Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Шейз!

— Что? Где? Когда? Ах, да, земля-земля...

Я взглянула на небо — первые звёзды уже мерцали. Весь день я провалялась...

— Аринаш...

— Да? — она развернулась ко мне, и её лукавые глаза почему-то уставились на Камень.

— Э... Откуда у тебя... Все эти боевые замахи?

— Из Форша, — равнодушно ответила она.

— Там что, обучают боевым искусствам?

Аринаш прыснула и захохотала так громко, что проходивший мимо матрос с тарелками аж шарахнулся в сторону, навалился на снасти, и тарелки полетели на пол.

— Ну ты и дурачок, Тёмное царство тебе ховой! Школа боевых искусств, умереть можно! Форшевский Колледж Торговли и Ремесла, неужели не слышал? Так вот, туда обычно девушек не принимают...

— А туда, получаются, могут прийти учиться и купеческие дети?

— Погоди, не перебивай, сейчас всё скажу. Итак, в колледж я попала, считай, по счастливому билету. Раз в несколько лет там выделяют казённые места для обучения детей торговцев и состоятельных ремесленников. То есть будущий торговец учится там около трёх лет за счёт венца.

— Интересно, зачем?

— Затем, что во дворце не все конченые придурки, некоторые понимают, что им торговец нужнее дворянина — он хотя бы реальную пользу приносит и налоги платит. А поскольку у папы, кроме меня, никого не осталось, отправили и меня туда. Я вообще единственная из жителей Акшела, у кого более-менее нормальное образование. Шимми не местный, он из Туши, — Аринаш повернулась к морю и устремила мечтательный взор куда-то за горизонт. Туда, где за тысячу шье находились невиданные страны, полудикари в ярких одеждах, высоченные зоофиты тропиков...

— Э-эм... Аринаш?

— Да? — девушка снова повернулась ко мне.

— А чему вас учили, там... в Форше?

— Читать-писать на разных языках, считать большие числа, делить, отнимать... Учили Божественному Слову, древнему языку, географии немного... Ну и фехтовать совсем чуть-чуть. Так-то драться я у мальчишек научилась, — Аринаш вдруг пристально посмотрела мне в глаза. — Взрослые тётки и дядьки, гордо именующие себя господами, говорили, что из меня не выйдет ничего путного...

Она вдруг резко замолчала. Я долго не решала прервать тишину, но всё же робко спросила:

— А почему?

— Да потому что я всякие поклоны да приседания не делаю, "науки" изучаю да дерусь! А идеальная женщина должна быть смирной, тихой и тупой как яшурка. Вот такие у этих тёток и дядек идеалы. Да только мне плевать! Слышишь, плевать! И если ты меня осудишь, можешь сваливать с корабля прямо сейчас! — Аринаш превратилась в разозлённую демонессу. Видно было, что я задела ту струну, которую не следовало бы задевать. Но как иначе?

— Аринаш!

— Что?! — она всё ещё злилась.

— Я не осуждаю... Я... Понимаешь... Я за тебя. Всеми руками и ногами за тебя. И я возражу всем, кто станет тебя осуждать. Так возражу, что они больше никогда никого не будут осуждать.

Аринаш перестала злиться. Она вдохнула и благодарно посмотрела на меня.

— Спасибо, — шепнула она.

— За что? — удивилась я.

— За то, что ты рядом.

— Разве это так важно?

Карие глаза поймали луч заходящего солнца и блеснули тёплым мягким золотом. В них, в этих глазах, таился целый мир, чужой и одновременно давно знакомый. Словно эти глаза всегда были с тобой. Я почему-то подумала о Васе: у него один глаз тоже был таким...

— Это важно...

Тут я заметила, что у Аринаш что-то в руке.

— Это шмнение из каюты капитана, — проследила Аринаш за моим взглядом. — Только что-то оно завалявшееся.

— Ты это употребляешь? — удивилась я.

— Очень редко, когда тоска нахлынет. А вообще — ну его! — и трубочка полетела в воду.

Глава 5. Добро пожаловать в Аустершен!

Запись 23.

— Вау...

— Согласна, Аустершен прекрасен!

— Я не совсем это имел ввиду...

— Неважно, это чудесный город! Тут можно найти всё и своротить любое дело!

— Но с какой репутацией мы приходим сюда...

— С самой отличной! Мы — торговцы, пришли делать предложения, продавать, покупать и вкладывать деньги. Мы люди практические, нам чужды всякие воздушные замки. Зачем нам всякие идеи и суеверия? Зачем нам политика, если не для международной торговли? Хо, мы самого Швободу пустим с торгов, а на вырученные деньги купим ткани, кожу, семена и ещё кучу всяких товаров!

Город приближался с каждой минутой. Огромный человеческий муравейник, где жизнь проходила в суете и делах, он напоминал мне старые гравюры, на которых изображались крупные города, например, Лондон или Париж... Было в нём что-то от старого Петербурга... Но ничего от современных городов: ни платформ для посадки летательных аппаратов, ни стеклянных небоскрёбов, густо засаженных зеленью и с садами на крышах, ни людей, проносящихся в воздухе на аэромобилях, даже и тут асфальтированных дорог не было. "И вправду как машина времени", — мелькнуло в голове.

— Сдаётся мне, что ты не очень-то веришь в то, о чём говоришь...

— Торговцы не верят. Ни в кого и ни во что, кроме денег. Деньги — это то, на чём построен мир. Это твёрдо как Шарри.

— А что такое Шарри?

Аринаш засмеялась.

— Эх, мой ты недотёпа, сказка такая есть. Мне отец рассказывал. Вообще мои родители очень любили рассказывать мне сказки. И отец часто мне сообщал легенды Паренкоста. Так вот, у одного дьякоша и дьяковницы заболела дочь. И знахарь им сказал, что надо добыть красный гладкий камешек, который ничем не разбить — Шарри, и приложить ко лбу девочки, иначе она не выздоровеет и умрёт. Дьякош посылал своих лучших воинов найти Шарри. Но они, что вполне естественно, не нашли его, и дочь дьякоша умерла. Тогда он казнил всех лучших воинов вместе со знахарём и повелел, что тот, кто найдёт когда-нибудь, хоть через тысячу лет, этот Шарри, то пусть принесёт его новому дьякошу. За это его наградят очень... И что-то там ещё, я уж не помню... Он даже может стать новым дьякошем. Говорят, что с тех пор бродят по свету некоторые люди и ищут Шарри. Дураки, не правда ли?

— Наверное, — ответила я. История о Шарри меня очень заинтересовала. Он у них, похоже, вроде философского камня. Очень любопытно...

— А