Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер

штурмовать логово Скорота. Он обманет Эйнара ради собственной славы, обманет их всех, лишь бы обрести утраченную власть. Эйнар ни за что не послушал бы ее, он был слишком очарован фон Каммлером и слишком одержим обещанной наградой. Остальные тоже не станут ее слушать. Старой ведьме хватило горькой иронии, чтобы оценить всю несправедливость шутки, которую сыграл с ней Тчар. Провести последние дни жизни, путешествуя через полмира, привести избранного ею воина к самым воротам победы лишь для того, чтобы все это отнял проклятый опальный южанин!

Ведьма улыбнулась, из ее тела вырвался хриплый вздох. Что ж, если ее чемпион не сможет претендовать на награду, пусть она никому не достанется. Об этом позаботится дракон. Урда ощутила мрачное удовлетворение при мысли о том, что если она не смогла разделить победу, то, по крайней мере, она станет орудием поражения.

Шум в зарослях сорняков заставил Урду сдержать злобный смешок, сотрясший тело. Она оглядывалась вокруг, пытаясь рассмотреть что-то сквозь пелену болотных испарений. Неизвестно, что произвело этот звук, но оно явно не спешило себя раскрывать. Как бы то ни было, ведьма решила, что уже достаточно долго находится на открытом воздухе. Она повернулась к наполовину заваленному обломком скалы входу в грязную пещеру. Это место обеспечит ей сносное убежище от всего, что бродит в зарослях, и защитит от ужасного глаза драконицы, если огромный зверь поднимется в воздух в поисках обреченных спутников Эйнара.

Со всей скоростью, на какую она была еще способна, Урда заковыляла к пещере. Над ней нависли зловонные своды, и ведьма застыла в темноте, охваченная тревожным чувством. Она полезла в сумку и вытащила щепотку серебристого порошка. Насыпала порошок себе в глаза, произнося заклинание. Глаза тут же засветились, пронзая тьму с такой же легкостью, как если бы она призвала солнце. Длинный склизкий туннель был усеян несметным количеством человеческих костей. Старуха перевела взгляд на слюнявую тварь, которая сидела на корточках в пещере. Измазанное той же грязью, что стала его домом, это создание напоминало безумную помесь слизня и жабы. Из бесформенной выпуклости, являющейся, видимо, головой твари, торчали влажные стебельки глаз. Существо передвинуло свое чудовищное тело, лениво скребя по грязи лапами.

Урда попятилась от чумного зверя, не желая пополнять собою его коллекцию костей. Когда стало ясно, что ведьма не будет достаточно учтивой, чтобы войти прямиком к нему в пасть, демон, казалось, утратил к ней интерес. Стебельки глаз втянулись в покрытую слизью голову.

Эслингская ведьма вышла из пещеры. Нужно найти другое убежище, чтобы спрятаться от дракона, стихающие звуки битвы подсказывали, что делать это нужно быстро. Не успела старуха пройти и нескольких шагов, как увидела знакомое, хоть и изуродованное лицо. Валлак был залит собственной кровью, у него был рассечен череп и поранена рука, и тем не менее он усмехнулся при виде ведьмы.

— Ты не задержалась, чтобы посмотреть на дракона, карга, — сказал курганин. — Можно подумать, ты это предвидела.

Урда отступила назад. Она видела, что воин ранен, но ей нужно было время, чтобы оценить, насколько серьезны его раны. Существовало достаточно заклинаний, которые она могла использовать, чтобы избавиться от курганина, но, чтобы воспользоваться ими, ей нужно было залезть в сумку.

— У меня есть второе зрение, — напомнила Урда, поднимая костлявый палец и показывая на свой рунный глаз.

Другая ее рука в это время медленно ползла к сумке. Валлак шагнул к ней, и ведьма замерла.

— Странно, что ты не сочла нужным предупредить остальных, — заметил он. — Подозрительный человек мог бы подумать, что ты это все спланировала.

Это замечание заставило Урду действовать. Она щелкнула пальцами, и остаток серебристого порошка на них полыхнул яркой вспышкой. Валлак вскрикнул от неожиданности и, на мгновение ослепнув, закрыл лицо руками. Урда сунула руку в сумку, потянувшись за порошком, который должен был прервать жизнь упрямого Валлака. Но едва ее костлявые пальцы коснулись сумки, кто-то сзади схватил ее и с силой дернул, ломая руку, как старую ветку. Урда вскрикнула от боли, а нападавший, крепко держа ее за искалеченную конечность, другой рукой обхватил за шею. Урда ощутила прикосновение грязной стали, когда холодная липкая броня коснулась ее сухой пергаментной кожи.

Валлак протер глаза и подошел к ведьме. Изуродованное лицо кривила усмешка

— Помнишь Беруса? — поинтересовался он. Берсерк усилил хватку, вынуждая Урду снова вскрикнуть от боли. Я нашел его на болоте после того, как он выполз из ямы в которую зашвырнул его дракон. Если Берус и презирает кого-то больше, чем поклонников чумы, так это предателей!

Урда плюнула в злорадную рожу Валлака.

— Вам это ничем не поможет! Южанин заберет всю славу себе! Стальной Кулак останется ни с чем!

Мозолистые пальцы Валлака сомкнулись на подбородке старухи, приподнимая ей голову. Через ее плечо он посмотрел в костяное забрало Беруса. Когда Валлак снова заговорил, это не был ни язык курган, ни распространенное среди норсов торговое наречие. То были жестокие, рвущие реальность звуки самого Темного наречия, языка демонов и колдунов:

— Здесь твое зрение тебя не подводит, ведьма!

Берус пристально посмотрел на Валлака, силясь понять значение незнакомых слов.

— Эйнар не получит ничего, но и южанину не видать награды! Слава будет принадлежать Валлаку и только Валлаку!

Курганин, держа ведьму за подбородок, нагибал ее голову назад, все дальше и дальше, пока старческая шея не треснула с глухим щелчком. Глаза Урды закатились, голова безжизненно запрокинулась на спину.

— Мне жаль, карга, — усмехнулся Валлак трупу. — Играя в свои предательские игры, ты так и не поняла, что я тоже играю.

Берус ослабил хватку, выпуская сломанное тело.

— Ведьма мертва, — прорычал он. Слова, доносящиеся сквозь скелетные челюсти шлема, звучали угрожающе. — Теперь ты покажешь дорогу во дворец, как и обещал.

— Всему свое время, — отозвался Валлак. — Нужно дождаться фон Каммлера. Ты помнишь, что именно он — тот, кто может провести нас внутрь?

Берсерк кивнул рогатой головой:

— Ты уверен в том, что слышал от южанина и Стального Кулака?

Валлак кивнул. Дурак-южанин и представить себе не мог, что колдовство, которое он на него обрушил, изменило не только его тело. Его слух обострился до такого уровня, что он теперь слышал звуки, которые не в состоянии был уловить даже Оргрим. Это сослужило ему неплохую службу, когда он подслушивал по ночам Эйнара и фон Каммлера, строивших свои планы.

Валлак посмотрел на изломанное тело Урды. Знала ли ведьма что-то об их планах или просто