Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Иди ты нахрен, Сэм! — отозвался один из собравшихся. — Ты вечно тормозишь во время группового смеха! То вступаешь позже, то позже заканчиваешь, и в итоге роняешь командные очки!

— Я-то торможу⁈ — возмутился Сэм. — Мы тут делом вообще-то должны заниматься! А там пленники из камеры сбежали!

— Ой, какая беда, — карикатурно сморщился тот, что выключил проектор. — Как жаль, что мы не догадались сделать тюремный коридор изолированным, чтобы они блуждали там до бесконечности, наслаждаясь видом из окна!

— Да, но этот парень только что освободил старика!! Просто взял и выломал дверь голыми руками…

Все повскакивали с мест; стулья с резными спинками, изображающих глаз внутри треугольника и многое другое, попадали на пол.

— Твою мать… — выдохнул Рэндальф. — Только не старый хрыч.

— Вот-вот! Когда он сбежал в том месяце, то ползал по вентиляции две недели! Две недели, блин, мы не могли выкурить его оттуда и вернуть в камеру! Он трижды добирался до комнат управления! Напомнить, что было в те разы? В первый раз он перепрограммировал нашего робо-президента Америки и заставил того танцевать тектоник вместо ходьбы! Во второй добавил в мировой промыватель мозгов установку на коллекционирование пивных бутылок, из-за чего до небес взлетели акции всех пивзаводов в мире, расшатав экономику и наплодив новых миллиардеров! А напоследок, перед самой поимкой…

— Да помню я, помню, такое забудешь! Этот мудак изменил погоду в Неваде, и теперь в Лас-Вегасе сезон муссонов!

— Не просто изменил! После него аппарат по управлению погодой заклинило, и теперь его не получается выключить!

В зале собраний повисла пауза; Иллюминаты молча переглядывались.

— Ладно, господа Иллюминаты, — наконец, произнёс один из тех, что был против термина «злодейский». — Кажется, мы слишком долго играли в гуманизм. Эту семейку нужно не в камеру запирать, а прикончить — раз и навсегда.

— Но как⁈ — Сэм качнул бородкой. — Внук невероятно силён, мы абсолютно не рассчитывали на такую мощь, а дед… ну, это дед.

— Спокойно, — кивнул Рэндальф. — Инопланетную заразу нужно бить её же оружием; есть идея. Все же видели видос с тем синим, безносым?

Иллюминаты синхронно кивнули.

— Ну вот, — пояснил Рэндальф. — Нужно просто заманить на базу других пришельцев, и они друг друга перебьют.

— Отлично. Работаем, — кивнул его сосед. — И отправьте кого-нибудь разобраться с остальными — с пришельцами, что остались в квартире, и вообще всей этой семейкой!

Как говорил дед — «мог бы и побыстрее, блин!».

Он действительно часто это говорил, особенно с похмелья, когда я по утрам приносил ему холодного пива. Поэтому сейчас эта незамысловатая фраза показалась мне знакомой и даже родной.

Хотя и не очень уместной.

— Чего? — оторопело переспросил я, медленно ставя вырванную с мясом тяжеленную дверь к стенке.

— Земля вызывает космос, повторяю! — нахмурился дед, выходя наружу. — Для того, кто выносит голыми руками металлические двери — мог бы и побыстрее!

Дед выглядел так же, как обычно, даже слишком буднично для ситуации, в которую мы попали, и это сбивало с толку.

— Как, по-твоему, я должен был до последней минуты узнать, что ты тут⁈ — справедливо возмутился я. — На Луне! У Иллюминатов!

Деда ничего не могло смутить.

— Мог бы и догадаться! Это же очевидно. Если тебя забрали пришельцы, то само собой, что я полечу за тобой. А раз я так и не прилетел, то где ещё мне быть, как не на Луне, у Иллюминатов?

А, ну да. Логика. Безупречная дедовская логика. И как я мог забыть!

— Как для участника этих ваших Королевских Игр, или как их там, ты очень недогадлив, — проворчал дед, оглядываясь по сторонам и направляясь к широкому панорамному окну, откуда открывался вид на лунную поверхность.

— Недогадлив⁈ Я должен был на ровном месте понять, что ты сидишь на какой-то нацистской лунной базе? — я спешно последовал за ним. В голове роилось столько вопросов, что выстроить их по порядку и начать задавать было абсолютно нереальной задачей.

— Нацистской? — дедовы брови взлетели наверх. — Это база Иллюминатов! Нацистская вон там, по соседству, километров через полсотни, в направлении вон той тачки! Стыдно путать!

Но мне было не стыдно путать; я ошалело уставился в окно.

И действительно. Тачка. Новенькая машина, прямо на лунной поверхности, снаружи базы, стоит себе, даже не занесённая лунной пылью.

Вопросов в голове стало только больше.

— Что она там делает⁈ — изумился я, и даже молча следовавшая за нами Лорна глядела на тачку изумлённо.

— Да забей, это Тесла, — отмахнулся дед. — Та самая, ну, ты же должен помнишь.

— Но почему она тут?

— Докуда долетела — там и валяется.

— А почему она блестит как новенькая?

— А что ей сделается? Нет атмосферы — нет коррозия. Наука! — дед постучал пальцем себе по виску, впервые за время нашей беседы довольно улыбнувшись. — Как мне кажется, она ещё на ходу… была бы, если бы не невесомость.

— Кхм-кхм! — вмешалась наконец Лорна, чьи глаза во время нашего диалога становились всё больше и больше. — Может, ты уже пояснишь мне, что это за странный старик? Ты его знаешь?

— Шутишь? — я обернулся на неё. — Это мой дед!

У Лорны буквально челюсть отвисла.

— Погоди! — она часто заморгала. — Тот самый, который выиграл шахматный турнир с помощью хоккейной клюшки?