Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

не могла, но нельзя было не принимать во внимание ее заслуги и пользу, которую она приносила нашему небольшому сообществу. Ее дочери, Маргарита и Марголеана, пока еще не были официальными членами шабаша, и им предстояло пройти обряд посвящения с несколькими другими девицами.

Перед началом церемонии я показывал приглашенным свои сокровища. Древние книги и манускрипты с египетскими заклинаниями, каменные идолы, ритуальные ножи и хрустальные черепа из месопотамских гробниц… Лучшие оккультисты Парижа завидовали моей впечатляющей коллекции. Часть этих вещей собрал я сам, но в основном это были артефакты, доставшиеся мне от деда Фабриса. Вместе с моими друзьями мы пытались понять предназначение некоторых предметов и устройств из моего собрания. А тот самый черный шар я использовал в качестве алтаря во время своих церемоний.

Я хранил его в черном сундуке, том самом, в котором его нашли. В ту ночь сундук, покрытый охранными символами, был открыт, он стоял на круглом столе в окружении шести зажженных черных свечей. Их свет, отражаясь в черных чешуйчатых боках шара, придавал сфере особый вид, зловещий, но в то же время манящий. Сколько раз мы крутили его так и этак, пытаясь разобрать письмена, покрывающие его блестящие бока, эту фигурную чешую!

Кто-то в очередной раз высказал мысль, что сфера – всего лишь диковинное старинное украшение. Нечто вроде пресс-папье, шутки ради созданного древними алхимиками. Другие согласились с этим мнением, но я оставался при своем. Слишком сложно и вычурно для обычного пресс-папье. И зачем прятать его в древней гробнице на краю света? К тому же, когда я брал этот шар в руки, внутри него что-то тихо перекатывалось и дребезжало, словно он был наполнен тончайшими пластинками стекла или хрусталя. Это явно было какое-то устройство, но только как оно работало?

Когда началась церемония посвящения, девушки, всю одежду которых составляли лишь длинные черные плащи до пола, должны были по очереди подойти ко мне. В самом начале ритуала им было необходимо преклонить колени, поцеловать мою правую руку и поклясться в верности нашему темному господину, положив ладонь на черный шар. Марголеана Монвуазен стояла позади сестры, прислушиваясь к словам заклинаний, произносимых мной и моими последователями. Я принял клятву верности и покорности от одной девицы, затем от другой, потом настал черед Маргариты Монвуазен. Но тут свершилось небывалое. Марголеана оттолкнула сестру и вышла вперед, заняв ее место.

Все присутствующие начали возмущаться, но юная ведьма с хитрой усмешкой на губах смотрела лишь на меня. Она опустилась на одно колено, поцеловала мою руку и принесла клятву верности, а затем положила на черную сферу свои изящные белые пальцы. И вдруг что-то произошло! Таинственные символы на шаре осветились изнутри тусклым багровым светом! Все испуганно отшатнулись от сферы, лишь Марголеана осталась на прежнем месте. Она принялась вращать шар внутри сундука, затем ее длинные пальцы начали нежно ощупывать стеклянные пластины, покрывающие его поверхность.

Что-то засияло внутри артефакта. Поначалу я решил, что это были отблески пламени свечей, но внезапно его стеклянные чешуйки пришли в движение. Они начали скользить и переворачиваться, как детали диковинной механической китайской головоломки, которые так любил коллекционировать наш король.

Все присутствующие потрясенно ахнули. Одни отошли от стола подальше, опасаясь удивительного преображения шара, другие, наоборот, приблизились, чтобы не пропустить ничего из происходящего.

Внезапно черный шар в сундуке раскрылся, подобно механическому хрустальному цветку. Стенки его на глазах начали меняться. Вверх из его нутра потянулись изящные острые зубцы, покрытые узорами. Две пластины развернулись и сошлись воедино, а вскоре мы увидели, что они образовали изящную маску, будто созданную из ажурного стеклянного кружева. Внутри раздвигающегося артефакта работали шестерни, что-то беспрерывно двигалось и щелкало, а багровый свет становился все ярче, и свечи здесь были ни при чем.

Но вот все снова замерло, и красный свет, лившийся из распахнутого сундука, померк. А все мы стояли и потрясенно смотрели на диковинную корону, в которую превратилась черная сфера.

Она была прекрасна! И в то же время вызывала оторопь одним своим видом. Эта маска, в которой отражались наши изумленные лица, эти длинные острые шипы, – было в короне что-то неземное, демоническое! Этот предмет явно был создан в иной реальности и с не самыми благими намерениями.

Пока все потрясенно молчали, Марголеана с легкостью подняла казавшуюся тяжелой корону и водрузила ее себе на голову. Готов поклясться, в этот самый момент я услышал отдаленный раскат грома, прокатившийся в черном небе высоко над крышей особняка. Украшение подошло ей идеально, превратив красавицу Марголеану в настоящую королеву тьмы. Блестящая маска скрыла верхнюю половину лица, острые шипы вздымались над головой, будто диковинные рога, придавая юной колдунье демонический вид. И когда она повернулась ко мне, а мое лицо отразилось в этой самой маске, мне показалось, что я смотрю на собственного двойника.

– Как тебе удалось? – пораженно прошипела ее мать, выступив вперед. – Как ты это сделала?!

– Что-то направило мои руки, – с усмешкой призналась Марголеана. – Я просто знала, что нужно делать.

– Мерзавка! – злобно крикнула сестра Марголеаны. – Ты опередила меня! Это я должна быть на твоем месте!

– Прости, сестрица, – рассмеялась Марголеана. – Но ты всегда была медлительной и нерасторопной, а я прямо кожей почувствовала, как этот чудесный предмет зовет меня. Если бы ты слышала его чудесный зов, то тоже не стала бы долго мешкать.

– Сними ее немедленно! Ты пугаешь меня! К тому же сир может разгневаться, – затараторила мамаша Монвуазен.

– Отнюдь. – Я заинтригованно покачал головой. – Марголеана прекрасна в этом дьявольском головном уборе. Что это, как не особое благоволение нашего темного повелителя?

– Но, сир, – с мольбой обратилась ко мне Маргарита Монвуазен. – Пусть отдаст мне корону. Это я должна примерить ее!

– Марголеана права, – твердо заявил я. – Если корона позвала ее, а не тебя, то она сейчас в правильных руках.

– Подарите мне ее, сир? – попросила вдруг Марголеана, одарив меня очаровательной улыбкой.

– Имей совесть, девица! – строго шикнула на нее мать.

Но Марго не обратила на нее внимания. Взгляд ее темных глаз, блестящих сквозь прорези хрустальной маски, был направлен только на меня.

– Раз уж корона отозвалась на мой зов, отреагировала именно на мое прикосновение, я хочу владеть ею, сир. Думаю, это справедливо, вы не находите? – снова улыбнулась Марголеана. – Неужели вы откажете мне в просьбе?

В ее словах был резон, ведь никто, кроме нее, не смог вскрыть эту загадочную вещицу. И как я мог ей отказать? Мы договорились, что будем изучать сферу вместе, и это был еще один повод, чтобы чаще видеть ее. Чаще общаться с ней.

Марголеана пришла