Газлайтер - Григорий Володин

как и Бер, знала — теперь всё встанет на свои места. Феанор снова окажется в тени Дани, снова будет злобно зыркать из-за плеча, но уже ничего не сможет сделать.

И Данила не подвёл.

Он мгновенно нашёл способ закончить это затянувшееся изматывающее преследование. Всё произошло за секунды: с небес обрушился огонь, Золотой Дракон испепелил почти всю стаю. Остались лишь те, кто уцелел в аду пламени — несколько сотен гулей, но и они уже сцепились в отчаянной схватке с альвами.

Зела, как и все остальные, видела, как со спины Золотого прыгнул милорд. В своём теневом доспехе он выглядел как тень, рухнувшая с неба. А вместе с ним вниз бросилась его новая жена — рыжая волчица, с горящими глазами, оскаленная, готовая рвать и уничтожать.

И в этот момент всё стало предельно ясно. На одном фланге сражались три сотни альвов, на другом — всего один Данила со своей волчицей. Это зрелище захватывало дух.

И тут воздух разорвал его голос:

— Сегодня у нас выходит неплохое барбекю!

Поле боя застыло. На мгновение никто не мог поверить в то, что только что услышал. А затем — абсолютно все, абсолютно все — охренели.

В следующую секунду Данила и его волчица прорвались сквозь истончившиеся ряды гулей. Словно бур, он просверлил насквозь стаю, сметая всё на своём пути. Если даже Воитель когда-то вытворял нечто подобное, то уж точно не в этом столетии.

* * *

Наконец-то последние остатки гулей были разбиты.

Я оглядываюсь — поле боя затихло. Вокруг меня, как-то незаметно, собрались главные альвийские воины. Зела стоит чуть сбоку, а рядом с ней Феанор, закованный в свой вулканический доспех, Бер с поднятым фламбергом и ещё с десяток командиров, отвечающих за альвийский роты. Они молчат, напряжённо смотрят, будто чего-то ждут.

Я спокойно замечаю:

— Смотрю, у вас дела очень даже ничего.

Зела тут же опускается на одно колено передо мной. Следом за ней то же самое делает Бер, подняв фламберг.

Зела оборачивается к остальным альвам и твёрдо говорит:

— Вставайте на колени тоже. Перед нами — милорд и будущий король.

Но командиры переглядываются между собой, явно растеряны. Они не смотрят на меня — скорее друг на друга, неуверенные, стоит ли повторять этот жест.

Я качаю головой, нахожу взглядом Зелу:

— Не сейчас. Мы всё ещё на поле битвы, и время для этого не подходящее. Поднимайся, Зела. Бер, ты тоже.

Воительница молча поднимается, избегая встречаться со мной взглядом, и смущенно поправляет ремни, которые, по сути, и составляют всю её одежду.

— Хорошо, милорд.

Я продолжаю:

— Размещаем лагерь неподалёку. Ограждаем периметр и выставляем патрули. Мало ли, вдруг остались ещё гули.

Феанор, до этого молча наблюдавший за мной, вдруг резко заявляет:

— Менталист, зачем оставаться? Ты можешь просканировать округу и сразу проверить, есть ли ещё гули.

Я хмыкаю, глядя на Воителя:

— Могу. Так же, как и новые гули могут заявиться в любой момент. Поэтому мы остаёмся лагерем и некоторое время наблюдаем за округой.

Феанор морщится, но больше ничего не говорит. Зела рявкает на альвов:

— Вы слышали милорда! За дело!

Лагерь разбивают быстро. Палатки ставят в считаные минуты, альвы организуют дозоры, Местами уже заполыхали костры — запах горячего мяса и травяного отвара разбавляет гарь и кровь.

Золотой Дракон взмывает в воздух, сделав круг над лагерем, а потом улетает пастись неподалёку. Он знает, что если понадобится — я его позову.

Сейчас же мне нужно потолковать с командирами альвов.

В большом шатре начинается совещание. Я собираю всех ключевых фигур: Феанора, Бера, Зелу, Финрода, Галадриэль и остальных командиров. Настя стоит в сторонке, скрестив руки на груди, лениво прислонившись к стойке шатра и щеголяя загорелым животом, который её короткая майка совершенно не скрывает.

Альвы всё ещё смотрят на меня с долей сомнения, их взгляды мечутся между мной и Феанором. Для них он по-прежнему привычный лидер, символ воинской славы, олицетворение старых традиций. Но только вот от монахов спас их не прославленный Воитель, а человеческий телепат.

Провиант, одежда, снабжение, лечение их близких — всем этим занимается мой род. Всё, что у них сейчас есть, обеспечено мной. Они это понимают, но до сих пор им не хватало одного — демонстрации моей личной силы. Сегодня они её увидели.

Я позволяю этой паузе растянуться, затем спокойно заявляю:

— Я готов ответить на все ваши вопросы, сиры и леди.

Финрод делает шаг вперёд. Его лицо сохраняет внешнее спокойствие, но в глазах читается беспокойство.

— Лорд Данила, мы благодарны вам за помощь. Вы нас спасли. Зела и Бер уже всё рассказали. Мы готовы помогать вам в зачистке ваших земель, ведь мы благодарны вам, но… насколько долго это продлится?

Встречаю его взгляд.

— Вы в корне неверно понимаете ситуацию, сир Финрод. Сейчас вам необходимо сражаться не потому, что вы будто бы помогаете мне, а потому, что вашему проснувшемуся организму, после долгого состояния в режиме зомби, нужно адаптироваться. Бой — это часть вашей реабилитации.

Альвы удивленно округляют глаза. Я же равнодушно продолжаю:

— Кроме того, у вас сложилось ошибочное представление: это не вы мне нужны, а я вам. Потому что именно мой род занимается восстановлением вашего народа. Ваша боевая адаптация — это часть этого процесса, но не единственная. Моя супруга, ваша принцесса Люминария, за сотни километров отсюда занимается реабилитацией ваших детей, женщин и стариков, пострадавших от монахов. В рамках реабилитационного процесса я также собираюсь перевезти всех альвов в ваш родной мир, в земли, где стоит замок Шпиль Теней.

Тут же подаёт голос стройная Галадриэль, её глаза засияли недоумением:

— Шпиль Теней, лорд? Разве там не располагается лорд дроу? Не помню, как его зовут, но он был скверным типом.

Я ухмыляюсь.

— Лорд Бесчлин, леди. Он жил там, но его больше нет.

Феанор, который до этого молчал, хмурится.

— Всё равно с такими соседями, как лорды дроу, там опасно размещаться.

Пожимаю плечами, бесстрастно отвечая:

— Отнюдь. Я подчинил весь Совет Лордов. Никто не посмеет даже пальцем вас тронуть.

Альвы переглядываются, и в их взглядах читается всё — недоверие, замешательство… и, что важнее, проблески осознания. Этоя́им нужен, а не они мне. Но Воитель не собирается уступать.

— Подчинил дроу, говоришь? — хмыкает Феанор, скрестив руки на груди. — И каким же способом, менталист? Что, купил их лояльность? Тогда спешу тебя разочаровать: договорённости для дроу — пустой звук. Мы это знаем на своем горьком опыте.

Я качаю головой, усмехаясь.

— Дело не в подкупе, Воитель. У меня в