"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

Эта новость сразу же переключила внимание собравшихся. Крайне удивленная Марика повернулась к принцессе и намеревалась что-то спросить, когда внезапно прямо из ее тарелки выглянула полуматериальная голова призрачной девицы с длинными чёрными волосами и волчьими ушами.

Обеденный зал огласил громкий визг паникующей рыжей. Она вмиг — так, что только командир и Леопольд могли это рассмотреть — взметнулась со стула. И прежде чем Марика успела что-либо разнести, Зефир сорвался с места, хватая её и фиксируя в объятиях. Его ладони тут же почувствовали под собой мягкость пышной груди, которую он нечаянно сжал.

В следующее мгновение, под крайне двусмысленный стон, они рухнули на пол, увлекая за собой скатерть. Послышался звон бьющейся посуды и возмущённый крик Ночки, обращённый непонятно к кому:

— Ты что творишь⁈ — а следом пепельноволосая, точно разъярённая кошка перелетела через стол и обрушилась на парочку, врезавшись своими прелестями… прямо в голову Зефира.

На комнату опустилось гробовое молчание, в котором отчётливо послышалось похабное хихиканье енота и пыхтение на полу.

…

Командир, растянувшийся в кресле гостиной, потрогал правый глаз и зашипел. Это бешеная Ночка случайно его наградила, когда он пытался оторвать её от себя.

С левым глазом была аналогичная проблема: испугавшаяся домашнего привидения Марика извернулась и врезала ему с локтя, панически пытаясь вырваться. Конечно же, тоже совершенно случайно.

Вот и походил парень на своего друга — енота. Мохнатый, к слову, сидел на подлокотнике рядом с ним и, решив проявить участие, похлопал Зефира по руке. Однако едва сдерживаемое веселье пройдохи говорило скорее об обратном.

Нана — источник всего этого бедлама — находилась тут же и с другой стороны с виноватым видом поглаживала юношу по голове.

Напротив же командира стояла раздражённая Катарина. После того как девчонки на полу успокоились, она, точно хозяйка в этом доме, встала, отряхнула платье и властным жестом выдворила всех гостей, кроме себя, естественно, за дверь. При этом делала это с такой недовольной миной, что даже настоящие владельцы поместья решили не возникать…

И вот сейчас она возвышалась над парнем и всем своим видом показывала монаршее неудовольствие.

Командир опасливо оглянулся в поисках подмоги. Но в комнате, кроме их четверых, не было ни души. Варна, Лиса и Хвоя убирали бардак в зале, в то время как Вилтани им помогала. Хагг и Эден сбежали в подвал подальше от проблем. Ну а Леопольд вряд ли бы ему чем-то помог.

— Почему вокруг тебя постоянно крутятся штабелями проблемные девицы? — внезапно прорвалось раздражение принцессы.

Правда, через мгновение её глаза вильнули в сторону — видимо, поняла, что сама является ярким представителем племени «проблемных девиц» — и девушка, слегка смутившись, добавила уже спокойно:

— Ладно, забудь…

В комнату меж тем зашёл чернявый и вручил командиру зелье. Оставаться он не пожелал и сразу ретировался, а Зефир лишь тяжело и устало вздохнул.

Откупорив флакон и залпом осушив его, парень поднял взгляд на принцессу. Та смотрела на него серьёзно, а затем неожиданно фыркнула. Вероятно, со стороны он действительно выглядел забавно.

— Вы с Брутом — два сапога пара, — улыбнулась она.

Раздался горделивый тявк мохнатого. Командир хмыкнул и, пользуясь тем, что они остались наедине, перешёл к серьёзным делам:

— У меня недавно состоялся разговор с Эденом. У него через пару дней поспеет состав для твоего больного на основе трофеев из восьмилапа. Но вот в чём дело: наш чудовищный алхимик не знает, поможет он или нет, да и насчёт полной безопасности лекарства уверенности у него нет. Тем более что парень не дурак и уже догадался, кто пациент.

Девушка кивнула в ответ, и Зефир продолжил:

— Так вот. Он в себе не уверен и, что уж таить, просто боится результата. Однако я его хорошо знаю, и парень себя недооценивает.

Катарина задумалась, и в комнате воцарилась тишина. Командир девушку не торопил. В каком-то смысле решалась судьба её близкого родственника.

— Когда я была маленькой, — тихим голосом нарушила молчание принцесса. — Матеуш часто катал меня на спине. Он был бравым боевым конём, а я — гвардейцем. Глупость, конечно, — никто бы не позволил мне им стать. Но мне нравилась эта игра. А теперь он медленно умирает в ужасных муках, и скоро его не станет окончательно… Я останусь совсем одна…

Голос Катарины звучал надломленно. Очевидно, эти хрупкие плечи вынесли немало. И, несмотря на то что она всегда казалась спокойной и собранной, сейчас в её взгляде, устремлённом в окно, была такая глубокая усталость и такое одиночество, что Зефиру захотелось отвернуться.

— И знаешь что? — вдруг продолжила она. — Я готова рискнуть и никого винить не собираюсь, если лекарство не подействует или даже навредит. Он всё равно нежилец, а я не сумасшедшая, чтобы преследовать людей, которые искренне хотели помочь.

— Хорошо, — кивнул парень. — Я сообщу, когда все будет готово.

…

— Не занят? — в кабинет Эдена вошёл командир, а следом за ним появился чернявый.

— Нет, проходите, — оторвался юноша от записей на столе и указал на кресла в углу.

Клиентов тут не было, как и Хагга. Скорее всего, паренёк где-то ходил по поручению чудовищного алхимика. А отсутствие аристократок и богатых дам, чьими делами Эден занимался девяносто процентов рабочего времени, объяснялось просто — Зефир или Леопольд должны были завершить вторую эволюцию.

— Вы решили, кто будет первым? — присоединился к друзьям в зоне отдыха чудовищный алхимик.

— Да, пусть будет Зефир, — ответил Леопольд.

— Уверен? — спросил командир.

— Ты наш лидер в Выдохе и глава клана в городе. Тебе и карты в руки, — без колебаний отозвался чернявый.

Проблема заключалась в том, что всего у друзей было на руках двадцать восемь косточек с учётом последней добычи с бык-быков, плюс пара ядер от восьмилапа. И на двоих этого добра категорически не хватало. На самом деле, этого бы даже не хватило для завершения второй эволюции командира, если бы молодой чудовищный алхимик не оценил предварительно обе медузки и не сказал, что они переполнены энергией.

— Хорошо, давай тогда я, — кивнул Зефир.

Логика чернявого была железной, спорить с ней не имело смысла.

— Ложись на кушетку, — махнул рукой Эден в сторону операционной.

Процедура насыщения ядра во многом напоминала улучшение оснований: молодой чудовищный алхимик брал в ладонь энергетический центр и подносил его к животу командира. Затем рука Эдена начинала светиться зелёным, а косточка — белесым светом; эти потоки смешивались, и образовавшаяся светло-зелёная энергия проникала внутрь тела.

Одна за другой косточки рассыпались в пыль, а чувство внутреннего давления у Зефира росло. Наконец в