Война без правил - Антон Юрьевич Перунов

для этого случая мачете, но сильно сомневался, что оно поможет. Может, зря он повёлся на свой фан клуб? Благоразумнее было бы повернуть назад. Но в глубине души пилоту все же было интересно, зачем лемуры так настойчиво тянут его в эти дебри. Более того, Март сначала не придал этому значения, но еще на полпути сюда пилот почувствовал еле заметный энергетический сигнал, пульсирующий где-то впереди, и сейчас он чуть усилился.

— Р-рыбов бум есть? — напомнил о себе хвостатый.

— Бум. Так, товарищи следопыты, объявляю привал. Мне надо собраться с мыслями.

Лемуры разбежались в стороны, а пилот, выбравшись из нутра БСК, сначала искупался в прохладной воде, а потом, собрав сушняк, развёл костёр. Выпотрошил, посыпал солью и специями, он завернул рыбину в фольгу, которую тоже не забыл засунуть в рейдовый рюкзак, обвалял условную форель в глине и запек в углях. Когда развернул, сбив корку, запах шел, просто ум отъешь.

Их пир дополнили вернувшиеся зверьки, принесшие диковинные плоды.

— Ну-ка понюхай, их есть-то можно? — протянул желтую ягоду коту Март.

Тот лизнул, надкусил, тут же сморщился и отрыгнул.

— Тьфу, гадость!

— Что, ядовитые?

— Нет, невкусные, для меня. А тебе сойдет.

Получив одобрение дегустатора, Март надкусил плод. Рот наполнился сладостью с пряной кислинкой, что-то среднее между манго и сливой.

— Вкусно! Давайте еще!

Пока они с котом неспеша объедали с костяка истекающее соком и жиром нежнейшее розоватое мясо, Март обшаривал взглядом окрестности, справедливо полагая, что ведь звери приходят на водопой, стало быть, должны быть и тропы. Да, это грозит неприятной встречей, но все лучше, чем прорубаться сквозь непроходимые заросли.

Тропа и вправду отыскалась, чуть левее их стоянки. Она вела вглубь леса, и была довольно востребована: ветви кустарника по краям пути заметно обломаны. Правда, вездесущие лианы и тут перегораживали путь, а это значило, что зверьё здесь бродило некрупное.

Когда тронулись, Хан вскочил на плечи напарника.

— Эй, ты это куда?

— На тебе поеду. Ты большой, а я маленький, меня всякий обидеть может.

— Это тебя-то? Припоминаю тех псов, которых ты запугал до невозможности в Ганзе.

— Ну да, это я пер-ре-бор-р-щил.

Лемуры ловко забрались на лианы и принялись соревноваться в скорости бега по гибким веткам.

— Ты вот также бы мог.

— Не-а. Вдр-руг война, а я усталый?

Перед громадой леса Марта вновь кольнуло сомнение. А что, если эти джунгли не имеют края, как океан в Гавани, и, если они потеряют дорогу, смогут ли вернуться назад? Да нет, как они ее потеряют, когда в Сфере пилот отчетливо видит маячок своего корабля.

Когда своды леса сомкнулись за спиной путешественников, и они оказались под многоярусным пологом тропической растительности, сквозь которую едва проникал солнечный свет, их оглушил взрыв разномастных звуков. Протяжный низкий рык и ворчливое уханье обезьяны, лошадиное фырканье и писк жертвы, спасающейся от рассекающего со свистом воздух хищника. «Хи-хо! Ча-ка-у, бах-гавк!» Жизнь в джунглях била ключом.

Подождав, пока визоры сменят светофильтры и глаза адаптируются к зеленоватому влажному сумраку, Март двинулся вперед, ругая себя за то, что во все это ввязался. Помимо того, что идти по узкому тоннелю в скафе было тесновато, еще и спуск продолжился, став круче. Ноги скользили по влажной почве, нужно было идти аккуратно, чтобы не поскользнуться и не покатиться кубарем вниз. К тому же приходилось постоянно нагибаться под стволами вездесущих лиан, а еще и сканировать местность, на предмет наличия боле-менее крупных и опасных особей.

Броня — это очень хорошо, но если туша весом в несколько сот кэгэ навалится сверху, прыгнув с дерева, или какой местный кабан-переросток вылетит на тропу, то БСК не спасет. А гравитационная защита, идеальная для дистанционного оружия, при таких атаках была совершенно бесполезна. Так что оставалось осматриваться и держаться настороже.

— Слышь, Хан, ты там как?

— Нор-р-мальна.

— Молодцом. Тут к нам некто приближается, довольно большой, розовым светится, как те «носороги». Что делать будем? На тропе этой нам не разойтись. Стрелять смысла не вижу, весь лес сбежится.

— Пусть подойдет поближе.

— Вот же принесла нелегкая…

Вскоре приятели услышали тяжелый топот лап, говоривший о тяжести их хозяина, а потом узрели и его самого. Эдакий бронированный бегемот, с огромной головой, увешанной рогатыми выступами, половину которой занимали мощные челюсти. «Как только эта туша помещалась на узкой тропинке? — удивился пилот».

Увидев Марта, зверь остановился, вперившись в него маленькими заплывшими глазками. Затем взревел на ультразвуке, задними лапами начал загребать землю, готовясь к атаке.

Замершие на ветвях лемуры превратились вслух, изображая овощи. Вахрамеев вытащил нож и встал в стойку. Кот, грациозно соскочив перед ним и выгнув спину дугой, издал каскад шипящих звуков, должных испугать любого. Но то ли бегемот не был одарен воображением, то ли был просто глух, но он бросился на Соло, с каждым шагом разгоняясь все больше.

Лемуры отмерли и поняв, что доверившемуся им человеку сейчас будет очень плохо, принялись кидать в мчащегося зверя зелеными плодами, но те только отскакивали от туши, бегемот даже их не заметил.

«Так бы взять и отпрыгнуть в сторону, да некуда — лес стоит непроходимой стеной, да еще и каменюки, как назло, загородили возможные пути отступления. Бежать назад? Все равно догонит. Значит, остается рукопашная. Может, скаф и выдержит», — все эти мысли промелькнули в голове пилота за те несколько секунд, когда зверь выскочил уже прямо на него.

Как вдруг навстречу бегемоту рванул дракон, материализовавшись из воздуха. Приложив того мощным ударом, он еще и придавил его взглядом. Хоть Март и не был в фокусе воздействия, но и он ощутил знакомый морок и нахлынувшее безразличие. Что говорить тогда о бегемоте, тот сразу весь сник, сжался, жалобно замычав, начал пятиться назад. А когда дистанция заметно увеличилась, кое-как развернулся и дал стрекоча.

Все это, казалось бы, смешным, если бы Вахрамеев не осознал, что да, один зверь ретировался, но ведь остался другой, еще более опасный. И когда дракон повернул голову к Марту, тот тоже начал от него пятиться, понимая, что против морока он бессилен. «Но где же кот?»

А кот стоял перед ним и вылизывал шерстку.

— Грязна здеся.

— А куда делся дракон? — опешил Вахрамеев.

— Ты что, напар-р-ник, совсем ум потер-рял?

— Так это был ты?

— Ну а кто еще?

— А морок? Как ты его навел?

— Не знаю. Само собой вышло.

— Слушай, Хан. А повторить сможешь? Прямо сейчас.

— Неохота. Я устал.

— Ну пожалуйста. Я тебе еще рыбки поймаю.

— Ну ладна.

Кот уставился на Вахрамеева своими оранжевыми глазищами, но ничего не произошло.

— Не выходит каменный