Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

– Птица луань! – вырвалось у потрясенной А-Нань.

В воде под лодкой промелькнула огромная птица, оставив за собой след, и вместе с волной с силой ударила в пристань. Та содрогнулась, все суда накренило и затрясло, а люди на них с криками посыпались в воду.

А-Нань знала: подводный город здесь такой же, как в заливе Цяньтанвань, механизм в подводной башне непрерывно испускает волны-луани. Вот только почему эти волны, всегда скрытые под водой, вдруг вырвались на поверхность?

Не успела она понять, как спокойная до того морская гладь вдруг взбурлила и вздыбилась – это слеталась стая луаней. Разгоняя крыльями мощные воздушные потоки, они били ими прямо по воде, взметая фонтаны брызг. Эти всплески стремительно взмывали в воздух – словно огромные птицы одна за другой выпрыгивали на поверхность, с оглушительным свистом обрушивая воду на собравшиеся корабли.

В этой чудовищной качке судна у причала начали сталкиваться, давя друг друга. Палубы и борта трещали, стоял неутихающий крик: люди тонули, их давило, калечило без разбора.

– На берег! – А-Нань в этой бешеной тряске схватила Ци Ся и кивнула Цзян Байляню: мол, уводи ее скорее.

Едва они выбежали на палубу, как в ушах раздался оглушительный гул – боль была невыносимой. Под грохот волн те, кто с трудом поднялся, снова потеряли равновесие и, не в силах удержаться, повалились; со звоном и треском по палубам покатилось оружие и припасы.

А-Нань, зажав уши, прислонилась к каюте, пытаясь удержаться в этой тряске. Подняв голову, она увидела, что мачта соседнего корабля валится прямо на них. Не раздумывая, девушка оттолкнула Цзян Байляня и Ци Ся в сторону. Огромная мачта с грохотом рухнула на лодку, разнеся палубу в щепки. Цзян Байлянь и Ци Ся чудом избежали гибели, но оба упали в воду.

А-Нань было не до них – она увидела, что Чжу Юйхэн, пробиравшийся к ней по палубам сгрудившихся кораблей, оказался в ловушке на тонущем судне напротив. У того корабля рухнула мачта, киль трещал, все судно было искорежено от ударов. Вэй Ханчжи со своими людьми изо всех сил рвался к наследному внуку императора, но крики птиц под водой и гул в голове сбивали их с ног.

Чжу Юйхэн, вцепившись в поручни, пытался удержать равновесие. Палисандровые перила были достаточно крепкими, но в следующее мгновение в них врезался нос соседнего судна, и перила разлетелись в щепки. Корабль накренило, взметнулись брызги, и Чжу Юйхэн вместе с обломками перил рухнул в море.

Вода быстро поглотила его, хлынула в рот и нос, заливая легкие. Чжу Юйхэн стиснул зубы, пытаясь вынырнуть, но тело вдруг оцепенело. Он почувствовал резкую боль в плече и шее, оттуда разлившуюся по всему телу; прямо в воде у него начались судороги. От этой знакомой, исступленной боли в груди резко похолодело, словно внутрь хлынула морская вода. На этот раз лопнул меридиан ян-цяо. Боль поднялась от щиколоток по внешней стороне ног до живота и груди, ударила в плечи и шею и, наконец, чудовищным комком собралась в точке фэнчи[74], разрывая голову, лишая сознания.

Не в начале десятого месяца, как они предполагали. Четвертый из восьми чудесных меридианов лопнул в конце девятого.

Грудь резануло болью – легкие, не слушаясь, вдохнули первую порцию воды. Чжу Юйхэн закашлялся, но чем больше кашлял, тем больше воды заливалось в рот и нос, боль нарастала, а тело сводило судорогой.

Когда перед глазами уже потемнело и он начал медленно погружаться в пучину боли и отчаяния, сильные руки обхватили сзади, крепко прижимая к себе.

Какое знакомое объятие, такое же, как в прошлый раз на озере Сиху.

От леденящего холода морской воды у Чжу Юйхэна не было сил даже приоткрыть глаза, он только тихо застонал и пошевелил плечом. Он знал: А-Нань поймет, что с ним происходит.

Она не подвела. Решительно подтащив его к поверхности, оставив над головой только около трех чи воды, девушка разорвала на нем одежду и осмотрела плечо. Солнечный свет, пробиваясь сквозь колыхавшиеся волны, плясал на коже причудливыми бликами. На шее Чжу Юйхэна А-Нань увидела вздувшуюся, багрово-красную жилу, интенсивно пульсировавшую.

Четвертый меридиан «Шаньхэ Шэцзи» дал о себе знать, да еще в такой опасный момент, раньше предполагаемого срока. Предопределенный, но такой неожиданный удар.

Под сверкающей рябью воды пульсировавшая жила на плече и шее Чжу Юйхэна выглядела жутко. Рука А-Нань легла на трепетавшую под кожей точку, она чувствовала, как там, внутри, что-то бьется и мечется, пытаясь прорваться сквозь стенки сосуда.

Девушка колебалась лишь мгновение, затем вскинула руку, высвободив из браслета тонкое лезвие. Быстрым, точным движением А-Нань полоснула по этой бешено пульсирующей жиле. Укол, поворот – и из раны брызнула тонкая струйка кровавого тумана, растворяясь в морской воде.

Под водой от волн, взбаламутивших дно, и без того была плохая видимость, а когда добавилась кровь, стало еще более жутко. Рану тут же начала разъедать морская вода, отчего тело Чжу Юйхэна свело судорогой.

А-Нань одной рукой придерживала его за плечо, другой наклонила голову и, припав к ране, сильно втянула в себя воздух, высасывая кровь. В отличие от прошлого раза, когда в сосуде была просто застоявшаяся кровь, на этот раз ее губы наткнулись на что-то твердое. Она тотчас разжала их и увидела, как изо рта выскользнуло что-то тонкое и вытянутое, розоватого цвета и поплыло, покачиваясь.

Чжу Юйхэн был без сознания, его тело сводило судорогой от боли и удушья. А-Нань крепко обхватила его, поспешно схватила это нечто, зажала в ладони и, подхватив Чжу Юйхэна, рванула вверх.

Однако там все еще бушевала буря. Едва они собрались вынырнуть, как поверхность всколыхнулась, и весло с лодки, рухнув вниз, вонзилось в воду в каких-то полу чи от головы Чжу Юйхэна, едва не угодив в него. А-Нань развернулась и, гребя изо всех сил, потащила задыхающегося Чжу Юйхэна в сторону, подальше от этого места.

Вода в Бохае была мутновато-желтой. Плывя вперед, А-Нань смутно различила рядом еще две фигуры – это, видимо, были только что упавшие Цзян Байлянь и Ци Ся. Та не умела плавать и, судя по всему, уже нахлебалась воды. Цзян Байлянь, поддерживая ее, изо всех сил греб к спокойному участку, пытаясь вытолкнуть девушку на поверхность, чтобы она могла глотнуть воздуха. А-Нань плыла за ними, таща Чжу Юйхэна.

Когда они уже почти выбрались из хаоса кораблей и готовы были вернуться на