Пустая. Корона огня и пепла - Мира Салье

Он поглаживал ее ладонь сильными теплыми пальцами. Ждал, как она поступит дальше.

– Дарнил, я ведь уже замужем.

– На землях Мирита брак, заключенный в Риналии, не имеет ни законной, ни духовной силы. – В его голосе звучало волнение, а глаза сверкали жидким золотом.

Делла сомкнула пальцы вокруг его.

– Будем мы вместе или нет, ты должен понимать: я никогда не смогу продолжить род Галанисов. Тебе ведь известно, что союз ринальца и мирийца проклят. А во мне все-таки демонического наследия больше.

– Да, в твоих жилах течет красная кровь, но в тебе есть частичка и от ангелов. Возможно, у нас получится. Если нет, я что-нибудь придумаю. Прошу, не говори сразу «нет». Хотя бы обещай по…

– Сожалею, Ваше Величество, – язвительно промурлыкал до боли знакомый голос, – но у королевы Риналии уже есть дом и семья, которая поклялась защищать ее. Поэтому настоятельно советую убрать ваши сияющие руки от моей госпожи.

Разбитое сердце вообще может оборваться? Потому что в тот миг, когда из бальной залы выступили Николас и Андрия, сердце Деллы, казалось, оборвалось.

Ник и Рия шли плечом к плечу, молча давая всем понять, что они союзники, что обладают властью и могущественной силой. Они оба были в темно-синем, и их наряды идеально сочетались друг с другом. Распущенные каштановые волосы Рия скрепила по бокам двумя сапфировыми гребнями.

Сапфировыми. Не рубиновыми.

Как странно. Сапфир был камнем дома Вианортов, и сейчас Андрия открыто носила цвета короля Виана.

Ее подведенные глаза кровожадно оглядели Дарнила, который следил за каждым движением незваных гостей. Безжалостная хищница, холодная и прекрасная, – именно такой ринальская советница всегда представлялась окружающим. Но только не Делле.

Несколько минут они просто смотрели друг на друга. Затем губы Рии, накрашенные ярко-красным, растянулись в искренней улыбке, и Делла, как полная идиотка, бросилась к подруге и крепко обняла ее. Ответное объятие на миг даже лишило возможности вдохнуть.

Делле не хотелось разжимать руки, не хотелось возвращаться в окружающую действительность, но мгновение спустя она все же отстранилась. Сделав шаг назад, сразу помрачнела и еще раз оглядела гостей с головы до ног.

Как и в их последнюю встречу, Николас выглядел слишком серьезным, однако его ярко-синие глаза больше не казались потухшими. В глубине этой бездонной синевы будто зажегся крохотный огонек.

– Здравствуй, Делла, – сказал он. Его голос был таким же холодным и отстраненным – под стать суровому виду.

Делла мысленно перебрала возможные причины их появления в Мирите.

– Почему вы здесь? – спросила она и тут же заметила, как дрогнуло горло у Рии.

С лица Дарнила исчезло все тепло. Его глаза вспыхнули ослепляющим золотым светом, что растекся по его плечам и заструился по рукам. Воплощенная жестокость… Всего за мгновение он превратился в до боли знакомого безжалостного принца из прошлого Деллы.

– Как вы прошли моих легионеров?

Рия слегка фыркнула и скривила губы, которые, как и всегда, казались олицетворением греха, но ее улыбка стала острее самого смертоносного адского клинка.

Однако за нее ответил Николас:

– Прошу прощения, Дарнил, через пару часов твои воины придут в себя. Поздравляю с коронацией. Но, как ты уже наверняка понял, нам надо поговорить.

– Вы сумасшедшие!

– Ты сам искал со мной встречи, не так ли? Хочешь знать, на чьей я стороне? Я решил ответить тебе лично.

– Хватит прелюдий, – сухо усмехнулась Андрия и присела на золотую скамейку, изящно закинув ногу на ногу. – Прими как данность то, что мы уже здесь. Делла, я хочу услышать, что случилось на берегу и что именно ты узнала.

– У вас две минуты. Убедите меня, что вы не заодно с принцем ада, иначе… – Дарнил не стал заканчивать фразу.

И так было ясно, что без Кэла Ник и Рия не представляли никакой угрозы для сильнейшего стража света, и если они не смогут убедить его в благих намерениях, то их ждет мгновенная смерть.

Они это понимали… Но все равно пришли.

Дарнил прожигал Андрию взглядом, а она едва заметно улыбалась, обнажив острые зубы. Он явно помнил, как эта женщина голыми руками выдирала сердца у его легионеров, брезгливо морщась при виде золотой мирийской крови.

– Я буду говорить только с Деллой.

Дарнил рассмеялся. Сухо, без тени веселья. Однако в его смехе таилось что-то угрожающее.

Андрия наблюдала, как свет все сильнее окутывает его тело, собирается на руках, смиренно ожидая того мгновения, когда хозяин ослабит поводок. Рия наверняка уже представляла, как ее идеально острые красные ногти вопьются в горло мирийца.

– Делла, скажи своей златовласке не горячиться. Мы пришли с миром. Ты должна знать, что твой муж в плену у Эмилиана, своего близнеца, как и мой брат, как и ваши с Кэлом риньяры. Мне нужна твоя помощь, чтобы спасти их. Ты. Нужна. Своей. Семье.

У Деллы похолодела спина. Она ожидала услышать все что угодно, но только не это.

Кэл…

Такого просто не могло быть.

Она почувствовала, как кровь в жилах превращается в лед, а затем тает и быстро закипает. Снова и снова.

Ей потребовалась вся сила воли, вся сосредоточенность, чтобы выдавить из себя всего два слова:

– Ты лжешь.

Рия сощурила черно-красные глаза, похожие на тлеющие угли.

– Стала бы я рисковать и являться с Ником в самое сердце Мирита, будь это ложью? Эмилиан вернулся. Именно он был с тобой на берегу. Кэл тебя не предавал.

* * *

Целый час, который показался необычайно длинным, они слушали рассказ Андрии, и лишь онемевшие ноги мешали Делле не сорваться с места. Она сохраняла внешнее спокойствие, но внутри у нее все грохотало. Она едва слышала слова, едва понимала их. То, что осталось от сердца, больше не подчинялось ее воле и продолжало бешено колотиться в груди. Сознание ускользало, но она старалась не пасть в нестерпимую боль, не потерять способность… просто мыслить.

Когда? В какой момент Эмилиан и Анаида забрали Кэла?

Делла была уверена, что засыпала в объятиях мужа. Лишь утром почувствовала, что он изменился, словно за одну ночь сумел похоронить глубоко в себе всю душевную боль.

Должно быть, гребаные ублюдки что-то сделали и с ней, и с Кэлом, чтобы они оба не проснулись, а потом Эмилиан занял место брата.

Твою мать! Она ведь на секунду подумывала принять предложение Дарнила, едва не предала мужа.

Но она не собиралась горевать о содеянном. В ее душе больше не осталось места сожалению.

Все прекрасно знали: нынешнее затишье скоро закончится и преисподняя сделает первый ход. Делла считала недопустимым тратить время на самобичевание, особенно