Война без правил - Антон Юрьевич Перунов

Эти до крайности энергичные пятнашки продолжались довольно долго. Марту требовалось сохранять контакт со Сферой, а кот старался стильно, бодро и молодежно его из этого состояния выбить, отвлекая, толкаясь и дурачась на все лады.

Соло заметил, что сам момент перемены облика у напарника он предугадать никак не может. Нет, Сфера, как и прежде, исправно демонстрировала что, куда и как, давала многовариантные сценарии ближайшего будущего, мгновенно разворачивала в схему даже самые быстрые мыслеобразы дальнейших шагов Марта, показывая их результаты и накладывая на это все вероятные ответы соперника. Иметь такой фантастический по своей продуктивности бортовой ИИ в собственной голове было серьезнейшим ресурсом, правда, от обилия сведений голова пухла и перегружалась, и все отчетливее росло понимание, что ключевым здесь является не разовая полуигровая тренировка, а регулярные безжалостные тренинги, без которых 95 % полезности от получаемых в режиме онлайн сведений просто пролетали мимо кассы.

В конце концов Соло просто не выдержал нагрузки и выпал из энергосферы. Голова не иллюзорно болела, а в теле ощущалась ломота, боль и усталость, как от долгого полета с большими перегрузками.

— Все, отбой. Твоя взяла, — перегнувшись пополам, упершись ладонями в колени, старался восстановить сбившееся дыхание Март.

— Агась, что, пе-р-рекушал Силы чуток… Бываит. Пр-риляг, попей малачка или вадички, — поддержал друга хвостатый победитель, моментально возвращая себе привычный облик. — Ни забудь, за табой абед.

— Окей, про рыбов помню, — погладил Соло напарника по ушастой голове.

Он так сильно выложился, что рухнул прямо на траву и уже лежа приходил в себя, слушая стрекот кузнечиков и любуясь синим безбрежным небом, вновь постаравшись настроиться на Сферу. И это, пусть и не сразу, удалось. В тело потекла живительная энергия, сразу стало легче.

Жаль, вот так, в покое и гармонии нежиться получилось недолго: чьи-то цепкие лапки начали дёргать его за плечо. Перевернувшись на живот, Мартемьян уперся в желтые глаза лемура. Тот что-то щебетал и показывал куда-то в сторону, вглубь безбрежной степи, куда напарники еще не забредали.

«Опасность?» — подумал Соло, так и не вышедший из Сферы. И она ответила, показав, что угрозы нет. Все было спокойно и безмятежно. Но лемур настойчиво продолжал звать. К нему присоединились и остальные.

«Может, у них что-то случилось, и они просят о помощи? Сходим-посмотрим? Ты со мной, Хан?»

Кот недобрым взглядом уставился на зверьков, не отвечая на вопрос.

«Ну нам же надо добыть парочку энергионов».

Хан продолжал не реагировать.

«За степью может оказаться речка, а в ней много рыбов».

«Ну ладнаа-а. Угавар-рил», — ожил хвостатый и поднялся со своего травяного ложа.

— Так, приятели, — обратился Март к лемурам, — мы чуток приоденемся, точнее я, и так и быть посмотрим, что у вас там случилось.

Он словно чувствовал, что их везение скоро закончится и появятся те, кому захочется на зубок попробовать человеческого мясца, но ведь именно для этого они сюда и забрались. Поэтому нужно быть во всеоружии.

Вот уже час слишком они легкой рысцой неслись под горку в высокой траве. Все чаще попадались островки зарослей кустарника, дикого сахарного тростника, рощицы необычных деревьев. В этом бескрайнем изумрудно-зеленом море рыжими маячками мелькали хвосты провожатых, чтобы путники не сбились с пути. Стали встречаться и каменюки, об одну из них, засмотревшись вперед, основательно так приложился бутсой скафа Вахрамеев.

Его интерес можно было понять. Впереди синей лентой журчала речка, а за ней, почти вплотную, возвышалась темная громада самых настоящих джунглей, судя по разлапистым пальмам, раскинувшимся над зеленой стеной. По обоим сторонам русла росли плакучие ивы, роняя свои ветви в стремительно бегущую воду.

Берег обрывом уходил вниз, и Марту пришлось резко тормозить, хватаясь за кусты. Лемуры же, напротив, легко спрыгнули, словно мячики, и друг за дружкой, как синхронистки-гимнастки, цепляясь за ветки, раскачивались и перемахивали на другой берег. И там, спустившись с деревьев на землю, остановились в ожидании, свесив передние лапки и вытянув узкие мордочки.

— Хан, поправь меня, если что. Они предлагают нам сделать то же самое?

— М-да, — мяукнул кот и тем же макаром перебрался к проводникам.

— Ну я все понимаю, но я же не белка! И что прикажете делать?

На том берегу молчали и продолжали выжидательно пялиться, только уже в компании с хвостатым.

— Ладно. Мы пойдем другим путем, — отыскав на берегу прочную палку и прикинув глубину русла, Вахрамеев пошел вперёд, упираясь посохом в каменистое дно, чтобы справиться с течением, которое было довольно сильным.

Только на середине реки он погрузился по горло. При этом, несмотря на вес скафа, его качало из стороны в сторону так, что он едва не потерял равновесие, — течение не оставляло попытки подхватить нарушителя и понести вниз. Потихоньку-помаленьку, с трудом, Марту все же удалось выйти из стремнины, дальше стало заметно легче.

Все же это был край непуганых обитателей, и вокруг машины, в которой было заключено тело пилота, собралась приличная стая разноцветных любопытных рыбешек, удивленно разевавших рты, поводя прозрачными плавниками в такт течения. Такой рыбий сход не мог ни привлечь особей покрупнее, тоже желавших разобраться с возмутителем спокойствия.

В свою очередь и Марта заинтересовали обитатели речных глубин. Не видя никаких свечений — пилот не хотел иметь сейчас дел с одаренными обитателями осколка — он легко уцепил своей стальной клешней под жабры самую крупную рыбину, похожую на форель, ну, раз сама напросилась, стоило ее уважить.

Дальше было совсем просто. Еще пара шагов, и он вышел на сушу, крепко держа отчаянно колотившую хвостом форель и одновременно успевая оглядываться по сторонам, стараясь понять, зачем же его сюда привели. Так и не найдя ничего стоящего внимания, Март обратился к проводникам.

— И что теперь? Устроим пикник на обочине? Места здесь хорошие. Без наживки рыбка ловится.

Один из зверьков радостно упрыгал по веткам вглубь и вернулся обратно.

— Ты хочешь сказать, нам туда? В эти непроходимые дебри?

Лемуры радостно закивали и запрыгали на месте. А стена леса выглядела еще неприступнее, чем с того берега. Высокие деревья, сплошь обвитые лианами, чьи толстые стволы еще и тянулись от одной пальмы к другой, пересекая и заслоняя собой возможные лазейки. А там, где жадный вьюн оставил прореху, вольготно рос «любимец» Марта — местный вездесущий бамбук. Помимо этого, нижний ярус сплошь покрывал ковер папоротника, под листьями которого прятались и поваленные стволы деревьев, и каменюки, и разномастные гады. И во все это великолепие приглашали отправиться милые зверушки.

Март, конечно, прихватил