быстро достигнут монастыря? Даже на самых резвых лошадях за ночь они не успеют обернуться! Или у колдуньи имеются волшебные кони? Пусть те кони многокрылы и быстры как ветер, разве слугам ведьмы удастся прочесать все тропы, ведущие в обитель? Отыскать путников в бескрайнем лесу – все равно, что иголку в стогу сена!

– Да, пожалуй, человеку эта задача не по силам, – согласился Хорвек. – Однако в слугах у колдуньи ходят не одни люди.

И тут же лицо его потемнело – где-то далеко раздался