Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

они будут искать меня, времени у него хватит, чтобы уйти подальше… Они будут рвать мое сердце, а он пойдет дальше в поисках другого спутника… Быть может, я ошиблась, и он никакой не демон, а просто сумасшедший мошенник, которому и впрямь нет никакой разницы, с кем болтать по дороге?.. Может, сама ведьма решила надо мной посмеяться, а затем отдать своим слугам, убедившись в том, что я глупа и ничтожна?»

И словно отвечая на мои мысли, хриплый, пронзительный голос гарпии раздался совсем близко, почти над моей головой. Как зачарованная я следила за стальными отблесками на огромных страшных крыльях, вокруг которых клубился туман. Я не успела рассмотреть ее голову – почти сразу она скрылась во мгле, но мне показалось, что она красна от крови. Еще пару взмахов крыльями, и она пролетела бы над моей головой. «На следующем круге она меня заметит», – поняла я, чувствуя, как горло сводит жестокая судорога.

Но не успела я проводить взглядом крылатую тень, как крик, которым гарпия оглашала невидимое в тумане поле, перекликаясь со своей подругой, прервался, а затем раздался хрип и глухие удары о землю. Несколько мгновений я выжидала: все звуки заглушались ударами моего сердца, а туман надежно скрывал все то, что происходило за его завесой. Но пережитый страх не давал мне оставаться на своем месте – я чувствовала, что не выдержу больше вида этих крыльев, простирающихся над моей головой. Все что угодно казалось мне лучшим исходом, чем повторное ожидание кружащейся неумолимой смерти.

Я приподнялась и тихонько поползла вперед, к тем странным звукам, что доносились из тумана. Каждое движение давалось с трудом – где-то далеко звучал голос второй гарпии, казавшийся все более беспокойным: на ее крики никто не отвечал. Я вглядывалась вперед и чуть вверх – куда-то туда, где я видела в последний раз силуэт летящей гарпии, и оттого для меня стала неожиданностью резкая боль в руке. Опустив взгляд на землю, я сдавленно вскрикнула и отпрянула назад, едва не упав: рукой я наткнулась на сизо-стальное крыло и порезала пальцы о перо, край которого матово серебрился.

Гарпия лежала на земле, раскинув свои ужасные крылья и откинув голову. Вся грудь ее была залита черной кровью – кровью чудовищ. Я зажала рукой рот, чтобы не закричать, и тут же из тумана ко мне шагнул Хорвек.

– Я же сказал тебе оставаться на месте, – недовольно прошипел он. – Уходи! Скоро появится вторая!

– Это ты ее убил? – едва смогла спросить я.

– Да, но не стоит переоценивать мои силы, – быстро ответил он, беспокойно озираясь и прислушиваясь. – Ее ослабили туман и утренний свет, а я попросту выждал, когда она спустится пониже.

Я плохо слышала его тихий голос и понимала едва ли каждое второе слово. Меня притягивало красное, огненное свечение вокруг головы мертвой гарпии, и я подползла поближе, чтобы рассмотреть ее. Увиденное ужаснуло меня едва ли не больше, чем все остальное за сегодняшнее утро. Нет, гарпия не была уродлива. Ее голова была точь-в-точь как у человека. Точнее говоря, как у прекрасной красноволосой женщины с кожей, белой как снег. Алые губы, черные ресницы, зеленые остекленевшие глаза…

– Это же лицо ведьмы! – я не могла оторвать взгляда от мертвой красавицы. – Мне говорили, что она именно такова!

– Чародейки любят свою красоту больше всего на свете, – промолвил Хорвек, смотревший на прекрасное лицо холодно и брезгливо, – и стремятся отражать ее повсюду. Им мало портретов, мало зеркал, и они награждают своими чертами каждое создание, пришедшее в этот мир благодаря их заклинаниям. Чары уже рассеиваются, присмотрись.

Я сморгнула, послушно прищурилась и увидела, что по белоснежным щекам пробежала едва заметная сеточка, лицо темнело, приобретая серо-зеленый оттенок. Вот и в глазах появилась змеиная желтизна, а губы почернели, и показались острые клыки… Я отвернулась, не желая видеть истинное лицо гарпии.

– Что ты собираешься… – я повернулась к Хорвеку, но тот жестом приказал мне умолкнуть.

– Слишком тихо стало, – прошептал он, припадая к земле рядом с телом гарпии.

Действительно, уже некоторое время второе чудовище не звало своего сородича, словно поняв, что ответа не дождется.

– Может, она улетела к своей госпоже? – жалобно спросила я.

– Не думаю, – коротко ответил бродяга и, приподняв огромное крыло мертвой гарпии, велел мне:

– Спрячься под ним, но осторожно – крайние перья острее ножа. Остальные тоже прочны, как железо, и защитят тебя, если…

Слушая его краем уха, я покорно подползла под огромное крыло, укрывшее почти всю меня. Вонь от мокрых перьев, смешанная с чем-то, напоминающим запах ржавчины, пахнула в лицо, и я почувствовала, как накатывает тошнота. Не успел Хорвек договорить, как громкий крик почти над нашими головами заставил меня зажать уши, а бродяга, оборвав свою речь на полуслове, отпрыгнул в сторону. Вторая гарпия, теперь непрерывно вопившая от гнева и ярости, упала сверху, и я увидела, что когти схватили воздух на том самом месте, где еще мгновение назад находилась ее добыча. Меня она не заметила и, захлопав крыльями, метнулась наискось вверх, чтобы оттуда вновь броситься на Хорвека, которому уже не удалось бы скрыться, – туман редел и испарялся.

В этот раз гарпия поступила хитрее: один бросок был ложным, второй же достиг цели, и клубок из звенящих, словно кольчуга, перьев покатился по земле, остановившись рядом с телом первой гарпии. Я хорошо видела, что на лице Хорвека, изрезанном перьями, показалась кровь, но на нем не отражалось ни испуга, ни злости, точно он не чувствовал своих ран. Гарпия, прижавшая бродягу к земле, царапала острыми когтями его грудь, легко взрезая одежду, и в движениях этих было видно сладострастное желание причинять боль.

– Я могла бы вырвать твое сердце из груди в один миг! – хрипло прокаркала она и полоснула кромкой крыла по руке противника, в которой был зажат нож, теперь совершенно бесполезный, ведь когти гарпии были куда острее, и каждый из них был нацелен на сердце врага. Хорвек успел увернуться от этого удара, спасая свои пальцы, но нож отлетел в сторону. Гарпия, склонив свою огненно-рыжую голову к его лицу, принюхивалась, а затем ее длинный раздвоенный язык слизнул кровь со щеки Хорвека. Вкус ее не пришелся по нраву чудовищу – оно начало шипеть и плеваться, точно отведало желчи.

– Что за дрянная кровь! – хрипела она. – Ты человек, но больше