Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

вполне мог соперничать с перцом чили. Лучше всего, когда на тебя идёт медведь, как-нибудь замереть и медленно отходить назад. Мёртвым притворяться бесполезно, на дерево лезть тоже. Поэтому я медленно попятилась к кабинету.

— Шейз!!!

Капитан потянулся за плетью.

"Ну, сейчас будет жарко", — подумала я и медленно начала нащупывать шпагу.

— Вяжите его, — обратился медведь к матросам.

Что ж, раз капитан говорит, то и я поговорю.

— Если вы, приятели, пойдёте и свяжите меня, то вы так и будете до конца своих дней плясать под шусли этого злюки на убогом торговом судёнышке, и вся ваша жизнь будет состоять из расстояния между Акшелом и Аустершеном да вечной брани.

Услышав такое, капитан побагровел ещё сильнее. Матросы смотрели то на него, то меня, и с каждым разом их взгляды всё меньше задерживались на капитане и всё больше — на мне. Кажется, капитан это заметил. Вот это я понимаю — шарик лопнул:

— Дураки!!! Остолопы!!! Изменники!!! Грязное отребье! Увидели хорошенького шоколёнка и сразу к нему! Да вы хоть понимаете, что он — Швобода! Даже капеллан против него бессилен!

Стоило капитану ляпнуть какую-нибудь чушь, как все начали восклицать и креститься. Алло, люди! Вы, живя в пещерах, боролись с доисторическими тварями (если ваша история началась так же, как и на Земле), вы строили города, покоряли моря, сделали своими руками то, чего нет в природе: одежду, утварь, примитивные машины! Так вам ли бояться бесов? Я, конечно, против развращения нравов, но не запугивать же людей всякой паранормальной и метафизической бурдой!

Увидев, в какое волнение всех повергли его слова, капитан усмехнулся:

— Теперь-то вы понимаете, шокола надо изгнать? Так вяжите же его!

Я взглянула наверх. Шимми и Аринаш схоронились за парусами, но их внимательные глаза так и переходили с меня на матросов и капитана.

— Господин капитан... — робко возразил рыжеволосый, — но ведь... Если он и вправду шокол... Его ведь опасно трогать, он нас заколдует! Ведь вы сказали, что даже поп его не прогонит!

"Браво, малыш, в тебе проснулась логика!" — я улучила мгновение, когда медведь повернулся к нему, вынула шпагу и спрятала её за спиной.

— Что ты себе позволяешь, наглец?! Вот я вас научу уму-разуму! — тут произошло ужасное: медведь ловко и резво подскочил к матросу, развернул плеть и стегнул наотмашь беднягу по голове. Мгновенно красная полоса прорезала наискось исказившееся от боли лицо, брызнула кровь...

Я развернула шпагу и бросилась на капитана. Тот как раз поднял руку для нового удара, но я его предупредила. Один взмах — и плеть пришла в негодность.

Мы стояли друг против друга. Я и дикий зверь. Мы оба поняли: всё должно кончиться сейчас или никогда. Я медленно начала переходить в начальную позицию, капитан вынул кортик.

— Стоп-стоп-стоп! — между нами ловко прыгнул Шимми, и только тут я заметила, что в его руке тоже был кортик. Аринаш тоже спустилась, пряча свой кинжал в ножны.

— Стоп-стоп-стоп! — вновь повторил Шимми. — Дуэли так не делаются! Пройдёмте на середину палубы!

Шейз Коршия и капитан Хам стояли друг напротив друга со шпагами в руках. Лицом к лицу. Оба они сняли верхнюю одежду и остались в штанах и рубашках. Их взяли в кольцо матросы. Даже боцман, лекарь и капеллан вышли. Секундантом Шейза была Аринаш, секундантом капитана стал Шимми. Коперник находился по правому борту, противники стояли к нему боком. Небо было безоблачное. Ветер стих.

По звонку корабельного колокола шпаги скрестились, и дуэль началась.

Капитан дрался яростно. Он явно считал, что лучшая защита — это нападение. Шейз же не спешил раскрываться и с угрюмой сосредоточенностью отражал выпады. Аринаш со смаком представляла, как Шейз проткнёт капитана, Шимми же желал, чтобы всё окончилось миром. Капеллан истово молился.

Время шло, а ситуация не менялась: капитан всё так же яростно нападал, Шейз всё так же угрюмо защищался.

Аринаш скоро вошла в азарт и стала походить на футбольного фаната начала 21 века, сидящего перед телевизором и болеющего за любимую команду. Она размахивала руками и кричала "Давай-давай, Шейз! Покажи ему, как дерётся нынешняя молодёжь!". Некоторые матросы последовали её примеру, и корабль стал напоминать футбольный стадион прошлых лет. Сначала всем было весело, но вскоре некоторым матросам надоело смотреть на это, и они наконец-то занялись парусами — ветер снова поднялся. Рыжеволосому лекаришка наконец обработал рану, а дуэль всё продолжалась...

Пыл Аринаш уж немного поутих. Ей надоел звон шпаг, и она начала откровенно скучать.

— Ну атакуй уже! Что ты тянешь яшурку за хвост? Видишь, он уже выдыхается! Тебе же ещё бумаги заполнять! А, так ты просто таким образом просто косишь от работы! Ну ты и подлец! Мне уже надоело это, но я не могу отойти, так как волнуюсь за тебя, поэтому не мучай меня и проткни его уже наконец!

Шейз не внимал её просьбам и упрёкам и по-прежнему отбивал атаки уже задыхающегося капитана. Но тут случилось непредвиденное: Хам, поняв, что ему победить не удастся, решил сделать последний рывок и, собрав остатки сил, пошёл на Шейза. Тот отступил на несколько шагов и вдруг споткнулся об один из лежащих на полу канатов. Стараясь удержать равновесие, Шейз засеменил назад и ударился спиной о спасательную подушку, прикреплённую к борту. К этой подушке привязывали бьющиеся предметы, но теперь таковых не оказалось — милежаны их уже до этого разбили. Подушка отпружинила Шейза вперёд, он пошатнулся, вторично споткнулся о злополучный канат и полетел прямо на капитана. Со шпагой. Перед собой. На шпагу. Перед собой.

Мгновение, и они оба лежат: капитан внизу на полу, Шейз сверху на капитане. Шпаги представляют собой противоположно направленные векторы. Противники лежат неподвижно. Они похожи на змей, которые задушили друг друга.

На корабле всё замерло. Аринаш застыла, сжимая ладонями виски. Капеллан истово молился.

Но вот кто-то пошевелился! Прошла одна секунда, вторая, и наконец, сердито ворча на непонятном языке, Шейз принял из горизонтального вертикальное положение. Он поднял левую руку и с огорчением посмотрел на разорванный от локтя почти до подмышки белоснежный рукав своей рубашки. К счастью, шпага капитана не задела его самого. Шейз вздохнул и посмотрел на своего поверженного противника. Тот даже не шевелился, глаза его были закрыты, пылавшее лицо остывало. Все ждали, что капитан встанет и начнёт на всех орать. Шейз обратил свой взор на шпагу и вскрикнул: его новенькая блестящая шпага была в теле капитана. Остриё