Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Это было резко и очень неожиданно. Народ впал в ступор, Аринаш вместе с ними. А купец подошёл ко мне близко-близко (ух, у меня аж кровь похолодела!), протянул руки и... обнял меня. Чуть не переломав все рёбра, меня выручил корсет. После чего Шинбард отправил меня… мыть полы. Классно, что уж сказать. Странный здесь народ.

Запись 17.

И вот мы плывём. В пути нам придётся пробыть около трёх-четырёх дней. Может, и меньше, если ветер будет попутным. Я быстро справилась с уборкой и вновь поднялась на палубу.

— Эй, парниша! — окликнул меня здоровенный рыжеволосый детина. — Иди сюды к нам!

Вскоре меня со всех сторон окружили матросы.

— Вот так герой! А на вид-то совсем хрупенький! Уж больно женственный паренёк какой-то...

— Как он перед капитаном-то! Я уж думал, что этот его вообще убьёт!

— Ну и парень, такого бы к нам!

— Не стесняйся, шокол нас возьми, расскажи о себе!

Я как-то растерялась от чрезмерного внимания к моей персоне.

— Ну-у... Меня зовут Шейз Коршия...

— Шейз Коршия! Так ты тот самый...

— Фолк меня загрызи, да это же самый первый сорвиголова в Акшеле!

— И первый красавчик, с такой-то шевелюрой!

— О, обожаю этого парня! Он поставил на место Злюку Порша!

— А помните, как он пацана с дерева снял!

— А помните, как он напоил Дурса и компанию и они потом шатались по всему городу, бранились да орали песни, а разозлённая Жирная Маузерш швырялась в них из окна засохшими польками! То-то потеха была!

— Репокорша вас порви, почему никто не помнит, что это он и ещё какая-то девка сапоги раздавали?!

— Не какая-то девка, а эта чокнутая Аринаш, лавочникова дочка, которая ведёт себя как парень!

— Да они с Шейзом одного поля полипы!

— Что за яшуркино клохтание, какие они тебе полипы?! Ты хову от пельшеня различить уже не сможешь?

Бесконечные похлопывания по плечам и по спине, и даже чуть ниже (руки оторвать мало, я вам не манекен!), слишком громкие восклицания совершенно сбили меня с толку. Я стояла среди здоровенных крепких верзил совсем растерянная. Мне казалось, что сейчас я очень похожа на дорогую игрушку, которую принесли младшим школьникам, и каждый из ребят норовит её потрогать и похвалить. Мне очень хотелось поскорее свалить от них. К счастью, моё желание осуществилось: меня выручила Аринаш.

— Шейз, послушай, там надо кое-какие бумаги заполнить, чтобы потом не возиться. И я ещё почерк купца разобрать не могу...

— Уже иду! — радостно воскликнула я, прорвалась сквозь живой заслон матросов и спустилась в каюту в кормовой части корабля, именуемую кабинетом, где лежали все деловые бумаги. Матросы, потеряв объект для обсуждения, разошлись. И правильно — ветер крепчает, пора ставить паруса!

Запись 18.

Над столом, где я работала, было небольшое окошко, через которое можно было наблюдать, что творилось на палубе. Это было очень удобно, и я была в курсе всего, что сейчас творится на корабле. Вот матросы бегают, паруса ставят, всякие фоки-гроты-кливеры закрепляют. Кажись, и боковые распустили. Ну, теперь полетим на всех парусах! Снизу звон посуды — Аринаш пошла проверить, что в камбузе. Вскоре послышались её сердитые рассуждения о вреде антисанитарии во время процесса приготовления пищи, высказанные весьма резкими словами. Обожаю слушать Аринаш, у неё очень интересный словарный запас.

Столько в кабинете карт валяется — уму непостижимо. У них что, ещё господствует геоцентрическая система мира? Ах, точно — господствует. Земля плоская. Вернее, гешо плоская. Иначе я не понимаю, зачем столько звёздных карт. Тем более когда звёзды (штары) показываются раз в вечность. Мне казалось, что "Ширшоваш" только от Акшела до Аустершена курсирует, но тут столько макулатуры, что хоть в кругосветное путешествие по плоской геше отправляйся. Значит, корабль только столицей не ограничивается. Хм, и куда же ещё плавает Шинбард? Неужели к соседнему материку?

Мимо окошка прошёл медведь. Рядом с ним плёлся Шимми и покорно выслушивал идиотские претензии капитана к его персоне и ко всем людям вообще. Сначала до меня доносились отрывки фраз, но суть нетрудно было понять: капитан был унижен и оскорблён, а виноват в этом, конечно же, не его склочный характер и привычка обращаться со всеми как с рабами, а гадкий шокол Шейз. Парень лет семнадцати портит всем жизнь.

— И запомни-ка, дружок, если этот вий подойдёт к тебе, я запрещаю тебе с ним хоть словом перекинуться, понял?! Хоть одним словом! Не смей! Этого шокола надо привязать к мачте да научить вежливости и уважению!

— Да-да, конечно...

— Шкуру с него спустить мало! Прям сейчас бы взял кнут и исполосовал ему всё спину! Жаль только, что эти болваны его к нему прониклись. Эх... Известно же, фолк везде труп найдёт, и дурное очень привлекательно, однако Двое учили нас, что нечистого надо укрощать, ты знаешь?

— Как не знать, господин капитан!

— Так вот! Этот парень, — медведь призадумался почесав лапой морду. — Так-так... Ах, точно! Этот парень — сподвижник Швободы!

— Двое, защите нас...

И не мудрено, ведь Швобода (опять интересное имя!) был чем-то вроде Люцифера. И всё-таки самым страшным духом был Равештво. Даже имя его считалась запретным. А узнала я о Равештве от Аринаш, которая за спиной у общества плевала на всякие суеверия, обычаи и манеры, в чём я убедилась ещё при нашей первой встрече. Кажется, я уже замечала, что она очень интересный человек. Вот такие два брата-акробата у них заправляют адом, то есть Тёмным царством, где грешников терзают шоколы, с неба сыплются стрелы, а ещё очень трудно дышать, потому что воздух раскалён. И кругом кислота. И кругом носятся фолки и репокорши. Помнится, я пролистывала у Аринаш, когда она оставила меня одну в своей комнате, главную религиозную книгу местных — Имашинем, и там как раз что-то подобное описывалось. К сожалению, я не успела прочитать и целой страницы — Аринаш быстро вернулась — но запомнила картинку: двое полуголых молодых парней с длинными волосами и довольно спортивным телосложением стоят посреди моря огня, где горят грешники, как какие-нибудь демоны. Но весьма симпатичные. И поэтому они само зло. Вот такие сказки. Камень, естественно, запомнил всю книгу, но у меня так и не нашлось времени её дочитать. Не до сказок мне.

Я отложила на время штилус. Не очень удобная