Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт

– Крем – это прекрасно, но что с нашим делом?

– Я же сказал, что всё нормально. Он перехватит управление на закате. С наступлением темноты отряд выдвигается на исходную. Ровно в полночь даём сигнал к началу. От получаса до часа займёт вылазка. Ещё час-два на обыск башни – и утром мы уже в столице.

– Меня смущает, что наёмники останутся в башне без надзора и пригляда.

* * *

– Мутное дело! Ой, мутное! Капитан, ты меня знаешь, моё сердце – вещун. Не берись за этот заказ, гнилой он.

– Есть другие мнения?

– Времени мало было, но я справки навёл. Новоявленный барон с солдатскими бляхами за храбрость и штурм. Один человечек с солдатиками выпивал и слушал разговоры. Этот «придворный барчук» два караула лично одним ножом вырезал, те и не пикнули. Егеря молодые блевали, как увидели, что от стражников осталось. Потом магией блокпост напрочь снёс. А нам заказчик втирает про паркетного шаркуна? Этот зверь из принципа договариваться не будет. На смерть нас гонят! Под молотки! Я против заказа!

– А я у столичных знакомцев спросил. Барон – магистр, и мать его из рода огневиков. Про аус Хансалов кто слышал?

– Ясно. Пусть заказ берёт другой отряд. Те, у кого головы нет.

* * *

– Немного не наш профиль.

– Это, конечно, не охрана каравана и не налёт на поместье, но отряду пора переходить на следующий уровень, вот вам и предложили задание такого класса.

– С оплатой понятно. Больно всё просто выходит. За что платят? И двух волшебников на усиление дают? Давайте повторим: ночью снимаем часовых, скачем к башне, пока не поднялась тревога, захватываем её и удерживаем три дня?

– Да, так оно и есть.

– В башне не больше взвода охраны?

– Я же говорил.

– Волшебникам и за проход через порталы не мы платим?

– Да! Сколько можно переспрашивать?

– Угу… Хорошо… Авансом сколько дают – треть или половину?

– Половину! И за расходы по перемещению платит один из волшебников.

– Всё ушам своим поверить не могу. Условия больно хороши. Даже отказываться жалко.

– Почему отказываться?

– Дык пожить ещё хочется!

* * *

– Да не! Оно понятно! Нам такую башню взять – что двумя перстами сморкануться. Даже волшебник при отряде собственный имеется. Вы мне другое скажите – дело сделаем, и?..

– Что «и»?

– И как уходить будем? Или есть мнение, что весь отряд при башне навсегда останется? В братской могилке… Не! Там озеро… Рыбок кормить будем?

– Что вы такое говорите!

– А то и скажу! Портал в тех краях один. Ты нам после налёта к нему предлагаешь пробиваться? А нас так сразу и выпустят! Или по дорогам от погони уходить, к другим порталам, где никого вроде и не ждут? На смерть гонишь, гнида!

– Успокойтесь! Я только посредник!

– Посредник… Дурак ты, а не посредник. Наёмник – это не тот, кто на дело за деньги идёт, а кто живым возвращается. Нет среди нас дураков! Вымерли!

* * *

– Нам нашли один отряд, но это будет очень грязный вариант. Хотя они обойдутся дешевле, чем обычные наёмники, но…

– Сомневаешься в них?

– Нет. Тут другое. Может, не зря наёмники от денег отказываются? Может, стоит подумать о другом ходе развития событий?

– Чего думать? Деньги уже выданы, и мы в храме поклялись исполнить договор. Мне золото возвращать не хочется.

– Так ведь возвращать и не придётся. Я прикинул, что и как делать. План таков. Всё произойдёт днём. Наш человек в башне перехватывает управление на себя. В это время мы под видом путешествующих в Загорье проезжаем мост. Нанятый отряд в открытую едет за нами. Он и отвлечёт внимание, и выгадает время, необходимое для уничтожения караульных. Что мы, своими заклинаниями пяток солдат не сложим?

– А потом?

– Пока отряд подтягивается к башне и закрепляется, мы быстро уходим в Загорье. Скачем до ближайшего порта, там нас будет ждать заранее нанятая фелука.

– А оставшиеся?

– Что оставшиеся? Пусть выкручиваются, как умеют. Перед заказчиками мы чисты – отряд наняли, башню захватить пытались, а что захватим, никто не обещал.

– Ковен не подставим?

– Хочешь честно? Зачем лично тебе ковен, возглавляемый нежитью? Желаешь повоевать с церковниками?

– Решил сбежать?

– Возможно. Есть договор, что отряд получает небольшой аванс – только чтобы добраться до места, – но в башне расчёт будет произведён полностью. А я вдруг подумал: на двоих деньги легче делить, чем на пятьдесят человек, и затеряться двоим проще… Что ты дела…

– Прости, мой уже покойный приятель, я решил, что и без тебя справлюсь. План хорош, но ты глуп – когда человек один, ему ни с кем делиться не нужно.

Дела житейские

Тяжесть женского тела приятна, но я аккуратно освобождаюсь из сладкого плена объятий. Мне больше двух часов в сутки не спится, а малышке надо минимум шесть, а лучше восемь. Пусть высыпается. Смешная! Из всего, что мы вытворяли в кровати, самым безнравственным сочла сон голышом, без рубашки. Во всяком случае, этому больше всего противилась. Накидываю халат, тихонько выхожу за дверь и направляюсь в кабинет. Света не зажигаю.

День был долгим и сложным. Представил малышку Лауре. Та меня сразу выгнала и стала секретничать с моей конкубинкой. Государь не ругался на ночное отсутствие при дворе. Он решил, что так я исполнил его наказ завести наследника. Дал неделю на медовый месяц, однако велел присутствовать на заседаниях комиссий. Для Мики передал заколку с меленькими изумрудиками и приказал ей родить сына.

В приёмной послушал свежие сплетни. Про меня, понятно, болтают много, но народу я интересен только в плане «поболтать и забыть», мои семейные дела ни на что не влияют. Главные сплетни – про освобождение дворцов и первый при новом правлении большой приём в среду.

После коронации отпрыски прежнего государя покинут дворец. Понятно, съедут не в гостиницу. У её светлости в предместье столицы имеется Клубничный павильон. Действительно милое местечко – трёхэтажный домик из белого и розового мрамора, спрятавшийся в саду из фруктовых деревьев. Грядки с клубникой там тоже есть. Его королевское высочество до отбытия в колонии будет жить в Гостевом дворце. Туда переедет не сейчас, а когда высокие гости, съехавшиеся на коронацию, освободят его. Но слуги потихоньку начинают собирать вещи и решать, кто поедет с господами, а кто останется.

И тут возникает вопрос: кому из детей государя какой дворец отдадут. Старшей дочери