Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

— У меня все просто идеально готово! — сказал Волков, доставая из столика бутылку виски и наливая себе стаканчик.

— Ты играешь с огнем, Волков. Мне нравится твой напор, но ты слишком рискуешь, а чаще всего рискуют только дураки! А что если они все знают? Все-таки у империи есть разведка, — мужчина явно не разделял настрой Тони.

Волков рассмеялся. Коротко, презрительно.

— Имперская разведка — это дырявое решето, уважаемый князь. Половина ее руководства у меня в долгу или под колпаком. Другая половина слишком занята решением своих личных проблем! А те немногие, кто способен противостоять, — он махнул рукой, — их уже нет в живых.

— Я предупреждаю тебя, — финн встал, его тень упала на лицо Тони Волкова. — Если что-то пойдет не так, если ситуация выйдет из-под контроля или привлечет внимание настоящих сил Империи, мы открестимся от тебя. Ты для нас — частное лицо, изгнанник, проводящий незаконные эксперименты на нашей территории без нашего ведома. Мы штурмом возьмем эту базу и вышвырнем твою голову императору в качестве извинений. Так что заранее — без обид.

Волков тоже медленно поднялся и продолжил этот диалог уже крепко стоя на ногах:

— Не волнуйся, Ульрих. Все будет сделано чисто, а теперь, если позволишь, у меня много работы. Передавай привет своей любимой дочери. Кто знает, может, будущий император решил сделать ее своей женой.

Финский князь что-то буркнул на своем, развернулся и вышел через массивную дверь, которая закрылась за ним с тихим щелчком.

Волков несколько секунд стоял неподвижно, глядя в пустоту. Потом вздохнул, подошел к столику с графинами, налил себе еще стаканчик виски, затем подошел к зеркалу и чокнулся с ним.

— Ну что, старина, уже совсем скоро. Скоро все начнется, и никто не сможет это остановить… Никто… — он был слишком самоуверенным.

Это был наш шанс. Единственный верный. Внезапность в данном случае была подходящим оружием.

Я взглянул на Факела. Тот кивнул. Мы синхронно с силой ударили ногами по креплениям решетки. Старые заклепки с треском вылетели, и решетка рухнула внутрь кабинета с оглушительным грохотом.

Я вывалился вслед за ней, кувыркнулся и встал в боевую стойку. Факел бесшумно спрыгнул вниз и оказался слева от меня.

Тони Волков обернулся. Не испугался и даже не вздрогнул. На его лице промелькнуло лишь мимолетное удивление, которое тут же сменилось холодной, расчетливой яростью и… Ноткой легкого любопытства.

— Ого, все-таки этот сукин сын меня сдал… П**дец ему! — протянул Тони, ставя бокал на стол. — Ну что же, повеселимся. Оказывается, у меня грызуны в стенах, да еще и какие огромные. Вы к кому, ребята?

— Тони Волков, вы арестованы за государственную измену, убийства и покупку запрещенного оружия, — рявкнул Факел, наставляя на него кристаллический излучатель. — Сопротивление бесполезно, вы приговариваетесь к полному уничтожению…

Князь рассмеялся. Искренне, громко….

— Арестованы? Мною было совершенно? Какая прелесть, ей богу. И кто вы, простите, такой? Мусор, который мне предстоит вымести отсюда? — его глаза пробежали по нам, оценивая. — И ты тут, Алексей. Сам решил прийти? Я так и знал, что ты примешь мое предложение.

Я не стал ждать, пока он наговорится, и, вытянув вперед руку, ударил Тони молнией в грудь. Он отлетел на несколько метров.

Но потом встал как ни в чем не бывало. Воздух в кабинете стал намного прохладнее. Из ничего перед ним материализовались десятки длинных заостренных сосулек, сияющих голубым светом, и рванули в нас веером.

— В укрытие! — крикнул я, отпрыгивая за тяжелый дубовый стол. Факел метнулся к стеллажам с книгами.

Ледяные стрелы впились в дерево стола с такой силой, что он сдвинулся на полметра. Некоторые пробили его насквозь и воткнулись в стену позади меня, испуская струйки пара от холода. Одной из них, отраженной от чего-то, удалось зацепить Факела. Он вскрикнул, острый лед прошил ему плечо, пригвоздив к книжному шкафу.

— Факел! НЕ-Е-ЕТ!!! Ты как там⁈ — прокричал я.

— Занимайся им! Со мной все будет хорошо… — сквозь зубы прошипел он, хватая рану свободной рукой. Кровь, темная, почти черная в этом свете, сочилась сквозь его пальцы.

Волков вышел из-за стола и направился в мою сторону! Он переместился по комнате очень быстро и через несколько секунд оказался прямо передо мной. Его рука, обернутая в ледяную перчатку с серебристыми шипами, рванулась к моему горлу. Я едва успел подставить предплечье. Атака была похожа на удар молота по наковальне. Кость затрещала, боль пронзила всю мою руку. Я отлетел к стене, но успел выставить ногу и оттолкнуться, нанося ответный удар коленом в живот.

Он принял его достойным блоком, после этого схватил меня за шею и швырнул через весь кабинет. Я влетел в тот самый экран, на котором показывали какой-то сад. Стекло, усиленное магией, не разбилось, но треснуло паутиной. Я рухнул на пол, оглушенный. Сука, как же было больно, особенно — предплечью.

— Жалко, конечно, этого добряка… — сказал Волков, медленно приближаясь. Его голос звучал с фирменной тошнотворной насмешкой. — Ты не так плох, чтобы сдохнуть в подвале сегодня. Но ты выбрал не ту сторону. Играешь на стороне проигравших. Но зачем? Расскажи мне, Алексей, зачем? Цепляетесь за старую Империю, которая сгнила изнутри. Я же предлагаю будущее, которого у вас никогда не было. Порядок! Силу! Разве это не то, чего хочет каждый человек? Все же хотят чувствовать, что есть кто-то, кто их защитит! И я стану именно им.

— А ты спросил у этих людей, нужен ли ты им, Тони? — поинтересовался я у него, лежа на полу.

— А ты смешной! У кого спросить? У людей? Да люди сами никогда не знают, что же для них будет лучше! Я сделаю этот выбор за вас, не благодарите! — он продолжал смеяться.

Я поднялся на одно колено, отплевываясь кровью. Рука немела, но продолжать я мог.

— Порядок… Под твоим каблуком? — хрипло выговорил я. — Ты используешь силу, чтобы подводить волю людей в угоду своих желаний? Вот почему мы не стоим рядом… Я не такой…

— Все такие, — твердо сказал Тони, останавливаясь в двух шагах от меня. За его спиной я видел, как Факел, стиснув зубы, вырвал ледяной осколок из плеча и начал что-то настраивать на своем запястье. — В каждом из нас живет зверь, который хочет власти. Одни надевают на него намордник закона и морали. Другие, как я, дают ему волю. Мы с тобой одной крови, Алексей. Из одного мира! Ты тоже убивал ведь? Разве нет?

— Я защищал! — крикнул я, вскакивая. Боль пронзила бок — видимо, сломал ребро. — Защищал своих близких